В расчете на любовь

– Разумеется, и еще игорный дом. Представьте, сколько на воды поедет всяких там попрыгунчиков! Они непременно захотят пить и тратить родительские деньги!
 
Глава 5. Мальчишка
 
– Разумеется, Альмира, вас никто не отправит в Вышецк одну, – успокаивающе журчал Туманов, явившийся ко мне на обед без приглашения. – Я поеду с вами.
– Вот только этого мне и не хватало! – с жаром воскликнула я. – Зачем мне дознаватель в дороге?
  
– Вы, должно быть, знакомы с моей супругой? Она родом из Устинска, кстати.
– Не имела чести, – удивилась я.
– Ну да, конечно. У Ильяны в Устинске только что родилась внучка. Самое время навестить родню. А потом можно и на водах отдохнуть. В конце концов, я сто лет не был в отпуске!
– И при чем здесь я?
– Поедем все вместе. Вы с сыном. Я с женой и дочкой. Вместе веселее.
Я громко фыркнула. Пожалуй, легенду Туманов придумал вполне достоверную. Одинокой женщине с ребенком ехать на воды не сказать, что опасно, но принято, чтобы в дороге рядом был мужчина. А тут – попутчики.
В общем-то, на Юг я уже давно собиралась. Я очень соскучилась по отцу. Ник же познакомится не только с дедом, но и с теткой, Матильдой Озеровой. Она, пожалуй, особа еще более известная в Большеграде, чем я. Про нее болтают всякое, но достоверно мало кто знает, что она – северная княжна. И только ленивый не обсуждал, кто отец ее детей. Говорят, она подобрала в дороге двух сироток… Одно не вызывает сомнений: у нее своя прачечная и муж – княжич Озеров, который ее просто обожает.
Когда я начинаю тосковать о том, что в любимых мной сентиментальных романах – сплошь вранье и чьи-то фантазии, я вспоминаю историю моей подруги и думаю, что настоящая любовь все же существует.
– Вы совсем меня не слушаете, Альмира, – с укоризной прервал мои сладкие воспоминания безжалостный Туманов.
– Слушаю, – возмутилась я.
– Вы – женщина известная, даже скандальная. И богатая.
– Не уверена, что вы делаете мне комплимент, – вздохнула я.
– А я делаю. Так вот, в Вышецке вы станете самой главной достопримечательностью, если позволите. Все будут искать с вами встречи. У вас ведь есть там дом, верно?
– Домик, – поморщилась я. – Домишко. Две спальни и крохотная гостиная. И летняя кухня. Не думаю, что я смогу принимать там гостей.
– О нет, драгоценная, у вас там двухэтажный каменный дом. С колоннами и садом. А вы не знали?
Я растерянно поглядела на Туманова. Смеется он, что ли? Нет, серьезен. Значит, еще подарки. Или оплата за мое тело? Как-то мерзко. Я столько не стою. Впрочем, отказываться от особняка и не подумаю.
– Дом так дом, – покладисто согласилась я. – Не желаете ли погостить у меня? С женою и дочкой?
– Рад буду принять столь любезное приглашение, – усмехнулся Георг Павелевич. – Думаю, некоторые икшарские князья приедут к вам в гости со своими дочерьми. А я вам помогу с ними познакомиться поближе.
А ведь Ксандр планировал отправить меня в отставку уже давно. Мысль была горькой, но отрезвляющей. Выходит, беременность государыни лишь предлог. Она, может, и знать не знает, что я ей мешаю. Когда начали строить дом? Как давно ведется переписка с Икшаром? Почему именно я выбрана ширмой?
Благожелательно улыбнувшись Туманову, я попыталась скрыть свое смятение. Роль моя понятна. Спорить с режиссером – дело неблагодарное. Приму легко могут заменить, на подмостки любая будет счастлива попасть. Лучше уж соглашаться на все условия. Дом и деньги у меня не отберут, а икшарские князья – не такие уж и страшные собеседники.
С Барги, к примеру, мы хорошие друзья.
Во всяком случае скучно не будет.
***
Родной сын от меня шарахается, и тут исключительно моя вина. Я – неважная мать, особенно по южным меркам. Но это я и сама понимаю. Сейчас я думаю, что, наверное, можно было что-то придумать, но прошлого все равно не вернешь, и винить себя бессмысленно. Все еще можно исправить – в конце концов мы оба живы.
Николаса привезла его нянька, пожилая уже дама. С собой на Юг я ее брать не собиралась, да и в списке доверенных лиц ее не было. Он вообще был очень короткий, этот список. Я, Туманов и его супруга. Первый сюрприз меня ждал в тот день, когда приехал Ник. Няньку я сразу же отослала обратно, уверенная, что без труда управлюсь с сыном. Когда я приезжала погостить в замок его бабушки с дедом, мальчик всегда был очень послушен и ласков. Я думала, что он меня любит… Но скандал, который закатил этот поганец, слышала вся прислуга. Ник не желал ужинать. Потом – умываться. Потом – ложиться спать. И если с первым и вторым фактом я смирилась, то на третьем стояла твердо. Все маленькие мальчики должны ложиться спать в девять вечера и точка. Разве он не устал?
Нет, Ник уверял, что выспался в карете.
– Ты должен меня слушаться! – заявила я точь-в-точь как когда-то говорил мой отец. Даже тон, наверное, был похож. – Если не хочешь спать – просто полежи с закрытыми глазами!
– Не хочу лежать! – упрямо отвечал маленький наглец, сверкая темными глазами. Чего было у Ника не отнять – он ужасно хорошенький. Весь в меня. Я могла им гордиться. И характер, похоже, у него в меня.
– А придется, молодой человек! Мы выезжаем на рассвете!
– Я никуда не поеду! Я хочу домой к бабушке и дедушке!
– Мы и поедем к дедушке. Только к другому.
– Я не хочу к другому. Я хочу домой к Аве. Ава хорошая, а ты злая, как снежный демон.
– Это тебе бабушка такое про меня наговорила? – с подозрением нахмурилась я.
– Нет. Я сам знаю.
– Вот что, мой дорогой, или ты идешь спать, или я покажу тебе настоящего демона! – рыкнула я. – Заморожу и тебя, и твою Аву, и весь твой замок!
Красивые черные глаза немедленно наполнились слезами, но я была тверда как гранитная скала. Взяв сына за руку, я отвела его в приготовленную спальню, проследила, чтобы он разделся и лег, поправила подушку и погасила светильник. Вышла, постояла в коридоре, вспомнила, что нужно поцеловать Ника на ночь, вернулась… А он плакал под одеялом. Маленькое тельце дрожало. Ну что я сделала не так?
– Мне страшно, – прошептал мальчик.
– Почему? – удивилась я.
Странно. Я в его возрасте вообще ничего не боялась. Хотя спать тоже меня загоняли с трудом.
– Темно.
– Я могу оставить свет.
– Все равно страшно.
– Хочешь, я побуду рядом? И… расскажу сказку? – И как мне подобное в голову пришло, не понимаю.
– Хочу.
Придвинув к постели кресло, я села рядом и задумалась. А сказок-то я и не помню. И книжек никаких не читала. Вот же досада! Но малыш смотрел на меня так жалобно, что я неуверенно начала:
– Жила-была девочка… Ее звали Милана. Она была глупенькой и не умела разговаривать…
– А почему?
Потому что ее отец когда-то сошел с ума и пытался зарубить дочь топором, но тебе я этого не расскажу, дружок.
– Ну… она долго болела и разучилась разговаривать. Но однажды в ее дом приехал добрый юноша-лекарь и вылечил Милану**.
– А как он ее вылечил?
Об этом тебе тоже знать рановато.
– Прочитал заклинание из волшебной книги и вылечил. Потом он уехал, а Милана осталась.
– А как звали юношу?
– Закрывай глазки давай. Лекаря звали Асур.
Сказка была не то, чтобы длинной, да и откровенно говоря, не слишком доброй. Но закончилось все хорошо, только Николас этого уже не услышал. Он все-таки уснул. Приглушив светильник и приоткрыв дверь, я тихонько прокралась в коридор и громко вздохнула. Голова болела, настроение ужасное. Я никогда так не уставала. И это только первый день моего осознанного материнства.
Второй день был не легче. Просыпаться Николас тоже не желал. Выл, брыкался, закрывался подушкой и цеплялся в одеяло. Будь я мужчиной – закинула бы его в карету прямо в исподнем, но сил мне не хватило даже стянуть его на пол. Пришлось орать и топать ногами, но это тоже не помогло. Спас меня Туманов, что уже ждал в карете на улице. Он прошел в дом, поднялся по лестнице и заглянул в спальню.