Помню тебя (ЛП)

Натали раздраженно фыркнула и протопала к деду. И действительно, как только музыканты заиграли, дедушка взял ее за руку и увлек на танцплощадку.
— Я так рад, что ты здесь, Натали Грейс.
Его глаза блестели, пока они плавно двигались по полу под медленную мелодию кантри.
— Я тоже.
Она вспомнила, как он танцевал с бабушкой однажды вечером, когда они ужинали в шикарном отеле, вспомнила, как все расступились, чтобы посмотреть, а когда они дотанцевали, зааплодировали.
— Не считая Рождества, у твоей бабушки это был самый любимый вечер в году.
— Это чудесно. — Сердце Натали екнуло, когда она заметила поджидающего поблизости Таннера. — Я рада, что смогла оказаться здесь.
Если бы только можно было пропустить следующую часть, то было бы еще лучше.
Но выхода не оставалось. Как только началась следующая песня, дедушка с широкой улыбкой передал ее Таннеру.
— Давно я не видел старика таким счастливым. — Таннер держал ее руку в своей, а другой обнял за талию. — Ему очень нравится, что ты здесь.
— Наверное. — Она вцепилась в его плечо и следовала за его шагами. Большей неловкости она не могла себе представить. К ее удивлению, Таннер знал, что делал. — Ты уже танцевал раньше.
— Несколько раз. Меня научила твоя бабушка. Расслабься и хотя бы притворись, что получаешь удовольствие. — Таннер криво улыбнулся. — Ты жесткая как доска.
— Извини, я давно не танцевала.
С самой помолвки. Но думать об этом невыносимо. Она заставила себя немного расслабиться в его руках и позволила ему вести.
— Уже лучше. — Он притянул ее чуть ближе. — Но из-за этой фальшивой улыбки кажется, будто тебе вкололи ботокс.
— Правда?
Натали занесла невысокий каблучок своей босоножки над мыском его топсайдера и с силой опустила.
— Ой! Блин, Натали.
Его глаза расширились, но улыбка пропала.
— Говорю же, давно не танцевала. — Она послала ему милую улыбку. — А тебе надо быть поаккуратнее с комплиментами.
Через несколько неловких минут танец закончился, и Таннер отпустил ее.
— Ну что, было не так уж ужасно?
— Полагаю, нет.
По правде сказать, ей даже понравилось. Но она не собиралась этого говорить. Она направилась к амбару.
Еда. Ей нужно поесть. И, может быть, немного вина.
— Хочешь поесть?
Таннер пристроился рядом, засунув руки глубоко в карманы своих голубых джинсов.
— Подумываю об этом. — Натали судорожно выдохнула. Почему он увязался за ней? — Пахнет вкусно, но не уверена, что смогу переварить.
Она окинула взглядом длинные столы, почти прогибающиеся под множеством кулинарных изысков. Горы ребрышек и курицы, огромные миски с салатами из капусты, картошки, зелени, фасоли, даже креветки, устрицы и мидии. «Только не моллюски».
— Может, попозже.
Мимо них проходили люди, спешащие приступить к еде.
Таннер взял тарелку и выбрал несколько блюд, потом вернулся и вручил тарелку ей.
— Вот. Курица не острая. Немного риса с бобами, но это вкусно. Капустный салат потрясающий. Ну а если все остальное подведет, это зеленое желе должно легко проскочить.
Натали посмотрела в его обеспокоенные глаза и улыбнулась.
— Спасибо. — Она вдруг почувствовала сильный голод. — Подозрительно чутко с твоей стороны. Чего тебе надо?
Он прищурился:
— Я думал, мы объявили перемирие.
— Ну, я не против.
— Хорошо. Сейчас вернусь.
Он наполнил тарелку для себя, и они нашли местечко за одним из столов. Она запивала свою еду водой из бутылки и осматривалась, а Таннер быстро разделался с самой большущей горой еды, которую она видела в жизни. Она не сомневалась, что он еще отправится за добавкой.
Натали снова осмотрелась, и ее внимание привлекли мигающие гирлянды на деревьях. В этот момент в голову ворвалась идея, как пробка из шампанского.
— О! Таннер. Свадьбы.
Он чуть не подавился последней ложкой картофельного салата и поднял голову:
— Что, прости?
Натали засмеялась и взмахнула рукой. В голове начала оформляться концепция.
— Это место. Амбар. Идеально для свадеб. Сейчас огромный спрос на сельский антураж. Понятия не имею почему, но так и есть. От невест не будет отбоя.
 
На его лице отразился скептицизм.
— Правда? Свадьба в амбаре? Что ж. Хорошая идея, полагаю. Откуда ты так много знаешь о свадьбах? — Он побледнел и отвел глаза. — Извини. Забыл.
— Ой, перестань. — Натали изобразила беззаботность. — Я уже пережила это, правда. Просто Питер не мой человек. Конец истории.
— Какой истории? — Таннер отодвинул пустую тарелку и поставив локти на стол, уперся подбородком в ладони. — Если ты не против, что я спрашиваю.
Топазовые глаза завораживали ее, вызывая желание рассказать все секреты.
— Да в общем-то никакой. Он нашел вариант получше.
— Повтори? — Он нахмурился.
Натали пожала плечами. Ее уже некоторое время не посещали мысли о бывшем женихе. Она не была уверена, что хочет думать о нем сегодня. Только не тогда, когда она начала получать удовольствие.
— Он нашел другую. Пока мы были еще обручены.
Дочку нефтяного магната. У которого денег столько, что ее отцу и не снилось, а это говорит о многом.
Таннер откинулся на спинку стула и присвистнул:
— И когда это случилось?
— А ты ничего не упускаешь, да? — Она с минуту разглядывала свои пальцы, ожидая тремора. Но руки оставались спокойными. Никакой дрожи. Натали медленно выдохнула. — В начале июня. Я работала допоздна. Вела несколько проектов, начала допускать ошибки. Мне снова стали сниться кошмары. Полагаю, я уделяла Питеру мало внимания. Однажды вечером я раньше времени вернулась из командировки, решила заехать к нему и сделать сюрприз. Сюрприз удался, Питер был в шоке. Я тоже. — Шок, потрясение, ступор. А потом опустошенность. — Через пару дней все пошло под откос. Я работала над презентацией в кабинете и вдруг оказалась на дороге перед перевернутым «Джипом», Николь лежала лицом вниз в луже крови.
— Поверить не могу, что твои родители не видели, что происходит, — сказал Таннер.
Натали пожала плечами:
— Думаю, они что-то подозревали. Я старательно избегала их все лето, прикрываясь работой у отца. Они предположили, что я просто тяжело переживаю разрыв с Питером. По правде говоря, не уверена, что они могли бы помочь, если бы знали.
Почему она так спокойна? Ни слез, ни дрожи. Еда не просится обратно. Натали всматривалась в серьезное лицо Таннера и сопротивлялась правде.
Он дает ей силы.
Знает он это или нет. Нравится ей это или нет.
Он всегда так действовал на нее.
Натали отвела глаза и уставилась к себе в тарелку. Нет. Она не попадется в эту ловушку снова. Ей не нужен Таннер Коллинз. Ей никто не нужен.
Прикосновение к руке заставило ее поднять глаза. Таннер серьезно посмотрел на нее и сжал ее ладонь:
— Мне жаль, Мышка.
— Спасибо.
Она похлопала его по руке. Дружеское, сестринское похлопывание. Говорящее «спасибо, дружище».
— И как ты связалась с таким типом? По твоим рассказам, тот еще фрукт.
Натали улыбнулась и глотнула воды:
— Мы с Питером росли вместе. Наши родители вращались в одних кругах. Отцу он нравился, мать считала, что он может ходить по воде, а я… ну, полагаю, я думала, что мы подходим друг другу.
— Подходите друг другу? — поперхнулся Таннер. — Ты была готова провести всю жизнь с человеком, потому что вы «подходите друг другу»?
Натали улыбнулась при виде его изумления:
— Люди постоянно женятся по дурацким причинам. Веками.
— Только не я. — Он подался вперед и посмотрел ей в глаза. — Если я когда-нибудь женюсь, и это большое «если», то это будет потому, что нашел единственного человека в этом безумном мире, который действительно меня понимает. Ту, с которой хочу засыпать ночью и просыпаться утром. Ту, которая помогает мыслить здраво, заставляет смеяться и знает, что я хочу сказать, до того, как я это скажу. И я без сомнений буду знать, что она чувствует то же самое по отношению ко мне.