Оракул с Уолл-стрит 8 (СИ)
— Ваши банки переведут два миллиона долларов на счета профсоюза докеров. Плюс все активы, связанные с итальянскими операциями, — продолжал О’Брайен с деловитым видом. — А потом, возможно, мы отпустим вас домой.
О’Мэлли рванулся было к оружию, но дуло Thompson уперлось ему в грудь.
— Не дергайся, предатель, — прошипел один из боевиков. — А то разукрасим стенку твоими мозгами.
Время замедлилось. Я видел торжествующий взгляд О’Брайена, злое лицо Макгрегора, растерянность О’Мэлли. Керосиновая лампа отбрасывала пляшущие тени на стены. За окном завывал туманный ветер с залива.
— Знаете, Колин, — сказал я, медленно поправляя манжету и снимая золотую запонку. Одновременно тем самым подавая сигнал снайперу на крыше соседнего здания, — я тоже много думал на этой неделе. Мы все думали. Мы прямо мыслители.
Грохот выстрела Springfield с оптическим прицелом раздался через секунду после моего сигнала. Окно взорвалось осколками стекла, и пуля снайпера Маллоу попала Макгрегору точно в левый висок. Рыжеволосый докер рухнул как подкошенный, кровь брызнула на портрет Майкла Коллинза.
— Засада! — завопил О’Брайен, выхватывая Colt.45 из кобуры под пиджаком.
О’Мэлли мгновенно среагировал, ударил локтем ближайшего ирландца в солнечное сплетение и выхватил свой пистолет. Грохот выстрелов заполнил тесное помещение, пахнуло порохом и кровью.
Я бросился за массивный дубовый стол, пули Thompson крошили штукатурку над моей головой. Керосиновая лампа разбилась, разлив горящее масло по столешнице.
— Думал, что ирландцы простаки? — орал О’Брайен, отстреливаясь из-за сейфа. — Узнаешь, что значит воевать с людьми, которым нечего терять!
В дверь ворвались люди Маллоу с Tommy gun наизготовку. Перестрелка превратилась в настоящий ад. Вспышки выстрелов, крики, лязг падающего оружия.
— Колин, я предлагал честную сделку! — крикнул я, когда дым начал рассеиваться. — Ты сам выбрал войну!
Когда стрельба стихла, двое ирландцев лежали на полу в лужах крови. Третий корчился у стены, зажимая простреленную руку. Но О’Брайена нигде не было видно.
— Черт! — выругался один из людей Маллоу. — Главарь смылся через окно на пожарную лестницу!
Я подошел к разбитому окну и выглянул наружу. Внизу, между складами, мелькнула тень бегущего человека. О’Брайен исчез в лабиринте доков как призрак.
— Пусть бежит, — сказал я, отряхивая пыль с костюма. — Сегодня он понял главное, что со мной лучше договариваться, чем воевать.
Запах гари смешался с медным привкусом крови. На стене догорали остатки карты доков, а портрет Майкла Коллинза был забрызган кровью Макгрегора.
Война с ирландцами только начиналась.
Впрочем, я уже подготовил О’Брайену несколько сюрпризов. Если он думал, что ночная стычка это конец, то глубоко ошибался.
Утренний туман все еще висел над Бостоном, когда черный Packard остановился возле полицейского участка на Бойлстон-стрит. Массивное кирпичное здание 1885 года постройки выглядело мрачно в сером свете рассвета. Над входом развевался американский флаг, а у парадной лестницы дежурил констебль в синей форме с медными пуговицами.
Я проверил карманные часы, уже половина седьмого утра. Детектив Патрик О’Коннор должен заступить на дежурство через десять минут. После вчерашней перестрелки времени на раздумья не остается.
— Босс, уверены, что этому копу можно доверять? — спросил О’Мэлли, выключая двигатель. — У О’Брайена могут быть связи в полиции.
— Патрик О’Коннор ирландец, но честный полицейский, — ответил я, поправляя галстук. — К тому же, у него есть причины не любить О’Брайена. Тот взорвал банк в его районе.
Мы вошли в участок через главный вход. В дежурке пахло табаком, кофе и карболовой кислотой.
За высокой деревянной стойкой сидел сержант с пышными усами, изучавший утренние рапорты. На стене висели фотографии разыскиваемых преступников и карта города с отмеченными участками патрулирования.
— Можно видеть детектива О’Коннора? — обратился я к сержанту. — Уильям Стерлинг, по делу о взрыве в банке.
Сержант поднял голову от бумаг и внимательно осмотрел меня:
— Мистер Стерлинг? Детектив О’Коннор как раз спрашивал о вас. Проходите наверх, кабинет номер семь.
Поднимаясь по скрипучей лестнице, я думал о предстоящем разговоре. О’Коннор должен поверить, что получает ценную информацию о планах О’Брайена. В действительности я буду кормить его полуправдой, направляя полицейские силы туда, где они смогут нанести максимальный ущерб ирландской организации.
Детектив О’Коннор сидел за металлическим столом в тесном кабинете, заваленном папками дел и фотографиями с места преступлений. Крупный мужчина лет сорока пяти, в коричневом костюме с жилетом, он внимательно изучал отчет о вчерашних событиях в доках.
— Мистер Стерлинг, — он поднялся и пожал мне руку. — Как раз хотел с вами поговорить. Вчера в районе пирса сорок семь была стрельба. Три трупа, все ирландцы из банды О’Брайена.
— Детектив, я пришел, чтобы помочь следствию, — я сел в единственное свободное кресло напротив стола, не обращая внимания на слова полицейского. — У меня есть информация о планах Колина О’Брайена.
О’Коннор отложил документы и достал блокнот:
— Слушаю внимательно.
— Вчера вечером О’Брайен пытался взять меня в заложники, — начал я, тщательно подбирая слова. — Требовал два миллиона долларов и передачу всех моих активов ирландскому профсоюзу.
— И как вы избежали плена?
— Мои люди были готовы к подобному развитию событий. Но главное не это, — я наклонился ближе к столу. — Во время разговора О’Брайен проговорился о своих дальнейших планах.
О’Коннор приготовился записывать:
— Каких планах?
— Сегодня вечером он встречается со своими лейтенантами в таверне «Молот Св. Патрика». Они будут обсуждать ограбление Первого национального банка на Вашингтон-стрит, — я говорил уверенно, как будто действительно слышал эти планы. — Плюс взрыв нескольких итальянских ресторанов в Норт-Энде.
— Серьезные обвинения, — пробормотал О’Коннор, быстро записывая. — Есть доказательства?
Я достал из внутреннего кармана пиджака сложенный лист бумаги:
— Один из людей О’Брайена обронил это во время перестрелки.
О’Коннор развернул бумагу и нахмурился. На листе были нацарапаны адреса банков, времена работы охраны и схематичный план подвала банка на Вашингтон-стрит. Конечно, документ нарисовал один из моих людей задолго до этого, еще в Нью-Йорке, но выглядел он убедительно.
— Почерк похож на записи, найденные после взрыва банка на Стейт-стрит, — пробормотал детектив. — А что это за адреса?
— Склады с оружием, — ответил я. — О’Брайен хранит динамит и Thompson в разных местах по всему Южному Бостону. Вот здесь, — я ткнул пальцем в список, — подвал на Дорчестер-авеню. Там должно быть около пятидесяти фунтов взрывчатки.
О’Коннор поднялся из-за стола и подошел к карте Бостона на стене:
— Мистер Стерлинг, если эта информация подтвердится, мы сможем арестовать всю банду О’Брайена за одну ночь.
— Именно на это я и рассчитываю, детектив. Этот человек уже убил четверых невинных людей. Пора остановить его, чтобы не пострадали другие люди.
Через час я покинул полицейский участок, оставив О’Коннора составлять план операции. Но это была лишь первая часть ловушки. О’Брайен слишком опытен, чтобы попасться на простую засаду.
Packard довез нас до особняка на Бикон-Хилл, который я снял под видом приезжего бизнесмена из Нью-Йорка. Трехэтажное здание из красного кирпича 1840-х годов постройки, с чугунными решетками на окнах и небольшим садом, огороженным железной оградой.
В библиотеке первого этажа меня ждали Шон Маллоу и трое моих лучших людей. На столе из красного дерева лежали карты Бостона, фотографии складов и список ирландских боевиков.
— Итак, джентльмены, — сказал я, закрывая дубовые двери на ключ, — у нас есть несколько часов до полицейской операции. Нужно использовать это время максимально эффективно.