Морально безнравственные (ЛП)

Пока я не сдаюсь.
Я смотрю на великолепную синеву моря и говорю себе, что, возможно, это не самый худший путь.
Каким-то образом я смиряюсь.
Но затем масса пузырьков сигнализирует о присутствии другого человека, и мое медленно ухудшающееся сознание замечает сильные руки, которые хватают меня и тащат обратно на поверхность.
Я возвращаюсь, отплевываясь, вода вытекает изо рта и носа, и я продолжаю откашливать ее.
— Спокойно, малыш. Я держу тебя, — говорит он, пробираясь по поверхности воды со мной на руках, пока мы не достигаем лодки. Он подталкивает меня к лестнице, и я, используя все оставшиеся силы, взбираюсь наверх. Оказавшись на палубе, я падаю на спину.
— Черт, ты меня напугал. — Он тяжело дышит, когда добирается до меня, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.
От удивления его глаза расширяются, и его взгляд переходит с моего лица и распущенных волос на мое тело. Я едва понимаю, что происходит, но могу сказать, что что-то не так.
Я смотрю вниз и осознаю, что он видит. То, что осталось от мокрой рубашки, прилегает к моему телу, повторяя контур груди, соски сжались от холода и заметно напряглись напротив материала.
— Ты — девушка, — его голос полон яда, когда он произносит эти слова. Глядя на меня, мужчина встает с выражением отвращения на лице. — Ты — девушка, — качая головой, повторяет он, и делает глубокий вдох, похоже, чтобы сдержать свой гнев.
— Женщина, — поправляю его я, приподнимаясь на локтях. Я тяжело дышу, мои легкие всё еще привыкают к тому, что я не умираю, но это не значит, что я собираюсь принимать все, что он выдает. Я почти утонула из-за него.
— Женщина, — смеется он, сжимая кулаки по бокам.
Я знаю, что была неправа, солгав ему, но ведь он может понять, как опасно женщине путешествовать одной.
— Я… — Я уже собираюсь извиниться за свою маленькую ложь, когда он продолжает.
— Я должен был догадаться, — на его лице появляется горькая улыбка, — только женщина могла так глазеть на меня.
— Как? — спрашиваю я, нахмурившись.
Он опускается на колени рядом со мной, доставая из кармана нож. Я смотрю на него с подозрением, особенно когда он играет с кончиком.
Инстинктивно я пытаюсь отступить от него, но он настигает меня в считанные секунды.
— Как будто ты хочешь меня трахнуть, — отвечает он, но я не воспринимаю его грубые слова. Не когда незнакомец направляет лезвие к моему лицу, угрожая порезать меня. Он медленно опускает его вниз по моему телу.
— Больше никакой лжи, — глазами мужчина прослеживает лезвие, скользящее по моей коже, кончик которого слегка впивается в плоть. Одно резкое движение и хлынет кровь.
— Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен убить тебя прямо сейчас, — продолжает он, когда я чувствую легчайший укол под ключицей. В ужасе я смотрю вниз на капельки красного цвета и перестаю думать. Я просто действую.
Используя ноги, я пытаюсь ударить его, одновременно отползая назад на локтях, ища возможность встать и убежать.
С легкостью словив одну мою ногу, он притягивает меня ближе к себе, но я не останавливаюсь. Адреналин зашкаливает, и я отталкиваюсь от него другой ногой. Он не сдвигается с места. Вместо этого он хватает меня за бедро, прижимая к земле своим телом. Нависая надо мной и приставляя лезвие прямо к моему подбородку.
— Каждая твоя ложь равна одному порезу. Интересно… сколько их нужно, чтобы ты истекла кровью? — мои глаза расширяются от его намека, и я пытаюсь отбиться от него. Он настолько больше и сильнее меня, что я просто прижата к земле, и отчаяние овладевает мной.
— Ты думаешь, что ты такой великий только потому, что у тебя красивое лицо? Не все хотят тебя т… т… т… — я не могу заставить себя произнести это слово вслух, поэтому я говорю первое, что приходит мне в голову. — Ты сумасшедший, ты знаешь это? Чокнутый! Психически ненормальный! Не в себе! — кричу я на него, но, похоже, его это только забавляет.
— Правда? — медленно тянет он. — Что еще?
— Безумен, как мартовский заяц! — выпаливаю я, а он имеет наглость рассмеяться мне в лицо. Я в ужасе, а он смеется?
  
— Не скажу, что слышал это раньше, — усмехается он, и лезвие снова вонзается в мою кожу. — Итак, на чем мы остановились? Ах да, ты рассказывала мне о себе. Никакой лжи, маленькая тигрица, никакой лжи.
Я вглядываюсь в его непреклонные глаза и понимаю, что у меня нет выбора. Глубоко вздохнув, я начинаю.
— Я Аллегра Маркези. — Я вкратце рассказываю ему о сегодняшних событиях и о том, что это мой единственный шанс на свободу до свадьбы. Закончив рассказ, выжидающе смотрю на его лицо, надеясь, что мое объяснение его удовлетворит.
Это не так.
— Значит, бедная маленькая богатая девочка решила повеселится в городе? — он высмеивает меня, всё еще играя ножом на моей кожи. — Я знаком с твоими родителями. Беспутная парочка — оба. Думаю, я не могу быть слишком удивлен, что их дочь будет такой же, — хмыкает он, его глаза полны ненависти.
— Нет, я… — я хочу объяснить ему, что я совсем не похожа на своих родителей, но он не дает мне продолжить.
— О, я знаю таких как ты. Хотела получить немного члена перед свадьбой? Скажи мне, тебе захотелось анального секса, чтобы притвориться невинной девственницей в брачную ночь? — он выплевывает слова, злость сквозит в каждом слоге. Я вздрагиваю от его обвинений, тем более что более мерзких слов я в жизни не слышала.
— О чем ты говоришь? — вопрос звучит шепотом, и я смахиваю слезы. Никто никогда раньше не говорил со мной так.
Никто!
— Думаю, твое маленькое путешествие в город шлюх было прервано, когда твои охранники нашли тебя. И ты решила спрятаться здесь. — Я смотрю на него и не могу поверить своим ушам. Он искажает всё, что я ему сказала.
— Нет, ты ошибаешься, — я пытаюсь протестовать, но мужчина сильнее вдавливает нож в мое горло.
Больно!
— Я ошибаюсь? — он вскидывает бровь, кривя губы в насмешке. — Если ты так готова развратничать, то давай, сделай это. — Он убирает лезвие от моего горла, но только для того, чтобы медленно провести им по грудной клетке, и разрезать материал.
Я ахаю, когда то, что осталось от моей рубашки, расходится посередине, обнажая мою голую грудь. Я тут же прикрываюсь руками и отступаю назад.
— Оставь меня в покое! Я уже всё тебе рассказала, чего ты еще хочешь? — кричу я на него, устав от оскорблений, когда я не сделала ничего плохого. Ну, разве что вторглась на его лодку — решение, о котором я уже глубоко сожалею.
У него всё еще забавное выражение лица, что только еще больше разжигает мой гнев.
— Психопат! Ты психопат!
— Неужели? — он склоняет голову набок, изучая меня. — Может быть, — пожимает плечами. — Как насчет того, чтобы заключить сделку? Ты позволяешь мне трахнуть тебя, а я отвожу тебя обратно в порт.
Я не настолько глупа, чтобы не понять, что он говорит. Он хочет, чтобы я отдала ему свою добродетель за свою свободу. Я почти смеюсь вслух. Может, он и красив, но он красивый дьявол. А с дьяволом я никогда не заключаю сделок.
— Нет.
Его глаза на мгновение расширяются, прежде чем он возвращается к прежнему выражению открытого издевательства.
— Нет? Ты уверена? Как же тогда ты собираешься вернуться? — он складывает руки на груди и тихонько смеется надо мной.
— Я поплыву обратно! — говорю я до того, как успеваю всё обдумать. Он думает, что у него есть преимущество, но я скорее умру, чем позволю этому дьяволу осквернить меня.
От моих слов он разражается смехом, и из-за его насмешек мне хочется доказать, что он не прав. Он, наверное, думает, что все женщины падают к его ногам только потому, что он хорошо выглядит? Может у меня и многого нет, но, по крайней мере, у меня есть гордость, и я не позволю ему победить.
— Мне напомнить тебе, что ты не умеешь плавать? Думаю, ты уже доказала это, когда чуть не утонула, — он держится за живот, продолжая смеяться.
Я сжимаю руки в кулаки и быстро осматриваю свое окружение. И пока я не потеряла мужество, бросаюсь к борту лодки и беру один спасательный круг. Обматываю его вокруг своего тела и, обернувшись к нему, делаю единственное, что могу придумать.