Вызовите ведьму! (СИ)

— Боюсь, что так, — я опустил взгляд, рассматривая собственные руки, до сих пор бледные. — Полагаю, это серия. Но никаких зацепок, кроме слов несчастного наркомана под кафом, нет. Была еще одна, не только Сивилла и Мойра. Три подтвержденных факта — это уже серьезно.
— Майкл, ты хочешь сказать, что в городе завелся маньяк, который охотится только за ведьмами?
— Группа людей, — поправил я ее. — Арчи перед смертью говорил: «Их забирают». Думаю, тут напрашивается, что нападавший был не один. Если бы это была оговорка только одного, учитывая их состояния, можно было предположить, что им показалось, но и фамильяр, и наркоман говорили одинаково, про множество.
Ведьма вдруг положила свою голову мне на плечо, а я удивленно повернулся в ее сторону, ощущая, как тонкие руки крепко обхватили мое предплечье. Джойс держалась так, будто боялась упасть, хотя мы и так сидели. Мне было понятно это состояние. С таким же эффектом я шел на работу и в двадцатый раз безрезультатно смотрел на доску с убитыми, сознавая, что ни черта по делу нет, а количество трупов лишь росло. Жизнь словно выбивала из-под ног землю, пока ты несся в пропасть со скоростью Северного экспресса, абсолютно не представляя, что с этим всем можно поделать. Я и сейчас испытывал нечто подобное, ведь моя тяга к Мяте становилось ненормальной.
Уткнувшись носом в светлую макушку, я гладил Джойс по волосам и плечу, стараясь дать хоть немного спокойствия. Не уверен, что мне это удалось до конца, но через несколько минут ведьма заговорила уже ровным голосом.
— Что нам делать, Майкл?
— Нам? — я вдыхал аромат ее волос и тихо наслаждался.
— Я больше не могу, — твердо сказала она. — Не могу сидеть в стороне. Особенно, когда нас убивают. Мы же такие же члены общества, тоже хотим просто жить и радоваться, а не выслушивать то, какие ведьмы монстры и терпеть, когда нас похищают, жестоко расправляются с фамильярами и… убивают.
— Это нормальное чувство, Джойс. Но сейчас у нас нет ничего, кроме показаний некого Шона Остина, а его еще стоит найти и расспросить, — я чуть отстранился, и она тоже приподняла голову, так мы вновь смотрели друг на друга слишком близко. — Давай на сейчас сосредоточимся на Корване Кастере. Для ведьм нам понадобится чистый рассудок.
Она внимательно смотрела мне прямо в глаза, потом чуть прищурилась.
— И ты не будешь принимать Мяту?
— Я… я не знаю, — странно, мне захотелось быть честным в этом.
— Майкл, — вкрадчиво произнесла Джойс, заключив мое лицо в ладони, когда я попытался отвести взгляд. — Пообещай, что не будешь.
Я сглотнул, чувствуя себя едва ли не нагим под этим проницательным взглядом. Она сейчас читала мои мысли?
— Не могу обещать.
Ведьма фыркнула и отпустила меня, отстраняясь. Магия момента пропала.
— Но я попробую, Джойс. Попробую.
Кажется, я заметил легкую улыбку на ее лице.
* * *
Монти встретил нас приглушенной руганью. Вестери-Ярд не спал даже ночью. Конечно, большинство офисов пустовали, а их обитатели пребывали в объятиях сладкого сна, но все же дежурный и несколько нарядов кэпменов-вампиров имелись. Он быстро оценил мое потрепанное состояние и уверенный взгляд моей спутницы, так что даже не стал возражать на счет хорька. В полном молчании мы спустились на нижние этажи, где располагалось несколько камер временного содержания. Арестанты спали, подтянув ноги к корпусу, ведь нары в казематах главного управления были настолько короткими, что на них спокойно мог спать разве что низушник или карлик.
Мы на цыпочках пробирались по неосвещенному коридору под густой храп преступников, ожидавших либо суда, либо отправки в тюрьму. Джойс держалась за мою руку, не совсем хорошо ориентируясь в темноте, а Монти в полуприседе, словно типичный ливирийский ханза[1] вел нас вперед к одиночным камерам. Дин же деловито держался сзади, едва слышно царапая камень маленькими коготками.
В отдельном коридоре, где горела одна несчастная керосиновая лампа, мы обнаружили двух кэпменов без сознания.
 
— Что ты с ними сделал? — хмыкнул я, оценивая то, как аккуратно констебль усадил их на скамейку.
Складывалось впечатление, что они просто мило спали: один привалился к стене, а второй будто в усталости положил голову к нему на колени и сладко заснул.
— Чай, — Монти поиграл бровями. — Тот самый из лавки Купертауна.
— Древо, Монти, ты точно не сумасшедший? — я усмехнулся, представляя, как ребята будут приходить в себя после самого глубокого сна в своей жизни.
— Что еще за чай? — заинтересованно смотря то на меня, то на моего друга поинтересовалась Джойс.
— Монти, позволь представить тебе мою помощницу — это Джойс, Джойс — это констебль Ким, мы с ним когда-то работали в одном отделе.
Друг лучезарно улыбнулся и протянул смуглую руку ведьме.
— Можно просто Монти, мисс. Майкл скромничает, мы не просто работали, а были командой. Он — старшим следователем отдела уголовных преступлений, а я — его правой рукой. Вы могли слышать о деле Гарри Брэкнайта, известного потрошителя проституток. Я самолично надевал на него наручники, как только этот катт располосовал ему морду после трех месяцев преследования.
— Монти! — рыкнул я, проклиная ливерийца за его большую любовь к бахвальству.
— Ты был старшим следователем? — удивилась Джойс, давая Киму лишнюю секунду на поцелуй своей руки.
— Она не знала, да? — понял вдруг констебль и попытался сделать виноватый вид. — Считай это местью за пользование моим положением.
Я всплеснул руками, отчего бок обожгло болью, и все же скривился. Монти тут же прекратил паясничать и прочистил горло, нацепляя на себя самый серьезный вид. Рисовался перед дамой, не иначе. Из-за своего происхождения, несмотря на то что, он с рождения гражданин нашего славного королевства, а война с Ливерией окончилась двенадцать лет назад подписанием мирного договора, у Монти были небольшие проблемы в общении с противоположным полом. И если он видел, что леди спокойно относилась к его узкому разрезу глаз, то он вмиг хватался за возможность показать себя. На самом деле, Монти никогда не жаловался на отсутствие женского внимания. Однако именно из-за ливерийских корней Ванесса добилась, чтобы он сидел на приеме посетителей — пособирал как можно больше унизительных комментариев в свой адрес от простого народа Аркена.
— А это… — начала Джойс, указывая на деловито шарившего по карманам спящих орков фамильяра, но тут же осеклась, поняв, что делает этот наглый хорек. — Фердинанд!
— Что? — Невозмутимо поправил тот сбившуюся шляпку. — Пользуюсь любой возможностью прокормить семью!
— Смотрю, кто-то тоже хочет в камеру, — раздраженно, но не более того проговорил я.
Злиться на него у меня не было ни сил, ни желания. Впрочем, Дин все же имел какое-то благоразумие и, упомянув вскользь глупых кошек, он сполз с кэпменов.
— На самом деле, времени у нас совсем немного, — пояснил Монти, вытаскивая связку ключей у мирно сопящего кэпмена. — Его перевоз в «Балтингейл» перенесли на пару часов раньше. В пять часов утра за ним приедет усиленный наряд.
Я глянул на часы, стекло над циферблатом которых тоже пострадало после встречи с шестерками Лекса. Еще четыре часа, время, в принципе есть, но кто знал, как себя поведет Кастер при виде нас. И отреагирует ли он хоть как-то. Приходилось уповать на профессионализм ведьмы. Ким, слегка потянув на себя дверь, провернул ключ в замке и открыл перед нами дверь в камеру.
— О, Ехидна! Что это с ним? — пораженно зашептала Джойс, обхватив себя руками.
— Еще хуже, чем в суде утром, — нахмурился я, решаясь первый пройти внутрь одиночной камеры.
Здесь не было ничего, кроме глухих серых стен, узкой короткой лавки и ведра в углу. Свет в этой камере горел постоянно, не давая особо опасным преступникам расслабиться ни на миг. Вентиляция помещения была скудной, здесь всегда было душно и неприятно пахло плесенью, испражнениями и потом. Ничего не поменялось со времени моего последнего визита к тому самому Гарри Брэкнайту. Маньяку тут нравилось, он смеялся и утверждал, что вновь вернулся в материнскую утробу, прогнившую от ее частых прелюбодеяний с разными мужчинами.