"Фантастика 2024-83". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
— Дальше? Переформировать полки московские в двенадцать полков нового штата. Свести их в шесть бригад. А те в три дивизии. При каждой дивизии утвердить полк полевой артиллерии. Для начала из четырех батарей по восемь таких вот 6-фунтовых пушек. Их собирать в дивизионы по две батареи. Сами же батареи делить на четыре огневых взвода по две пушки. Обычным порядком держать все пушки дивизии в кулаке. При надобности выделять либо батарею, либо дивизион бригаде. При надобности употреблять их кулаком. В будущем один дивизион заменить на 12-фунтовые. Позже добавить третий дивизион — уже из легких «единорогов» в том же калибре. Чтобы редуты и прочие полевые укрепления было сподручнее ломать. Гранатами.
— А дальше?
— А дальше по ситуации. Мыслю — осадный полк нужно хотя бы один сделать. Лучше несколько. Все остальное разворачивать по ходу дела. По необходимости и возможности.
— Ладно… — кивнул царь. — Твоя мысль понятна.
— На три дивизии, — продолжил Алексей, — потребуется всего девяносто шесть 6-фунтовых пушек. Это не так чтобы и много. Зато сразу поднимет силу корпуса московского военного округа. Такая ведь пушечка и на полторы тысячи шагов ядром уверенно бьет, и две тысячи. Представляешь каким разрушительным окажется огонь полка, поставленного чуть ли не колесо к колесу? Да выдавая по три-четыре выстрела в минуту…
— Кавалерии ты, я так понимаю, пока не касался. — сменил тему Петр.
— А чего ее касаться? Тебе все уши прожужжали драгунами. Вон, даже после маневров Меншикова полка не спешишь улан разворачивать. И лошадей под них закупать.
— Сам же знаешь, что это непросто.
— Знаю. Но душа у тебя не лежит к ним. Драгуны уж больно в нее запали.
— А тебе они не нравятся… так ведь?
— А с чего они могут нравятся то? — усмехнулся сын. — Да, дешевые. Только толку с них, как с козла молока. Драгуны худший выбор и как кавалерия, и как пехота. Как говорится — здесь бы определится — тебе нужно ведерко карася или половинка порося.
— Это опять… оттуда? — неопределенно махнул рукой царь, намекая на сон.
— Да. Потом, во времена, когда вновь полковые пушки станут нужны, драгуны покажут себя. Но только потому, что иные виды кавалерии окажутся не нужны. А эти — пригодятся. Хотя и не как кавалерия, а только лишь как ездящая пехота.
— И… хм… неужто все так плохо?
— Хуже некуда. Драгунами одержима вся Европа. Словно одержимость какая-то. А они там нужны? Вот я не вижу явной ниши для них. Нам ведь какая кавалерия нужна? Во-первых, такая, которая на поле боя будет действовать. Это вот те самые уланы. Во-вторых, такая, которая бы действовала в разведке, охранении и патруле.
— Отчего же на эту роль драгуны не пригодны?
— Оттого, что вооружены не карабинами и с седла перестрелок не затевают. Надобно для этих задач что-то в духе рейтар. Ну, если название тебе не нравится, то пусть будут карабинеры. Строго кавалерия. Вооруженная легким палашом, карабином и парой пистолетов. Желательно на хороших лошадях.
— Так это практически одно и тоже.
— Как корабль назовешь, так он и поплывет. Оттого мне идея называть корабли именами великомучеников и не нравится. Зачем нам корабли мученики? Так и с драгунами. Какой смысл называть кавалерию ездящей пехотой? Ведь драгуны именно ей и являются. В моем понимании нужны в качестве усиления дивизий и корпусов только уланы да рейтары. Ну хорошо, — увидев, как отец поморщился от названия «рейтары», поправился сын, — карабинеры.
— И все?
— И все. В теории я бы еще несколько полков тяжелых кирасир развернул. С длиннющими пиками, вроде тех, что употребляли крылатые гусары. Но не при корпусах, а в качестве главного резерва. Применяя их только в генеральных сражениях и по случаю. Мощные кони. Пулестойкие доспехи. Особая выучка. Но это почти сказка. Ни коней, ни доспехов в разумные сроки на них не найти. Там ведь тяжелые рыцарские скакуны потребуются.
— Аппетиты у тебя… — покачал головой отец.
— Посему и говорю — разворачивать только улан да карабинеров. Для усиления дивизий и корпусов пехотных. Для чего нужно всеми правдами и неправдами добывать хороший коней вроде голштинцев или персов.
— Хорошо, — кивнул Петр Алексеевич, — я понял тебя.
После чего встал.
И прихватив папку направился на выход.
— Отец! — окликнул его Алексей, когда он уже был в двери.
— Что?
— Так как мне поступать? Я что, вот это все зря сделал? Форм под полковые пушки у меня нет. Заказывать их Льву Кирилловичу?
— Делай пока вот эти, — махнул он рукой. — Они в любом случае не пропадут.
— Переливать запасы церковного металла?
— Да.
— Мне потребуются деньги для организации изготовления лафетов, передков и зарядных ящиков. Это ведь в опытовой мастерской сделано.
— Возьми из тех, что я тебе доверил хранить.
— А повозки?
— Что повозки?
— Если московские полки переформировывать по новым штатам, потребуется наводить порядок и в обозах. Корпусной обоз.
— Делай, — тяжело… словно бы обреченно махнул рукой царь. — На время пока оставь и учебу, и опыты свои, и дела лишние. И займись пушками да повозками.
— Что-то случилось?
— Война началась… англичане с голландцами напали на французов. Может быть и осенью нам придется выступить. А может и по будущей весне. Пока не ясно. Так что, не относящееся к войне отложи и занимайся приготовлениями.
— Понял. — максимально серьезно ответил царевич.
— Понял он… — нервно усмехнулся Петр и не прощаясь вышел…
Глава 6
1701 год, май, 22. Лондон — окрестности Гронингена — Москва— Ваше Величество, срочные известия!
— Откуда? — нервно переспросил Вильгельм III Оранский. — Из Голландии?
— Нет, Ваше Величество. Из России.
— Вы верно шутите… Из России.
— Да, Ваше Величество.
— Плотник Питер, конечно, человек интересный, но какие могут быть СРОЧНЫЕ известия из этого дремучего медвежьего угла?
— У турецкого султана больше нет флота, Ваше Величество.
— Что?! — опешил Вильгельм.
— В битве при Азове русский флот уничтожил османский.
— Так это не выдумки?
— Никак нет, Ваше Величество. Мне удалось найти списочный состав погибших кораблей. Которые сгорели, которые утонули, которые сели на мель и которые сдались.
— И много? Много там османы потеряли?
— Восемнадцать линейных кораблей и шестнадцать галер, включая три большие.
— СКОЛЬКО?! — выкрикнул, вскочив Вильгельм.
Его собеседник повторил.
— Здесь не может быть ошибки? — после затянувшейся паузы поинтересовался король Англии.
— Никак нет. Русские опубликовали подробности в своей газете. А из Константинополя мне написал наш человек. Все совпало. Питер не стал ничего приукрашивать, сообщив новость без искажений.
— Плотник… — пожал плечами Вильгельм, удивившись этому ничуть не меньше самой новости. — Что с него взять?
— Так точно, Ваше Величество. Плотник.
— А что там случилось?
— При Азове?
— Да.
— Адмирал Крюйс заманил к устью Дона осман, изобразив бегство с рейда Керчи. А там, выбрав момент, атаковал неприятеля, отправив на него двадцать шесть брандеров. Пустив для это дело все ветхие или негодные корабли. Многие, из которых годились только на дрова.
— Двадцать шесть брандеров… — покачал головой Вильгельм. — Это звучит как безумие.
— Вы же знаете этого плотника, Ваше Величество. Он одержимо строил корабли. Неважно какие. Неважно как. В итоге в устье Дона скопилось их великое множество. И они стали тяготить не только адмирала Крюйса, которому поручили за ними присматривать, но и самого Питера. Ведь их требовалось содержать. А это не дешевое удовольствие.
— Да уж… двадцать шесть брандеров…
— В итоге сего дерзкого и неожиданного маневра часть турецких линейных кораблей загорелась. Другая часть, большая, стала метаться. Произошли столкновения и вылеты на мели. Уцелевшие корабли Крюйс принудил сдаться, выйдя на них во главе эскадры из шести линейных кораблей и двадцати малых галер.
