Ювелирная лавка госпожи Таниты

Но я-то знала, что тетка Свэнья теперь на моей стороне. Соседка оказалась лучше своей сестрицы.
– Совсем другое дело, – сказала я миролюбиво, а потом достала из кармана лист бумаги.
– Что это?
– Это чтобы совсем успокоить вашу душу. Договор о сотрудничестве с оценщиком, господином Грутом.
Документ выглядел солидно и был заверен личной печатью. После получения своей доли от сделки старик пребывал в отличном настроении и был готов написать все, о чем бы я ни попросила. Он охарактеризовал меня как надежного и перспективного компаньона. А еще добавил, что мои украшения высоко ценятся на рынке и что он готов сотрудничать со мной на постоянной основе.
Брови госпожи Мелении взлетели на лоб. Она посмотрела на меня, словно не верила, что я и есть та безалаберная девчонка, которую она когда-то знала. Теперь у нее нет никаких поводов мне отказывать.
– Все прочитали? Я не безработная. С голоду не пропадем.
О том, что мою подвеску за золото купила сама служительница храма, я решила пока не говорить.
Конечно, не обошлось без ворчания и причитаний. Госпожа Меления, не скрывая недовольства, отыскала документы Варды и Тимоша, шлепнула какие-то печати, расписалась.
– Идем, – бросила, не глядя на меня.
Дверь распахнулась, и я увидела брызнувших в стороны детей. Они что, подслушивали?
– Почему не на прогулке? Опять ведете себя неподобающе? – тоном ледяным и колючим, как февральский мороз, поинтересовалась Меления.
– Это уже не имеет значения, – осадила я ее и поймала Варду за руку. Девочка сжала мои пальцы в ответ. – Сейчас мы идем собирать вещи, а потом… – я заговорщически посмотрела на мелких, которые боялись даже дышать. – Потом отправимся домой.
 
Глава 13. Случайная встреча
 
Имущество племянников уместилось в две небольшие сумки: кроме сменной одежды и пары игрушек у них ничего не было. Мы шагали по улице, я не знала, о чем вести разговор. Дети негромко переговаривались между собой, они тоже чувствовали неловкость.
Я волновалась за Тимоша, надо бы показать мальчика врачу. Вдруг там все-таки перелом или сотрясение? Жаль, у меня нет медицинского образования, остается уповать на квалификацию местных лекарей. Надеюсь, тут пиявки и кровопускание не являются единственными способами лечения?
Я негромко кашлянула, чтобы привлечь внимание.
– Так, детишки, – начала деловито. – Скажите мне, вы ведь в школу ходили?
При упоминании школы Тимош слегка поморщился, а Варда с готовностью принялась рассказывать:
– Да, ходили, пока папа был жив. В школу Святой Патриции на Каштановом бульваре недалеко от дома. Потом, конечно, пришлось ее оставить, – на лицо девочки набежала тень, а взгляд потух. – В детском доме с нами занимался учитель.
– Тогда завтра снова отправим вас в школу.
Не сидеть же им дома, в самом-то деле? Образование важно в любом из миров. Заодно и к нотариусу сходим.
Дети переглянулись, и Тимош покрутил пальцем у виска.
– Ты что? В школах сейчас каникулы! – возмущенно заявил мальчишка.
– Знаю, – ответила я с умным видом, хотя, конечно же, не знала. – Но все нужно делать заранее. Если придем в последний момент, в школе может не остаться свободных мест. И вообще, я так давно училась, что и забыла, когда бывают каникулы. Напомните, будьте так добры.
Так я узнала, что Новый год совпадает с началом учебного года – это первый день зимы. Первые каникулы выпадают на март, вторые – на июнь, а третьи – на ноябрь. Правда, здесь у месяцев названий не было, говорили просто «первый месяц весны» и тому подобное. Таким образом я выяснила, что сейчас заканчивается июнь.
Я любила лето не только за тепло и яркое солнце. В это благодатное время можно набрать природных материалов для моих украшений.
По улице сновали горожане, с двойняшками поздоровалась какая-то женщина. Дети засматривались на яркие витрины и вздыхали время от времени.
– Что-нибудь хотите? – спросила я, когда мы остановились у продуктовой лавки.
Конечно, хотят. Ужин в приюте они пропустили, к тому же, не думаю, что там их баловали разносолами. Дети переглянулись, но скромно промолчали.
  
– Давайте, заходите. Устроим сегодня праздник живота в честь возвращения домой, – я схватила их за руки и потащила внутрь.
Лавка оказалась огромной, хорошо одетые покупатели толпились у прилавков, с которых на нас смотрели ароматные колбасы, соленья, сыры с зеленью, чесноком, специями. Яблоки и груши манили румяными боками, блестели от влаги гроздья синего и зеленого винограда, мягкие сливы были выложены горками. Гранаты, лимоны, клубника и вишня едва не лопались от переполняющего их сока.
Хозяин лавки, увидев золотой ксол, уставился круглыми глазами, а потом заворчал, что на сдачу придется отдать всю кассу.
Выходили мы, груженые покупками. Варда выглядела довольной и бесконечно щебетала, а Тимош, напротив, притих и загрустил.
– Мы часто тут бывали раньше, – ответил на мой удивленный взгляд.
Показалось, что синяки под глазами стали еще темнее, и я спросила:
– Так, детишки, вы не знаете, тут поблизости есть лекарь? Я хочу, чтобы он тебя осмотрел.
– Мы не детишки! Звучит прямо как мышки, – пискнула Варда.
– Не хочу к лекарю, со мной все нормально, – сразу заартачился мелкий вредина. – Пошли уже домой!
– Обязательно, но сначала лекарь.
– По пути как раз живет господин Терби, – сообщила девочка.
Тимош что-то буркнул в ответ и зашагал быстрее. Мне было неудобно гоняться за ним с тяжелой корзиной в руках, да и прохожие толкались локтями и мешали. В какой-то момент я потеряла мальчишку из виду, внутри похолодело.
– Варда! Где твой брат?
Но девочка тоже вертела головой, пытаясь высмотреть знакомую фигуру на людной широкой улице. Ну вот, приехали! Чувствую, малец еще попьет у меня кровушки. Я скрипнула зубами, поставила корзину под ноги и громко позвала:
– Тимош! Куда ты делся?! Иди сюда немедленно!
Прохожие удивленно посмотрели на меня, одна женщина даже остановилась, но спустя пару секунд взгляд ее сделался равнодушным, и она зашагала дальше по своим делам.
– Может, он зашел в какую-то лавку? – предположила Варда.
– Госпожа Танита!
Голос показался знакомым, и я мысленно застонала. Только этой встречи мне сейчас не хватало! Но судьба оказалась не благосклонна: на крыльце магазина сладостей стоял владелец «Радости ювелира» господин Леорг.
Блондин держал в руках бумажную коробку в синий горошек. Он глядел то на Варду, то на меня, и в глазах его плескалось изумление.
Ювелир первым пришел в себя и торопливо спустился по ступеням.
– Варда? Здравствуй, дитя.
Конечно, он не мог не знать детей Малкольма, если их отцы когда-то дружили, а потом соперничали. И меня, то есть Таниту, он определенно видел.
– Добрый вечер, господин Леорг, – кисло проговорила девочка.
– Так вы… – он многозначительно приподнял бровь и впился в мое лицо цепким взором. – Та самая Танита? Сестра Малкольма?
Я увидела, как пальцы, держащие коробку, напряглись. Совсем не к месту подумала, что Леорг купил этот тортик для себя и собирался разделаться с ним в темноте под одеялом.
– Сожалею, но у меня нет времени для бесед. Вы, случайно, не встречали Тимоша?
Разговаривать с ним не хотелось. Как скоро он узнает, что я решила возродить семейное дело и заходила к нему в лавку не просто так? Ох, чувствую, улыбка красавчика скиснет, как старое молоко.
– Тимош? Так он внутри, – ювелир кивнул в сторону лавки сладостей. – А что с ним? Почему мальчик в синяках?
– Видимо, потому что в приюте детям жилось не слишком сладко, – ответила я резче, чем хотела.
Господин Леорг упрямо последовал за нами с Вардой, и мы втроем ввалились в магазин. Ювелир забрал у меня корзину с продуктами, несмотря на возражения.
Внутри был самый настоящий рай для обжор. Яркие карамельные конфеты на палочках, торты всех форм, размеров и цветов, меренговые рулеты, пирожные с фруктами, мороженое в вафельных рожках, пончики, посыпанные шоколадной стружкой и орехами. Вся эта красота занимала многоярусные стеллажи, выкрашенные в розовый и голубой, пряталась за стеклянными витринами. Над головой растянулись гирлянды из сушек, конфет и пряников в виде покрытых глазурью зверят.