Малфой (СИ)
Взяв Полумну за руку, мы зашли в кафе. Видимо, «трио» трещит по швам. Но, как говорят в России: «Человек предполагает, а Господь располагает». И я, в очередной раз убедился в этом.
Скоро вышла статья Риты Скитер о падении нравов национального героя, о его ненормальности и о том, как влияет на это Гермиона Грейнджер. На бедную девушку были свалены все промахи и неудачи шрамоголового. Ох, и торчит белая борода из этой статьи, торчит. Каждый день совы атаковали Грейнджер. Большую часть писем сжигали на подлете Уизли и Поттер, но девушке все равно доставалось. Гной какого-то цветка, проклятия, сглазы, громовещатели — это неполный перечень того, что ей присылали. «Золотая троица» вновь сплотилась. А теперь вопрос: Зачем это нужно Дамблдору? Для чего ему Грейнджер? А Поттер? Свои предположения я подробно изложил Люциусу, на что получил ответ ни во что не лезть, с иностранцами не пить, в конфликты не встревать. Письма с таким же наказом получили другие дети, чьи родители были пожирателями. Видимо, что-то затевается.
***
Второго февраля (а именно на этот день назначили второе испытание) на трибуне было холодно. Нет, не так. Было о-о-о-очень холодно! Несмотря на теплый костюм под мантией, зубы выбивали чечетку. Большая часть райвенкловцев и слизеринцев не пошли — минус семнадцать на улице. Луна тоже осталась в башне. Я с завистью смотрел на иностранных гостей, которые, не скрываясь, пили спиртное. Неугомонный гриффиндорец разгадал загадку яйца, спер у нашего декана жабросли и нырнул в озеро. Он с честью и мужеством прошел испытание. Очередной рев толпы возвестил о том, что последний участник Турнира выбрался из воды. Гарри Поттер прибыл первым со своим пленником — Роном Уизли. Затем была Делакур, а потом Крам и Диггори.
— А Поттер нормальной ориентации? — спросил я сидящего рядом Нотта.
— С какой целью интересуетесь? — ответил Теодор.
— Просто рассуждаю. Диггори и Крам спасали своих девушек, Делакур — жениха. То есть, спасали любимых людей. А Поттер спасал Уизли…
Сидящие рядом со мной неприлично заржали. А я что? Я ничего. Диггори спасал китаянку Чанг. Крам — Гринграсс, с которой был на балу. Делакур — жениха. Вроде как из Борджиа. Другого объяснения, что делает это семейство на трибуне в Хогвартсе, у меня нет.
Испытание закончилось, и все с большим удовольствием отправились по гостиным — греться.
На следующий день в «Ежедневном Пророке» вышла статья о, возможной, нетрадиционной ориентации героя магической Британии. Интересно, как она узнала про разговор? Скитер ведь и рядом не было!
Большая часть студентов уже потеряла интерес к Турниру. Иностранных гостей в замке не было. Жизнь текла своим чередом.
***
В Валентинов день школа была взбудоражена. Повсюду летали Валентинки, девочки хихикали, мальчики дарили подарки прекрасной половине. Милостью директора занятия отменили и всем, кто старше второго курса, разрешили посетить Хогсмит.
А вот за завтраком случилось неожиданное — замок содрогнулся, как будто кто-то очень сильный топнул ногой. Я о таком только в книге читал. Когда очень сильный волшебник желает попасть туда, где ему не рады, он выпускает магию, требуя впустить его. Это предупреждение — мол открывайте добровольно, или я сам зайду.
Школьники заволновались.
— Ти-и-и-хо-о-о, — крикнул Дамблдор, — все под контролем!
Заскрипели отворяемые ворота. Этот звук был слышен даже в большом зале. Обычно все двери и створки открываются бесшумно, но не в этот раз. Волшебный замок как мог, сопротивлялся незваному гостю, и только разрешение директора удерживало полуразумный Хогвартс от объявления осадного положения. Школа может существовать автономно, пользуясь только своими ресурсами, около трех-пяти лет. При этом все, кто находятся в замке, могут пережить хоть авиа бомбардировку. Основатели были воистину великими магами, раз смогли сотворить такое волшебство.
Школьники повставали из-за столов и прильнули к окнам. По заснеженной дорожке, неспешно, в черном офисном костюме, шел мужчина. Под руку он вел Мюриэль Пруэтт. Они зашли в школу, и через минуту дверь большого зала с противным скрипом отворилась.
— Герр Виттельбах, миссис Пруэтт, — холодно начал Дамблдор, — что привело вас в Хогвартс?
Не удивлен такой реакции. Дамблдор прекрасно понимает, что тот, кто стоит перед ним, способен разнести Хогвартс и Запретный лес парой взмахов палочкой.
— Доброе утро, герр Дамблдор, — с акцентом произнес мужчина.
— Директор Дамблдор, — начала Пруэтт, — я, как опекун Рональда и Джиневры, забираю их из Хогвартса на неопределенное время. Дети, пойдемте.
Пока велся этот диалог, я рассматривал Виттельбаха. Теперь мне понятно, почему Ксенофилиус не хотел отдавать дочь. От мужчины веяло ужасом, страхом, смертью. Мне хотелось убежать подальше от этого отглаженного костюма, начищенных туфель, бриллиантовых запонок и дорогих перстней. Он был богат и очень опасен. Вроде как Лавгуд говорил, что ему уже больше пятидесяти, но по внешнему виду — тридцать. Я с трудом сдерживался, чтобы не забраться под стол. Впрочем, судя по лицам других школьников — они тоже.
Брат и сестра Уизли, ни слова не говоря, встали из-за стола и направились к тетушке. Хогвартс они покидали через ворота, до которых дошли пешком. Волшебный замок захлопнул ворота школы за незваными гостями так сильно, что стекла задрожали.
— Бр-р-р, — сказал Монтегю, прильнув к окну, — ну и ужас! Я чуть в штаны не наложил.
— Кошмар, — вторила Гринграсс старшая, — боевой некромант в школе. Непостижимо!
— Сочувствую Уизли, — сказал Седрик, — который стоял рядом с нами и наблюдал отбытие у окна.
— Кто это? — спросил Поттер.
— Это Николос Виттельбах. Наследник Виттельбахов из Германии, — принялся объяснять Невилл.
— И? — не понял Поттер.
— Некромант, — ответила Вейн, — страшный некромант. Поднимает мертвых, проводит эксперименты на живых. Магистр некромантии. Гриндевальд пытался привлечь эту семью на свою сторону. Таких как они всего четверо во всем мире. Виттельбахи, Васильевы, Йокоруми и Сильва. Эта семья занимается исключительно тем, что связано с миром мертвых.
— Почему они еще живы?
— Потому что, Поттер, — встрял я, — они, как ядерная бомба, пока не трогаешь — все хорошо. Тронешь — снесет.
— Что ему нужно от Рона и Джинни? — спросила Грейнджер
— Как придут, — ответил Невилл, — расскажут. Ханна, пойдем в Хогсмит.
— Хорошо, только переоденусь, — ответила девушка.
Такова жизнь — мы смотрим на проблемы других, а затем возвращаемся к своим делам.
***
За окном было пасмурно, скорее всего, пойдет снег, но школяров это не остановило от похода в деревню. Мы с Луной тоже отправились в Хогсмит. Идти к Паддифут не хотелось, «Три метлы» — переполнены. Прогулявшись по деревне, накупив всякой всячины, зашли в маленький канцелярский магазин. Я и Полумна стали выбирать перья, пергамент и прочую мелочевку.
— Ой, — сказала Луна, когда я расплачивался на кассе, — снег!
— Красиво, — ответил я, — пойдем?
Серые тучи заволокли небо. Снег падал хлопьями. Огромные, белые они ложились на землю и ближайший магазинчик. Несмотря на это, было тепло и тихо. Жители деревни попрятались от непогоды, а школьники уже спешили в замок. Мы и не заметили, как на деревню спустились сумерки. Фигурка Луны в черной мантии казалось такой маленькой и хрупкой на фоне окружающего снежного пейзажа.
— Ай, — вскрикнула девушка, когда я обнял ее и приподнял над землей, — пусти меня!
— Сейчас, только до сугроба донесу, — пробасил я.
— Драко! Пусти!
— Сейчас отпущу, — сказал я, и мы повалились в огромный сугроб.
Снег попал за шиворот, в рукава и сумку.
— Холодно же! — воскликнула Луна, когда я, не дал ей встать и опять свалил в снег.
— Весело же! — сказал я, когда мы упали на бок.
— Заболеем, — ответила она, но попытки встать не предприняла.
— Вылечат, — ответил я, прижимая девушку к себе.