Хроники старого мага. Книга 3 (СИ)

Кажется, от такой наглости я перестал даже дышать. Это же грабёж!
- Уважаемый! – продолжал тем временем Голендил. – Где же твоя совесть? Перед тобой два бедных поломника! Во славу богов, мы бредём по миру, неся доброту! Ты хочешь отнять последнее у бедных дервишей? Только из уважения к твоей мудрости – 15 %.
Челюсть Невила стала медленно опадать к поверхности земли. 
- Я с огромным уважением отношусь божественным сущностям и их последователям. Но и ты меня пойми, уважаемый. Мне же придётся работать со взятками! Придётся уговаривать множество людей на пути к нашей цели. Это же неподъёмный труд! И вся нагрузка ляжет на мою долю! 38 %, лишь из уважения к вашему божественному промыслу.
- …
Невил следил за переговорами с широко раскрытым ртом и ошалевшими глазами. Разговор этих двоих был похож на перебрасывания мячика от одного к другому. Ставки процента при этом сближались, приходя к общему знаменателю. Скоро они уже спорили о десятых, а потом уже и о сотых долях процента. В конце концов, они сошлись на 30,81 % от прибыли, которую мы должны были оплатить посреднику за помощь в оформлении договора между городом и нами, а также в содействии по устранению бумажной волокиты и отслеживанию денежных потоков. В этот день Голендил открылся для меня в совершенно другом виде. Оказалось, что он столь же искусный торговец, как и большинство гномов, о которых мне приходилось слышать. 
Впоследствии, общаясь с Голендилом, я узнал, что это является обычной формой общения с гномами. Торговаться за каждую мелочь и биться в словесных баталиях для гномов является обыденностью. А их статусное положение в обществе определяется именно этой способностью. И если я хочу не просто общаться с этим народом, но и добиться его уважения, то должен научиться торговаться с ними на равных, как минимум. Здесь важно не перегибать планку, понимая до какого уровня можно опустить цену, и к какому уровню впоследствии следует её привести. Гномы, не смотря на всё, что о них говорят, предпочитают деловые отношения. Уважают тех, кто понимает ситуацию, стоимость вещей в тот или иной момент времени, а также знает цену себе. В обычной ситуации стоимость посредника, который будет тебя представлять перед городом и вести твои дела, составлять все контракты, и лично курировать работу, присутствуя на рабочем месте, составляла до 35 %. Ему удалось сбить эту цену лишь потому, что никто другой не мог совершить эту работу за них. Гномы это поняли и уступили. А вообще, гномы не любят ни скупых, ни транжир. Работа должна быть исполнена в срок, качественно и при этом, хорошо оплачена. Если гном дал слово, он его исполнит. В честности на них можно положиться. Но, при этом торговаться, для них возводится в разряд национальной традиции. Уже позже я потратил много усилий, чтобы научиться торговаться и вести переговоры. Чем впоследствии охотно пользовались и чиновники императора, и маги академии. 
Тем временем, стукнув по рукам о соглашении, Балин достал из своей сумки свиток пергамента и письменные принадлежности. Развернув свиток, он стал старательно выводить на нём текст соглашения. Для этой цели он использовал не гномье руническое письмо, а эльфийскую письменность. Свиток договора составлялся на эльфийском языке. Свиток был достаточно большим. Само соглашение о выполнении работы по уничтожению акромантулов в туннелях под городом с указанием наших имён и имени посредника, заняло лишь одну строку. Ещё одной строкой прописывалось предоставление нам для этой работы воина-щитовика, который будет сдерживать больших пауков, пока мы будем их уничтожать. Пришлось сообщить, что раньше мы придерживались другой тактики, с выманиваем пауков наружу. Но здесь эта тактика не поможет. Пауки имеют возможность разбегаться по галереям, и противостояние может затянуться. Придётся лезть вниз и сражаться на их территории. Мы решили не демонстрировать мою способность оборотня, чтобы не спровоцировать гномов на попытку моего убийства. Поэтому прописали в контракт воина-щитовика и его оплату за эту работу. Остальные пункты включали обязательства наши и города по выполнению работ. Их объема, сроков и оплаты, снятия налогов и возврат денег за невыполнение договора и пеня за срыв сроков. Пергамент получился размером с приличную скатерть. С этого договора я снял копию и переписал его на свои листки пергамента. Получилась приличная по толщине книга, которую я впоследствии использовал как учебное пособие и образец при составлении контрактов.
 
Пока составлялся договор, солнце успело достигнуть зенита. Наступил полдень. Время обеда для гномов. По настоянию Балина, мы разделили с ним его обед. Нам подали отрезанные от каравая ломти хлеба и миски, заполненные нарезкой из овощей и мяса. Дополнительно нам поставили кружки горячего зелёного чая. Обед прошёл шумно. Балин постоянно что-то говорил. В перерыве между словами он успевал закинуть в рот очередной кусок пищи, прожевать его, сглотнуть, и вновь разразиться длинной речью. И если бы только речью! Он рассказывал нам забавные сцены из его жизни, историю своего народа, притом в основном битвы, перечисляя героев. А также порывался петь песни и боевые гимны. Балина было так много, что это не позволяло нам вставить даже слово в его непрекращающийся монолог. Оставалось, только молча жевать свою пищу, стараясь не прислушиваться к продолжающемуся словоизлиянию. 
Когда последние крошки были съедены, а капли чая были выпиты, Балин резко засуетился. Сообщив нам, что пока солнце ещё высоко, надо посетить множество мест и уладить множество дел. Поэтому мы стали быстро собираться, подгоняемые хозяином. Он настоял, чтобы мы были замотаны в свои обрывки шкур, и обязательно взяли свой паучий посох. Потребуется для ведения переговоров. Хорошую одежду мы купим после, а сейчас нужно показать нашу «хищность» и «брутальность», как настоящих охотников за тварями. Мы должны производить сегодня особое впечатление. Охотник в приличном костюме при переговорах смотрится не особо зрелищно. Особо его впечатлило наше непередаваемое «амбре», источаемое нашими телами. Это должно добавить особый штрих в переговорах. Отмыться и переодеться он нам позволит позже, когда будут утрясены все нюансы с договором. Это не сделало нас счастливыми, но пришлось согласиться. 
Балин был прав. Когда мы оказались в здании Торговой гильдии, от нас стали шарахаться все встреченные нами гномы. Своим видом и запахом мы вызывали у них страх и отторжение. А когда по коридорам гильдии прокатилась фраза, что идут охотники на акромантулов, от нас стали шарахаться даже воины охраны. Я прекрасно их понимал. Акромантулы, поселившиеся в туннелях под городом, стали для его жителей источником постоянных страхов и ночных кошмаров. Ими пугали непослушных детей. И теперь, когда весь город сжился с этим живущим рядом кошмаром, появились те, кто охотится на этот кошмар. В глазах жителей города мы выглядели ещё большими монстрами. И весь наш облик, и запах, а также посох из ноги монстра, говорили им об этом. «Вас пугаю волки в лесу? Поселите в доме крокодила, и волки больше вас не побеспокоят!» Наверное, именно так они нас и воспринимали в тот момент. Мне было несколько неловко. И когда я увидел спешащего к нам гнома, то постарался улыбнуться. Лучше бы я этого не делал. Несчастного хватил сердечный приступ. Уже лёжа на полу, и хватаясь за грудь в районе сердца, он прохрипел, что нас ожидают в зале совета гильдии. Перед тем как отключиться.
- Займёмся взятками. – Проговорил Балин и передёрнул плечами с видом неприязни.
Зал совета походил на небольшой стадион для игры в мяч, с рядами стульев расположенных по кругу в несколько рядов, поднимающихся амфитеатром от центра вверх. В центре образовывалась открытая площадка со стоящими на ней столами из дорогих пород дерева. Столы были составлены в ряд. Меня с Голендилом посадили за стол на стулья. Мы оказались сидящими на торце длинного ряда столов. На другом торце, подальше от нас, восседала группа гномов. Они были одеты в дорогие костюмы и обвешаны большим количеством золотых украшений. Они были стары, но их длинные бороды, гордый вид и надменные взгляды говорили о высоком социальном положении в своём сообществе. Усадив нас за стол и попросив ничего не трогать и не говорить, Балин отправился договариваться с главами гильдии. Гномьего языка я не понимал, но жесты и мимика были красноречивы. Я наблюдал красочный спектакль разговора Балина со старейшинами. Он перед ними сначала чуть не танцевал, потом запугивал, временами показывая на нас. Поток его речи не прекращался ни на мгновение. Лица старейшин постепенно изменили своё выражение с надменного на испуганные. Началась перепалка. И, наконец, в речи старейшин появились просящие нотки. После небольшой порции уговоров, один из старейшин позвонил в колокольчик, и отдал приказ появившемуся гному. Через некоторое время в зал внесли большой мешочек и со звоном поставили на стол. Ошибиться я не мог. В мешке были деньги. И, судя по звону, золото и серебро. Поставив подпись в расписке, Балин забрал мешок с деньгами и направился к нам. Вежливо поклонившись, он предложил нам покинуть зал. Что мы и проделали, выйдя за дверь следом за ним. Уже двигаясь по коридору, Голендил задал ему вопрос.