Волчий дурман. Черная луна (СИ)

— С того дня Дарк больше не произнес при отце ни слова, сколько бы он его ни бил и как бы потом ни издевался над ним или его мамой. А я сделал подкоп к месту заключения Дарка и тайком таскал ему еду и питье, пока все спали.
— И никто не мог остановить этого изверга?
— Алистер был самым сильным волком в нашем роду. Как теперь самым сильным стал Дарк. Их кровь невозможно победить. И это соблазн, который дарит вседозволенность. Все знали, что происходит в этом доме, но никто не решился пойти против него, потому что это была бы смерть.
Я выдохнула с дрожью и перевела взгляд, затуманенный слезами, на мирно спящего Дарка, стараясь отогнать мысли, что ходили слухи о том, что Дарк убил своего отца.
Волки шептались, что он сделал это ради денег и статуса, чтобы стать самым богатым и могущественным волком нашего рода.
Но теперь я думала, что если Дарк и сделал это, то дело было не в богатстве и власти.
И я понимала его.
— А как же мама Дарка? Она не пыталась защитить своего единственного сына?
— Пыталась, Кирти. И поэтому умерла так рано.
Это было просто чудовищно! У меня не было слов, чтобы передать, какие эмоции кружили внутри, забирая дыхание и застилая глаза пеленой слез.
— Он убил и ее?
— Да.
— Именно в тот день Адам стал Дарком. Он пытался уйти из дома, но отец всегда находил его, возвращал, и всё становилось еще хуже, чем было. Когда у Дарка начался переход, отец снова бросил его в подвал и не думал о том, что без его крови он умрет. Мы все понимали, что Дарк не переживет той ночи, и потому дед тайно позвонил сослуживцам отца, которые когда-то пытались исправить ситуацию и воздействовать хоть как-то на Алистера, — твоему дяде Каслу и отцу Девы.
Это было более чем неожиданно!
Нет, я всегда замечала, что дядя Касл говорил о Дарке хоть и неохотно, но только хорошее.
А еще я знала, что именно мой дядя, будучи наемным киллером, тренировал Дарка, когда тот вернулся из армии.
Но таких подробностей, как сейчас, я не ожидала услышать!
— Они приехали сразу же и в буквальном смысле выкрали Дарка из особняка. Только благодаря им Дарк смог пройти переход и, как только окреп, сразу же ушел служить, поскольку не хотел возвращаться в дом.
— И отец не пытался его вернуть?
Сет мрачно хмыкнул:
— Еще как пытался. Твоему дяде по этой причине пришлось менять место жительства пару раз. А еще он стал единственным волком, который прострелил дробью руки Алистера, когда тот пытался выяснить, куда делся его сын. Дарк и после армии какое-то время жил у Касла. Пока не вернулся в дом в качестве хозяина.
Сет ничего не сказал, что стало с отцом, но это было и не нужно.
Если Дарк убил его своими руками, то поступил верно, избавив этот мир от настоящего чудовища!
Мы еще долго молчали, глядя на то, как спит Дарк, пока я не прошептала ошарашенно:
— Подумать только, Дарк всё это время был так близко к моей семье, а я этого даже не подозревала.
— Тебя тогда еще не было, Кирти, — улыбнулся мужчина, но меня не смутила наша разница в возрасте с Дарком.
Дядя Касл всегда был немногословным, молчаливым и загадочным.
Раньше я думала, что это в силу его профессии и после огромной трагедии, когда умер его единственный сын. Выходило, что в каком-то роде Дарк заменил ему сына, и теперь мне было приятно об этом думать.
Да, Касл всегда пытался остановить папу, если тот начинал нервничать насчет моего статуса в отношении Дарка, когда я была маленькой.
Это он повторял, что не стоит паниковать и нужно просто дать время Дарку. И мне.
Как же он оказался прав.
— Дарк не ангел, но он никогда не был плохим волком, — проговорил Сет после молчания и снова подтолкнул ко мне поднос с едой. — А теперь кушай. Ответы на все вопросы ты получила, и Дарк будет дуться, когда узнает, что я плохо присматривал за тобой.
Не удержавшись, я хохотнула.
— Он умеет дуться?
— Раз в сто лет, — улыбнулся мужчина, а я подумала о том, какой же он красивый и добрый. А еще верный.
— Спасибо тебе, Сет. Дарку очень повезло с лучшим другом. Без тебя он мог бы погибнуть, — с чувством отозвалась я, на что мужчина тихо проронил:
  
— Как и я без него. Доедай, Кирти, и ложись спать. Я буду в соседней комнате на тот случай, если Дарку что-то понадобится.
— Не думаю, что смогу уснуть, пока он не очнется, — пробормотала я, но всё-таки всё съела, тут же ощутив, как меня окутала сонливость, с которой пыталась бороться.
Когда волк забрал поднос и направился к двери, я окликнула его, чтобы задать последний вопрос, который меня мучил.
— Сет! Дарк не любит, когда его называют Адам?
— Его настоящее имя знают всего три человека, не считая тебя: я, мой дед и Палач.
********************* 
Я видел прекрасный сон.
Сон, в котором Кирти была моей и не пыталась убежать.
Прекрасная, нежная и чувственная до одурения, она лежала на моей кровати и спала так сладко и крепко, словно не подозревала, что самый ненавистный ей в мире волк лежит рядом.
Без оков и цепей.
Без наручников на изящных руках.
Она была рядом со мной, и это ее не смущало и не пугало.
Разве я мог мечтать о таком сне?
Разве мог просить волчих богов, чтобы они подарили мне любовь этой девушки, которая была такой хрупкой в моих объятьях и такой сильной, когда стреляла из винтовки и прикрывала мою спину?!
Удивительная и неповторимая девушка, которая заворожила меня много лет назад и никак не отпускала.
В ней я нашел свой рай, которого не заслуживал.
Страшно было сделать лишний выдох, чтобы не спугнуть это видение.
Кирти спала, уткнувшись кончиком носа в мое плечо, и держалась двумя ладонями за руку, словно боялась, что я убегу, пока она спит.
А я лежал и пытался делать то, что никогда не делал, — я молился о том, чтобы проснуться и увидеть ее рядом с собой.
Разве она могла быть рядом со мной в реале, когда узнала, кто я такой на самом деле?
Девушка сонно выдохнула, и ее длинные ресницы задрожали, а тело тут же напряглось.
Я окунулся с головой в ее распахнутые глаза, в которых с блаженной дрожью увидел собственное отражение.
— Давно проснулся? Сильно болит? Давай я позову Сета и он вызовет врача!
Моя девочка была взволнована и искренне переживала. За меня. А я ничего не мог сказать, только смотрел на нее восторженными глазами и всем своим существом впитывал ее эмоции, что проходили через мое сердце и отзывались в десятки и сотни раз сильнее.
В них не было ненависти или страха.
Не было смущения или непонимания.
Она была моей. Вся. Без остатка. Душой и телом.
И мое сердце застучало, срываясь в бездну новых чувств, скрывать которые я бы не смог, даже если бы захотел.
Кирти сбилась с мысли и перестала что-то быстро и сбивчиво говорить, только застыла, глядя на меня, и вдруг принялась улыбаться.
Такая красивая.
Такая моя.
— Не было никого страшнее Аида — повелителя царства мертвых. Его сердце было чернее самых темных уголков земли и преисподней. Но даже оно озарялось светом, стоило ему только увидеть юную прекрасную Персефону, отданную ему в жены богом Зевсом. У него не было сил терпеть, и бог смерти похитил свою невесту…
Кирти тихо рассмеялась, выгибая бровки и глядя на меня озорно и лукаво:
— Ты о нас рассказываешь или пересказываешь мифы Греции?
— Как думаешь, мы похожи на них?
— Точная копия! Только не думай, что я буду жить у папы половину года и оставлять тебя одного, чтобы какие-то греческие нимфетки бегали за Аидом и строили ему глазки!
Мог ли я быть еще более счастливым, чем сейчас, когда рассмеялся, притягивая Кирти к себе, чтобы приобнять ее одной рукой, которая могла функционировать?..
Она не сопротивлялась, но прилегла осторожно, потому что думала, что может причинить мне боль.