Оставь себе Манхэттен

Обхватив мохнатые мордочки обеими руками, я поцеловала каждую.
– Мне так жаль, Скотт.
– Да, – молвил он с отсутствующим выражением лица, которое мне совсем не понравилось. – Мне тоже.
Я наблюдала за снегопадом, обдумывая все, что он мне рассказал. Картина наконец-то складывалась.
– Ты поэтому уехал? Потому что не хотел, чтобы тебе все напоминало о случившемся?
Скотт оторвал взгляд от окна и посмотрел на меня.
  
– Потому что я не хотел закончить так же, как Чарли.
  
Глава 17
 
Скотт
Как только я вошел в коридор, примыкающий к гаражу, услышал, что по дому разносится музыка. Судя по мелодии, играла одна из песен Ареты Франклин. Вот почему собаки не поприветствовали меня у двери. Сидни не было две недели, а мне казалось, прошло сто лет. Я начинал ненавидеть этот дом, когда в нем не было ее.
Сняв куртку и рабочие ботинки, я направился на кухню, влекомый звуками музыки и доносящимся оттуда запахом ванили. Жена была дома. Я замер, остановившись на пороге, мой пульс участился.
Сидни танцевала, окруженная собаками. Ее волосы были собраны на макушке в высокий хвост, красивое лицо обрамляли несколько непослушных прядей, выбившихся из прически. Вездесущая толстовка с надписью «Йельский университет» спадала с одного плеча, ноги были обнажены. Она перестала прятать их от меня с той ночи, когда мы вернулись из больницы.
Сидни поднесла деревянную ложку ко рту, как микрофон, и начала подпевать песне «Я никогда не любила ни одного мужчину». С каждым произнесенным словом на ее лице отражалось все больше эмоций. Джульетта подпевала ей, гавкая, а Ромео скакал вокруг.
 
 
Ты никчемный сердцеед,
 
Ты лжец и обманщик.
 
И я не знаю, почему
 
Позволяю тебе делать это со мной.
 
Мои друзья постоянно твердят мне,
 
Что ты мне не пара.
 
Но они не знают,
 
Что я бы ушла от тебя, если бы могла.
 
 
Благоговейный трепет наполнил мою грудь. Я бы поклялся на Библии, что никогда еще не видел ничего столь очаровательного. И дело не в том, что Сидни прямо сейчас наслаждалась жизнью и была сногсшибательно сексуальна в одной лишь старой выцветшей толстовке. Истинная причина таилась в чем-то гораздо более важном.
Несмотря на то что она пережила нечто настолько ужасное, оставившее след на ее великолепном теле, Сидни верила в то, что ей повезло. Повезло, черт возьми! Она смеялась так, словно жизнь была не только хороша, но и благосклонна к ней. Я был поражен ее несгибаемой волей и внутренней силой. Она прошла через ад, но не закрылась от всего мира и встречала каждый новый день так, будто с ней никогда не происходило тех ужасных вещей.
– Приготовьтесь… вот-вот начнется второй куплет, – сказала она собакам, не подозревая о моем присутствии.
Я сжал губы, чтобы не рассмеяться над странными, неуклюжими движениями, которые она совершала во время танца. Судя по всему, ее колено полностью зажило.
 
 
Никогда, никогда не говори,
 
Что между нами все кончено.
 
Потому что я никогда
 
Никогда, никогда, нет, нет…
 
Не любила ни одного мужчину
 
Так, как я люблю тебя.
 
Я не могу спать по ночам
 
И даже не могу бороться.
 
Думаю, я никогда не буду свободна
 
С тех пор, как ты подцепил меня на свой крючок.
 
 
Голос Ареты доносился из аудиосистемы громко и отчетливо.
Я хотел подойти к Сидни. Хотел стать частью того, что происходило, разделить с ней радость. Она излучала очарование, которому невозможно было сопротивляться. Я убедился в этом на примере Лорел, Дрейка и Рая. Даже отец попал под ее чары. С тех пор как умер Чарли, я жил так, будто надо мной нависла грозовая туча. Восемь долгих лет. Я просто не осознавал этого, пока Сидни не ворвалась в мою жизнь, раскрасив ее яркими красками и заставив меня увидеть то, чего мне действительно не хватало.
Я люблю эту женщину.
Осознание поразило прямо в грудь. Следующая пришедшая на ум мысль оказалась еще страшнее. Я хотел, чтобы она любила меня в ответ.
Ромео наконец заметил меня, стоящего в дверях, и подбежал. Джульетта вскоре присоединилась к нему, их хвосты метались туда-сюда. Сидни посмотрела на меня широко раскрытыми от удивления глазами, деревянная ложка застыла у рта. Мне надоело играть в игры, притворяться, что я не думал о ней каждую ночь, не удовлетворял себя каждое утро, фантазируя о том, что хотел бы с ней сделать.
– Я скучал по тебе.
Ее лицо смягчилось.
– Я тоже по тебе скучала.
Отогнав собак, я подошел к Сидни, забрал деревянную ложку из ее рук и отбросил в сторону. Собаки кинулись за ней в погоню. Затем я заключил лицо жены в ладони, обхватив ее щеки, а она в ответ нежно накрыла мои руки своими, один из ее больших пальцев коснулся внутренней стороны моего запястья.
– Я собираюсь поцеловать тебя прямо сейчас, – предупредил я, мой пристальный взгляд блуждал по лицу Сидни, которое я знал лучше, чем собственное. – Потом я сниму с тебя эту уродливую толстовку и покрою поцелуями каждый дюйм твоего тела, доведя до исступления. А когда ты подумаешь, что больше не сможешь кончить, что я выжал из тебя все соки, я войду в тебя и докажу, что ты ошибаешься. Если у тебя есть какие-то претензии к тому, что я только что сказал, говори сейчас или замолчи навсегда.
Она моргнула, ее губы задрожали.
– Эта толстовка не уродливая.
– Это означает «да»?
Она кивнула, дернув подбородком, и я прижался губами к ее губам, вкладывая в этот поцелуй все чувства, которые испытывал. Подавшись вперед, я прижал Сидни к столу, заваленному кухонными принадлежностями, пока наши рты соприкасались под идеально правильным углом, язык встречался с языком, мой член болезненно напрягся, упираясь в ее живот.
Подхватив Сидни за ягодицы, я поднял ее и посадил на стол. Посуда и сковородки с громким звоном попадали с края, но мы все равно не прекращали целоваться. Искра, давно пробежавшая между нами, теперь превратилась в пожар. Обхватив ладонями ее затылок, я стоял между разведенных ног жены и оставлял на ее губах один поцелуй за другим. Я целовал свою жену. По-моему, это звучало чертовски правильно.
– Подожди! – Я отодвинулся, чтобы увидеть лицо Сидни. Взгляд упал прямо на ее опухшие губы, которые стали такими от моих поцелуев. – Ты спал с другими женщинами?
– Смеешься?
– Неважно.
Я крепко поцеловал ее.
– Твоя вера в меня трогательна, миссис Блэкстоун, и нет, я ни разу не спал с другими женщинами с тех пор, как на тебе женился.
Она поцеловала меня еще крепче:
– Тогда продолжай.
Схватив толстовку за край, я стянул ее с Сидни и бросил на пол.
– Больше никакого мистера Хороший парень, – пробормотал я в губы жены, и она засмеялась.
– Когда ты вообще был…
Слова застыли в ее горле, как только мой рот прильнул к ее соску. Затем она застонала, обхватила меня ногами за талию и удовлетворенно запрокинула голову. Подцепив двумя пальцами пояс ее пижамных шорт, я стянул их вместе с трусиками. Они упали на пол – больше никакой одежды.
Рядом стояла миска, наполненная нарезанной клубникой, и еще одна – с тестом. Я обмакнул палец в желтоватую массу и провел линию на животе Сидни. Полоска светло-русых завитков ниже беспощадно дразнила меня. Мне не терпелось добраться до главного приза, но будь я проклят, если стану сейчас торопиться. Я месяцами ждал того, чтобы насладиться этим моментом.