Искупление (СИ)

- Не-е-ет!!! – Гарри подскочил к двери, спеша на помощь любимому, но неожиданно наткнулся на невидимый барьер. Он неистово бился в него, пытаясь попасть на улицу и спасти Северуса, но преграда не поддавалась. Отчаянно стремясь вырваться за порог, он мог только беспомощно наблюдать, как Пожиратели в криво надетых масках, оглушив Снейпа, связали его и исчезли вместе с ним в неизвестном направлении.
  
====== Часть третья. Глава 11 ======
Гарри осмотрелся и понял, что лежит на диване в гостиной. Он совершенно не представлял, как здесь очутился. Сильнейший озноб сотрясал тело. Последнее, что он запомнил – как рвался к Северусу, схваченному Пожирателями, через непонятно откуда взявшийся барьер, перегородивший путь. И дальше – полный провал. Он протяжно застонал. Хотелось орать в голос или вырвать свой дурной язык, а еще лучше – без раздумий кинуться к Риддлу, в попытке освободить Снейпа. Даже в мыслях он теперь боялся называть ненавистное прозвище. Уже в который раз ему довелось убедиться на собственном опыте, что вспыльчивость до добра не доводит. И сейчас уже некому было исправлять за него совершенные ошибки, в результате которых любимый человек оказался в смертельной опасности. Осознав это, Гарри попытался вскочить с дивана, но перед глазами все поплыло, и он обессилено рухнул обратно, не понимая, почему не может встать. Сквозь шум в ушах до него донесся взволнованный голос:
- А это точно поможет? Я никогда не видела его в таком состоянии.
- Кричер не даст хозяину сойти с ума. Хозяин должен выпить отвар и поспать.
Не понимая, о чем речь, Гарри медленно сел. Почувствовав, что головокружение успокоилось, он попытался встать, но чья-то ладонь надавила ему на плечо, усаживая обратно. Сил не было, и Гарри без возражений подчинился. Сознание охватывало происходящее какими-то урывками. Вот перед ним стоит Гермиона, протягивая чашку. Чуть дальше застыл Кричер, внимательно наблюдая. В кресле замер бледный как полотно Малфой. Все домочадцы были здесь, кроме Северуса. Реальность опять начала размываться.
- Выпей, Гарри! – не терпящим возражений тоном приказала Гермиона.
Чашка ткнулась ему в губы, и он сделал глоток, не в силах спорить. Почти мгновенно накатила слабость. Веки стали тяжелыми, закрываясь против воли. Голова склонилась к груди. Сквозь одолевающую дремоту Гарри почувствовал, как его бережно укладывают на диван.
- Сколько он проспит? – Слова Гермионы доносились как сквозь толщу воды.
- Не больше часа. Это поможет ему восстановиться, – прозвучал в ответ каркающий голос, но Гарри не понимал, кому он принадлежит. Над головой еще что-то бубнили, но он уже не реагировал, погружаясь в целительный сон, где не было ни тревог, ни волнений.
Проснулся он от собственного крика. Голова раскалывалась от боли, шрам часто пульсировал.
- Ну, тихо, тихо, – раздался рядом голос Гермионы. Она осторожно погладила его по щеке и схватила за плечи. – Только не вставай резко.
Он открыл слезящиеся глаза. Дневной свет раздражал. Гарри никак не мог сфокусировать взгляд на лице подруги, которое словно расплывалось. Не в силах бороться с болью, он ослабил щиты и провалился в сознание Риддла, чтобы почти мгновенно вернуться в реальность с истошным криком.
- Не-е-е-ет! – изо всех сил вырываясь из хватки чужих рук, он бешено задергался.
Краем сознания Гарри уловил отчаянный крик:
- Малфой, да помоги же!
Спустя мгновение он почувствовал, как его скрутили тугие путы, не давая пошевелить ни рукой, ни ногой. Но когда он лишился возможности двигаться, головная боль усилилась в разы, становясь невыносимой. В глазах появились светящиеся точки, горло сдавило рвотным спазмом. Гарри, хрипя, сильнее задергался, извиваясь всем телом, в надежде освободиться.
- Дай обезболивающее! – сквозь звон в ушах и собственное хрипение донеслось до него. – Не ври мне! Я знаю, ты носишь его с собой!
Спустя несколько долгих мгновений, которые показались часами, к его губам прикоснулось холодное стекло. Горьковатая жидкость потекла по языку, заливаясь в горло, и Гарри рефлекторно глотнул, все еще продолжая извиваться и сипло стонать. Спустя некоторое время боль стала отступать, и он устало замер на диване. Стоило ему полностью расслабиться, как с его тела исчезли путы.
- Я бы этого не делал. – Гарри с удивлением узнал голос Хорька, в котором звучало сомнение и, кажется, страх. – Мало ли, вдруг его опять накроет.
- Малфой, заткнись по-хорошему! – огрызнулась Гермиона, и Гарри почувствовал, как рядом с ним прогнулся диван. Подруга положила ему на лоб холодную мокрую тряпку и стала аккуратно поглаживать ладони. – Считаешь, связать человека, испытывающего сильнейший приступ боли – гуманно?
- Ты просила помочь, что еще я мог сделать? – Гарри мог бы поклясться, что Малфой пожал плечами.
- Мог бы просто подержать его. Но спасибо и на этом, – фыркнула Гермиона. – Гарри, ты как? Тебе лучше?
Все еще боясь пошевелиться, он еле заметно кивнул и тихо прошептал:
- Лучше… – затем все же открыл глаза и, обведя рассеянным взглядом комнату, попросил: – Очки дай.
Гермиона тяжело вздохнула и надела на него очки.
- Ты только полежи немного, ладно? – чуть дрожащим голосом попросила она и, дождавшись ответного кивка, облегченно выдохнула: – Вот и хорошо.
Гарри внимательно посмотрел на нее. Он не знал, сколько времени прошло с момента, как Северуса забрали, но Гермиона выглядела осунувшейся и бледной. Волосы ее были растрепаны, уголки губ скорбно опустились. Боясь спровоцировать новую вспышку боли, Гарри медленно перевел взгляд на кресло, в котором сидел Малфой, не менее бледный и всклокоченный, чем Гермиона. Хорек отчаянно вжимался в кресло и казался жутко напуганным, хотя и пытался кривить губы в презрительной усмешке. Гарри тяжело вздохнул и, нарушая повисшую в комнате напряженную тишину, решительно произнес:
- Нужно спасать Северуса!
- Нормально! – хмыкнул Хорек. – Ты же сам сдал его в руки Пожирателей, а теперь спасать собрался?
- Слушай, Малфой, уйди в свою комнату по-хорошему, – устало попросил его Гарри, прикрыв глаза. Он еще чувствовал неприятную пульсацию в шраме, но боль уже не беспокоила. Гораздо тяжелее давило на нервы понимание того, что Хорек прав. Если бы гнев настолько не затмил ему разум, Северус сейчас был бы цел и невредим. Картинка, увиденная им в сознании Риддла, вновь встала перед глазами, заставляя в бессилии скрипеть зубами и сжимать кулаки. Северусу там сейчас несладко, и виноват в этом был он – Гарри.
- Нет, как зелье «герою» дать и в гостиную перенести, так «Малфой, помоги», а как тот очухался, так сразу – пойди вон, – огрызнулся Хорек.
- Заткнись, а? Пока ты тут желчью исходишь, – скривил губы Гарри, – Риддл там измывается над Северусом.
- И кто в этом виноват? – не унимался Малфой.
- Малфой… Драко, – вздохнула Гермиона, – пожалуйста… Нам всем тяжело. Мне кажется, стоит отбросить ваши с Гарри старые распри и объединить усилия. Все же Снейп для тебя тоже не чужой человек. А ты язвишь. Лучше посоветовал бы что-нибудь для спасения профессора. Ведь Риддл, как-никак, живет в твоем доме.
- Ты, Грейнджер, сейчас серьезно? – фыркнул Малфой. – То есть, ваш «герой» сделал все возможное, чтобы отправить крестного в плен к Темному Лорду, а я теперь должен придумывать планы спасения? Вы в своем уме?! Я даже не знаю, живет ли тот еще в мэноре, ведь у него мания менять место дислокации раз в год. А если и живет… Вы даже не представляете, сколько Пожирателей постоянно толпится в доме. Что мы, подростки, сможем сделать против них? Я уже молчу про самого Темного Лорда, который выходит куда-то лишь в исключительных случаях. Как вы собираетесь спасать Северуса в таких условиях?
  
- Слушай, Малфой, – Гарри устало посмотрел на него, мысленно признавая правоту Хорька, но не собираясь сдаваться, – если не хочешь помогать, свали в туман. И без тебя тошно.
- Еще бы тебе тошно не было, – нахмурился Малфой. – Ты обвинил человека в предательстве и убийствах и сдал его на тарелочке Темному Лорду…