Искупление (СИ)

- Что? – Снейп пристально посмотрел на него.
- Почему ты сделал это? – в отчаянии спросил Гарри. – Зачем тебе это было нужно? Подумаешь – Пророчество! Мало ли на свете шарлатанов, изображающих себя великими провидцами? Ты же знаешь Трелони, сколько ерунды она пытается предсказывать. Так почему ты решил, что это настоящее пророчество?
- Я… – тяжело вздохнул Снейп. – Я был молод и неопытен. Но мне казалось, что Темный Лорд прав в своем желании оградить наш мир от влияния магглорожденных и магглов. Уже тогда у него начали проявляться первые признаки безумия, но мы все еще верили в него. Поэтому я не мог утаить такую важную информацию. Кто же знал, что эти несчастные несколько слов так исковеркают чужие жизни.
  
- Да плевать мне на чужие жизни! – выкрикнул Гарри вскакивая. – Ты понимаешь, что поломал мою? Из-за твоего желания выслужиться этому уроду я лишился нормальной семьи и счастливого детства!
- Понимаю, – кивнул Снейп, напряженно сжав кулаки. – И ты вряд ли винишь меня в этом поступке сильнее, чем я сам. Лили тогда была единственным дорогим для меня человеком, и я потерял ее благодаря собственному идиотизму!
- Но почему ты не попытался как-то предупредить или спасти их, когда узнал, на кого ведется охота? – Гарри прошелся по залу, нервно закусив губу и запустив руки в волосы.
- Ты думаешь – я не пытался?! – Северус тоже встал. – Когда узнал, кого именно Темный Лорд выбрал жертвой и чьего ребенка посчитал своим соперником, я кинулся к Лили, пытаясь убедить ее скрыться из Англии. Но она не хотела ничего слушать, всецело полагаясь на защиту Дамблдора. Тогда, видя всю тщетность своих попыток, я упал в ноги к Темному Лорду, умоляя пощадить, сохранить жизнь… – он прикрыл глаза и нервно сжал губы.
- Пощадить кого? – зло усмехнулся Гарри. – Ты же ненавидел меня столько лет без всякой причины, только из-за грехов отца. Думаешь, я поверю, что ты пытался просить за всю нашу семью?
- Нет, – Северус с тяжелым вздохом прикрыл глаза, затем открыл и с отчаянием посмотрел на Гарри. – Я просил только за Лили…
- Какая же ты все-таки сволочь! – Гарри остановился прямо перед Снейпом, пристально рассматривая его. – Тебе плевать было и на меня, и на отца, тебе важна была только мама и ее жизнь. Да ты бы с радостью обменял нас с отцом на нее, или… или так оно и было?
- Я просил, – бесстрастно произнес Северус. – Но Темный Лорд был одержим этим пророчеством и с трудом сдерживал свой панический ужас. Я понял, что все мои мольбы бесполезны и он не пощадит никого из вас, хотя вроде и не отказал мне. И тогда я отправился к Дамблдору.
- И что директор? – с сарказмом спросил Гарри. Злость кипела у него внутри, но, вопреки обыкновению, внешне ему как-то удавалось оставаться спокойным.
- Директор обещал помочь, но выставил условие, что я должен работать на него, – Северус по-прежнему продолжал удерживать маску холодной отстраненности, хотя его нервозность все же была заметна в напряженно сжатых губах, отчаянном взгляде и скрещенных на груди руках.
Спокойный и безэмоциональный голос Снейпа раздражал. Уж лучше бы он сорвался на крик или хоть как-то проявил свои эмоции. Гарри не понимал, как можно так тщательно сдерживать чувства, если знаешь, что стал причиной гибели близкого человека. Казалось, Северусу абсолютно безразлично, что он, пусть и не специально, разрушил жизнь стольким людям.
- Все кругом лицемеры, – отвернулся он, чтобы не видеть больше пристальный испытующий взгляд Снейпа, который не выражал ни стеснения, ни раскаяния. – И Дамблдор, и ты, и Риддл. Каждый ищет свою выгоду, и плевать вам на то, что от этого страдают другие люди.
- Ты прав, – не стал отпираться Снейп. – И не только мы. Большинство людей поступает так же. Но если это может послужить хоть каким-то оправданием… я все-таки был молод и еще недостаточно искусен во всевозможных интригах.
- Да какая разница! – резко обернулся Гарри. – То-то я смотрю, что молодость и глупость Сириуса и отца играют хоть какую-то роль и усмиряют твою ненависть! Ты же пять лет меня терроризировал за их грехи. Нет, они, конечно, виноваты. Но чем ты сам лучше их?
- Я никогда не пытал беззащитных детей просто для того, чтобы позабавиться! – безразличие на лице Северуса сменилось неприязнью и холодным отчуждением. – К тому же, в отличие от Трелони, я не провидец и не мог знать, к чему приведет мой поступок. И горько о нем сожалею уже столько лет!
- Что-то не заметно! – выкрикнул Гарри. – Нет, ты не провидец. Ты – приспособленец и лицемер! Дамблдор использовал других и плел интриги хотя бы ради мира и победы над вашим Темным Лордом. Риддл – больной параноик, панически боящийся смерти. А ты… Ты просто трус!
- Ну что же… – Северус, прищурившись, посмотрел на Гарри. – Если ты так считаешь, будь по-твоему. Я предупреждал, что наш разговор заставит тебя изменить отношение ко мне. Так оно и вышло. – Резко отвернувшись, он направился к двери, снял с нее чары и вышел в коридор. – Если вдруг понадоблюсь, или появятся известия из Хогвартса – я буду в лаборатории.
- Подожди! Мы еще не договорили! – Гарри выскочил вслед за ним.
- А о чем еще говорить? – обернулся к нему Северус. – Не спорю, я виноват в том, что передал пророчество Темному Лорду. Но я сделал все возможное, чтобы исправить свою ошибку. К глубокому сожалению, мне это не удалось. А моя попытка привела к тому, что я против воли оказался зависим от лидеров обеих сторон. Ты прав – я трус, потому что не смог выбраться из этих пут и оборвать свою никчемную жизнь. Что еще ты можешь мне сказать, чего бы я о себе не знал?
- Ты огорошил меня новостью, что практически повинен в смерти моих родителей, и теперь так спокойно рассуждаешь об этом? – вспылил Гарри. – Говоришь – винил себя, да? Так что ж ты, такой весь виноватый, постоянно издевался надо мной? Почему ненависть к моему отцу пересилила в тебе чувство вины? А я скажу, почему. Потому что ты, как всякий слизеринец, всегда думаешь только о себе, прикрывая свою жопу, и плюешь на остальных! Я доверял тебе! А ты до сих пор продолжаешь одобрять поступки Риддла – этого сумасшедшего маньяка. Мы даже разнесчастного Малфоя приютили, чтобы каждый день терпеть этого мерзкого наглого Хорька за нашим столом! И все из-за тебя! А сейчас я узнаю, что мой любимый, который, вроде бы, был всегда честен со мной, оказался предателем и убийцей. И как после этого мне жить с тобой рядом, зная, что это ты во всем виноват?
Северус, не перебивая, слушал монолог Гарри. С каждым его словом, с каждым обвинением он лишь сильнее выпрямлялся, вытягиваясь в струну. Бледность его усилилась, лицо застыло безучастной каменной маской без единой эмоции. Пристально посмотрев на Гарри, он согласно кивнул и направился в сторону выхода из дома.
- Куда ты собрался? – выкрикнул тот ему вслед, когда Снейп достиг входной двери. – Неужели тебе нечего сказать?
- А что ты хочешь услышать? – взявшись за ручку и не поворачиваясь, глухо произнес Северус. – Ты уже все прекрасно сказал за меня. Спасибо тебе за гостеприимство, но я больше не хочу им злоупотреблять. Пусть только пока Драко здесь поживет пару дней. Как только я устроюсь на новом месте, сразу же его заберу, чтобы он не мозолил тебе глаза своим присутствием. – С этими словами Северус открыл дверь и шагнул за порог.
Упоминание проклятого Хорька еще сильнее разожгло ненависть Гарри. В воздухе закружились воронки магических вихрей, стены и пол начали слегка потрескивать. Магия вскипала в крови, грозя вырваться неконтролируемым всплеском. Но Гарри ничего не чувствовал. Не думая о последствиях, в порыве гнева он бросил Снейпу вслед:
  
- И куда ты пойдешь? Тебя везде ищут! Или, чтобы спасти свою шкуру в очередной раз, тоже сдашь нас Волдеморту, как когда-то моих родителей?
- Табу, Гарри! – в ужасе крикнула Гермиона с лестничной площадки.
Гарри с запозданием вспомнил, что на прозвище Риддла наложены сигнальные чары и произносить его нельзя ни в коем случае. Зажав в руке палочку, он в панике ринулся по коридору на выход, чтобы в случае опасности помочь Северусу, но было поздно. Тот уже вышел за пределы действия защитных чар дома, когда на площадь Гриммо со всех сторон аппарировали несколько Пожирателей. Снейп мгновенно выхватил палочку и даже успел сразить нескольких противников, но их было слишком много. На него обрушилось сразу несколько Ступефаев.