Искупление (СИ)
Ворвавшись в тренировочный зал, Гарри стремительно выхватил палочку и тут же обрушил град заклятий на ни в чем не повинные манекены. Он не понимал себя. Не знал, почему сорвался и выставил себя идиотом. Шпильки Хорька сегодня были не злее, чем обычно, и, фактически, ничего нового тот не сказал. Малфой частенько проходился язвительными комментариями по его ориентации и издевался из-за отсутствия отношений. Но сегодняшний выпад почему-то разозлил, и Гарри не сдержался от попытки утереть Хорьку нос. Ночной сон, вызвавший неясное чувство тревоги, расшатал и так взбудораженные нервы. Видимо, неосторожные слова Хорька стали последней каплей и эмоции хлынули через край. Гарри и сам не понял, почему поступил подобным образом, привлекая внимание домочадцев к их недоотношениям с Северусом. На самом деле, вариантов поведения была масса, но Гарри только сейчас до них додумался. Он мог нахамить Малфою в ответ, мог наслать какое-нибудь заклятие – чесотки или расстройства желудка – чтобы тот сосредоточился на проблемах своего здоровья и не отвлекался на чужие отношения. Да, в конце концов, мог банально поколотить его, как сделал когда-то в поезде. Но нет! Ему зачем-то понадобилось сорвать свою ярость на Северусе!
Изрядно потрепав манекены и немного успокоившись, Гарри с ужасом осознал, что он сделал, и боялся даже представить ответную реакцию Северуса. Да что там Северуса. Он вообще не знал, как теперь показаться обитателям особняка на глаза. Ладно Гермиона, которая почти всегда поддерживала Гарри, но и она, безусловно, устроит ему знатную выволочку за такой необдуманный и несуразный поступок. Но от насмешек Хорька теперь можно будет спрятаться лишь закрывшись в своей комнате или заперев того в спальне. Гарри понимал, что от своего позора сможет отмыться еще не скоро.
А Северус… Гарри не представлял, как теперь посмотрит ему в глаза. Растерянное выражение лица перед поцелуем выдало эмоции Северуса лучше любых слов. А он так не любил выставлять свои чувства напоказ. И Гарри прекрасно знал это. Теперь он мечтал оказаться как можно дальше от Снейпа… желательно в другом городе, а еще лучше – в другой стране, чтобы переждать бурю, которая неминуемо последует за его поступком.
Гарри запустил в манекен очередную связку заклятий, делая это быстро, отточенными до автоматизма движениями, как учил его Снейп.
- Черт! – выругался он, осознавая, что даже здесь, в зале не может избавиться от мыслей о Северусе. Гарри понимал, что все его успехи, большее из того, чему он научился – заслуга любимого человека. А он так бездумно подставил его перед Малфоем.
- Отлично выполненная связка! Только перед последним заклинанием слишком длинная пауза, что ведет к потере преимущества, – раздался от двери голос, который Гарри не ожидал услышать в ближайшие пару часов, а еще лучше до самого вечера.
Он вздрогнул и медленно обернулся. У стены, облокотившись на нее спиной и скрестив руки на груди, стоял Снейп.
- А… – Гарри нервно откашлялся, не зная, что сказать. – А почему ты не в лаборатории?
- То есть ты считаешь, что после вашей с Малфоем эскапады я смогу спокойно встать и, как ни в чем не бывало, отправиться варить зелья? – удивленно приподнял бровь Северус.
Гарри почувствовал, как краска стыда заливает щеки. Он быстро отвернулся от Снейпа, пристально разглядывая покореженный манекен.
- Прости, – еле слышно пробормотал он, впрочем, не надеясь, что Северус услышит. И вздрогнул, когда сильные руки неожиданно сжали его плечи.
- За что, Гарри? – мягко и беззлобно произнес Северус. – За то, что ты сорвался, не выдержав нападок? Или за то, что выдал Драко наши отношения? Тебе не за что извиняться, хотя, признаться, твой поступок был весьма экспрессивным. Но я не удивлен. Нас всех утомила неизвестность и напряженное ожидание. Да и лучше уж устроить такую встряску для окружающих, чем сорваться в неизвестном направлении навстречу опасностям.
- Ты издеваешься? – с сомнением спросил Гарри.
- Разве похоже, что я издеваюсь? – беззлобно упрекнул его Северус. – Я совершенно серьезно считаю, что лучше выплеснуть злость дома, пусть даже на близких, чем попасть в неприятности неизвестно где, без всякой надежды на помощь.
- Ты мне теперь всю жизнь будешь вспоминать это? – невесело хмыкнул Гарри. – Но я извинялся не за это. А за то… – он резко мотнул головой и зажмурил глаза, – что подставил тебя. Ладно себя выставил идиотом, но ты… Надеюсь, ты обернул мою выходку в неудачную шутку? – с надеждой в голосе спросил он, все еще боясь повернуться к Снейпу.
- Глупый гриффиндорец! – Северус обнял его со спины. – Нет, я не стремился скрыть от присутствующих наши отношения. Гермиона это знала и без твоих фокусов, а вот Драко был слегка ошеломлен. Но я его отправил в комнату, чтобы он тщательно все обдумал и впредь был более осторожен в своих высказываниях.
- Что?! – Гарри неловко повернулся в его объятиях и в упор посмотрел в глаза. – Как ты мог? Зачем? Ты ведь сам говорил… Да и о каких отношениях речь? Разве они у нас есть? Ты же меня избегаешь и игнорируешь. Уже два месяца прошло с нашего последнего поцелуя. Ты даже не хочешь прикоснуться ко мне лишний раз. Разве это можно назвать отношениями?
- Гарри, – Северус слегка отстранился, но полностью рук не разжал, – помнишь, я говорил, что сейчас не время и после войны мы со всем разберемся? – Дождавшись ответного кивка, Северус продолжал: – Я не собираюсь отказываться от своих слов. Но мне бы хотелось, чтобы ты полностью осознал, на что соглашаешься, стремясь к связи с мужчиной намного старше. К тому же ты прекрасно знаешь, что меня не особо жалуют в магическом обществе, и наша связь…
- Ты опять за свое?! – Гарри вырвался из объятий и отошел на пару шагов, недовольно смотря на Снейпа. – Мне безразлично, что подумают другие по этому поводу!
- Ты говорил это в военной обстановке, изолированный от общества и ни разу не столкнувшийся с людским осуждением. Как ты можешь знать, что будет, когда пересуды и кривотолки коснутся тебя?
- Ага, – саркастически хмыкнул Гарри, – и это ты говоришь тому, кого целый год вся пресса магической Британии поливала грязью? Тому, кто столкнулся с ненавистью и страхом всех учеников во время нападений василиска? И, наконец, тому, кого считали ничтожеством просто из зависти во время турнира Трех Волшебников? То есть, я никогда не сталкивался с осуждением общества… занятно.
- Я не о том, – устало закатил глаза Снейп. – Ты оказывался под гнетом непонимания, зная, что ни в чем не виноват, и веря в свою правоту. Но стоит нам с тобой открыто объявить о наших отношениях, причиной остракизма ты станешь уже из-за партнера. Поверь мне на слово, ощущать себя политым грязью из-за другого человека всегда намного тяжелее. Ты начнешь сомневаться, стесняться, нервничать. К чему это в итоге приведет, Гарри?
- Да мне все равно, как ты не поймешь! – зло выкрикнул Гарри. – Почему ты все время пытаешься думать за меня? Почему судишь о моих желаниях и чувствах, не зная их? Ты так плохо изучил меня и считаешь, что я обязательно передумаю, разочаруюсь в наших отношениях, или разорву их под гнетом общественного мнения? То есть ты один вправе все решать, на основе своих глупых предрассудков, и не хочешь дать нам даже шанса? А меня ты спросил? Поинтересовался, чего хочу я? Или… или ты сам не хочешь этого, и пытаешься таким образом отделаться от меня? – Гарри замолчал, тяжело дыша и пытаясь успокоиться.
- Что за ерунда пришла тебе в голову? – нахмурился Северус.
- А что мне еще остается думать, когда ты постоянно твердишь одно и то же! – Гарри устало потер лицо и с упреком добавил, махнув рукой в сторону истерзанных манекенов: – Мне иногда кажется, что я для тебя что-то вроде бездушной куклы, которая не может самостоятельно принимать решения.
- А тебе не приходило в голову, что я просто боюсь? – пристально посмотрел на него Снейп.
- Что?! – Гарри, не ожидавший подобного, резко повернулся.
А Северус тем временем продолжал: