Проект "Близнец" (СИ)

⁂
Оставляю сестер в недоумении, они так удивились, когда я их не перепутал. М-да, прошлый Алексей, будь он неладен, даже после своей кончины не перестает неприятно удивлять. Сдается мне, много еще неприятных вещей вскоре всплывут. Все же пусть я и снял слепок с его сознания, но различные мелочи вполне мог упустить, а ведь из мелочей и строится жизнь.
  
Да взять хотя бы тех двух благородных парней — Гальдина и Жарова. Всё еще не могу подобрать подходящую ассоциацию, чтобы ментально углубиться в досье и вспомнить про них гораздо больше. Ведь ощущаю — нечто важное ускользает от меня.
С одной стороны, хорошо, что у меня в уме запаковано много потенциально полезной информации, а с другой — выудить ее порой непросто. Ладно, это дело терпит, а пока нужно успеть встретиться с отцом до начала презентации.
Особняк большой, зона отдыха в дальней его части. К ней и направляюсь. Неподалеку вижу Аманду, которая уже щебечет с девушками, к сожалению, это не благородные, а только их свита — слуги, богатые девушки, управленцы и прочие.
Впрочем, помощнице же надо с чего-то начинать. Было бы странно, если бы на нее с первых минут обратили внимание благородные. Между простолюдинами и аристократами большая пропасть — это просто данность.
По пути мне встречаются разные люди. С некоторыми из них прежний Алексей, разумеется, не может быть не знаком. Я же их знаю, благодаря частично интегрированной памяти и всем тем же многочисленным досье. С кем-то просто здороваюсь, с кем-то приходится остановиться и поговорить «о погоде».
А вот и снова передо мной появляются Гальдин и Жаров. Один из них несёт бутылку дорогого алкоголя в ведре из нержавейки, где красуется прозрачный лед. Странно, что это делает не официант или хотя бы один из их слуг. Иван и Емельян дружелюбно улыбаются, их актерские навыки нисколько лучше не стали, а потому легко чувствую фальшь.
Гальдин, будто из воздуха, достает три бокала и приглашающе протягивает один мне.
— Алексей, выпьешь с нами? — спрашивает он, а в глазах отражается все коварство его замысла.
Неужели отравить решили? Бред, если кто-то из благородных внезапно умрет на таком мероприятии, сами благородные и городская жандармерия весь Новосибирск на уши поставит. Но ведь для чего-то же он предлагает мне выпить.
— Нет, спасибо, может, позже, — нейтрально отвечаю я.
— Ну ты чего? — меня зовет Иван. — До сих пор дуешься? Мы же извинились. Давай выпьем, как раньше. У наших девушек есть свободная подруга, мы ей уже замолвили за тебя пару слов.
— Нет, парни, — отвечаю так же отстраненно, но приходится пояснить: — Для меня презентация на первом месте. Остальное — потом.
— Так ты к отцу спешишь? Чего же сразу не сказал? — Гальдин больше не тянет бокал. — Тогда выпьем после презентации!
— Ага! — вторит ему Жаров. — За выпивку не переживай, сбережем для тебя бутылочку «Русской огненной» или ты вино хочешь?
— Вы же меня хорошо знаете, — улыбаюсь, ясное дело, неискренне, но актерские навыки позволяют легко войти в роль.
— Тогда «Русскую огненную», — с умным видом кивает Емельян.
Парни еще раз улыбаются мне и спешат к своим подружкам. Интересно, а та — третья, что свободная, она? Черт, снова не те мысли лезут в голову. Будь эти двое моими настоящими друзьями, я, может, и одарил бы подругу их девушек вниманием. А пока планы резко меняются.
Смотрю на часы, если потороплюсь, то еще успеваю встретиться с отцом до начала презентации. Снова прохожу между благородными, богатыми и вечно спешащими туда-сюда официантами. С подносом элегантно подхватываю разные закуски — приятный вкус наполняет уста. Дело — делом, но и про мелкие радости жизни не стоит забывать.
Вскоре нахожу Аманду. Моя личная служанка — молодец: она уже ведет активную беседу с двумя красотками. И вовсе не пышные формы и симпатичные лица интересны мне в этих барышнях, хотя и они тоже, но в первую очередь тот факт, что каждая — дочь зажиточного купца. Проще говоря, у их отцов денег побольше, чем у некоторых благородных, но аристократического титула нет.
— Дамы, прошу прощения, мне нужна моя помощница, — улыбаюсь им, а взглядом показываю на Аманду, которая вполне уверенно держится в непривычной среде.
— Конечно, — одна из девушек кокетливо улыбается.
— Разумеется, сударь, — кивает вторая нейтрально, вот только ее глаза опасно блестят при этом.
Что девушки, что я — все прекрасно понимаем: я не обязан ни о чем им говорить, а могу просто «выдернуть» свою слугу посреди разговора. Однако этикет же для чего-то придумали, тем более мне нравится немного добавить разнообразия в свою жизнь. Уж чего-чего, а про этикет на базе проекта «Близнец» слышали всего несколько человек. Собственно, преподаватель по этой дисциплине и несколько ученых, с которыми мы изредка пересекались.
— Да, Алексей Федорович? — темноволосая помощница готова внимательно слушать.
— Срочно. Нейтрализапек мне, — говорю максимально тихо, чтобы она могла прочитать по губам: у особенных слуг есть такой навык.
Лицо Аманды совершенно не меняется, на нем так и остается безупречная белозубая улыбка. Единственное, что замечаю, это едва-едва дернувшийся взгляд.
Она берет сумочку в руки, что прежде только болталась на плече, и открывает ее. Между делом замечаю внутри стальной кулон в виде сердца. Странно, обычно в таких хранят фотографии любимых или родных, но ведь у воспитанников Анны Евгеньевны нет родственников. Впрочем, не самый подходящий момент.
Мимо проходит официант. Ловко беру две закуски. Одну пробую сам и улыбаюсь, вторую — протягиваю Аманде, ведь она уже закрывает сумочку.
— Вот, попробуй, очень вкусно!
Передаю закуску, чуть разворачиваю кисть, и ловкие женские пальчики передают мне маленькую капсулу. Самое время хвалить Аманду и выписывать премию, но даже не думаю об этом. Если я каждый раз буду так поощрять слуг лишь за профессионализм, то это будет выглядеть странно с моей стороны. А потому улыбаюсь и спрашиваю?
— Ну как? Вкусно.
— Безумно! — искренне улыбается помощница, элегантно пережевывая, кажется, белужью икру в канапе.
А после я читаю на ее глазах немой вопрос: «Вас пытались отравить»?
— Нет, — говорю громко и продолжаю на случай, если нас кто-то посмел подслушивать. — Всё хорошо, наши планы не меняются. Можешь вернуться к прекрасным дамам.
Ловлю на себе одобрительный взгляд одной из богатеньких красоток и на том покидаю их. Теперь уже точно пора пойти и встретиться с отцом. По пути мне попадается официантка, которая предлагает попробовать еще одни изысканные закуски. Беру одну за зубочистку и закидываю в рот, а вместе с ней белую капсулу, причем так, что этого точно никто не мог видеть.
  
Глава 6
 
В зоне отдыха отчетливо пахнет фруктами, кокосовым дымом, и сразу становится понятно, что Федор Максимович не отказал себе в свое излюбленном удовольствии. Как раз в момент моего прихода один из официантов «забивает» для него очередной кальян.
Случайно вижу ценник на элегантной упаковке табака, и глаз едва не дергается. За эти деньги простолюдин мог бы питаться несколько месяцев, причем ни в чем себе не отказывать. Никогда не понимал подобных увлечений и желания травить себя за такие деньги, несмотря на то, что организм одаренного куда устойчивее к разным веществам. Но все равно уязвим.
— Здравствуй, отец, — с легкой улыбкой, что этикет не требует, но одобряет, приветствую отца.
Он любезно мне отвечает и взглядом указывает на мужчину, что сидит в нескольких метрах от нас и тоже потягивает сладкий дым с фруктовыми нотками во вкусе.
  
— Простите, из-за «дымовой завесы» вас совсем не признал.
Я улыбаюсь своей шутке, чтобы выиграть время. А сам внимательно вглядываюсь в черты лица этого мужчины. Я обязан знать его имя, иначе выйдет очень неловко. Впрочем, для прежнего Алексея такие вот нелепые ситуации не то чтобы редкое явление.