Первый элемент (СИ)

— Я бы и сам восстановился.
— Это ваше «спасибо»? — Скептически приподнимаю бровь, отпив кофе. Жить становится в разы легче и приятнее. — Без этого, вы бы ещё месяц восстанавливались, а так за две неделе будете, как огурчик.
— Мое «спасибо» — это кофе. — Поясняет он, натягивая рубашку на место. В смысле, снова на тело.
Я лишь улыбаюсь. Как угодно.
Убираю все свои вещи, всё думаю над тем, сколько же у семьи Мейла может быть амулетов и артефактов. И где они их берут? А тот амулет, который скрывает мысли Мейла от тех, кто может их прочесть… Думала, это очень редкая и сильная вещь. Впрочем, чего я удивляюсь, видимо, Кафферы действительно очень влиятельная семья.
— А теперь, о чем думаешь? — Улыбается проректор, рассматривая то, как я убираю предметы в сумку.
— М? — Переспрашиваю по инерции и поднимаю на мага глаза. Его взгляд чуть усмехающийся, но вопросительный и несколько обеспокоенный. — С чего вы взяли, что это касается чего-то другого?
— Выражение лица другое. — Поясняет всё с той же улыбкой. Какая удивительная внимательность!
— Я просто думала про то, откуда Кафферы берут амулеты и артефакты. Сами их создают?
Проректор вздыхает так, словно я показала ему противных червяков или ещё кого похуже. Отводит на несколько секунд взгляд, а потом снова смотрит на меня, словно хочет спросить, надо ли мне вообще это знать. Но любопытство перевешивает разум — хочется.
Я присаживаюсь на стул, обхватываю пальцами горячую кружку, отпиваю вкусный напиток. Приятно вдвойне от того, что его магистр сделал специально для меня.
— Они имеют в подчинении магов, которые занимаются созданием амулетов. Также закупают их в соседних странах. Потом продают в своих магазинах и ювелирны. Это просто бизнес, не думай так много.
— Получается, и это вы купили у них. — Я поднимаю левую руку и показываю кольцо. — Но зачем оно вам?
Магистр Эшфорд слегка улыбается и отрицательно качает головой.
— Это кольцо я сделал сам.
Я давлюсь кофе. Вполне натурально, от шока. Небеса, есть хоть что-нибудь, чего этот маг не может??
— Вы сами?? — Поясняю свою выходку вслух, пытаясь откашляться. — Но зачем?
Проректор всё улыбается, словно я была маленьким ребёнком, который элементарных вещей не знает. Затем берёт салфетку, тянется ко мне достаточно близко. Медленно вытирает мои губы.
Я замираю, скованная ещё большим шоком. Буквально несколько секунд рассматриваю невозмутимое мужское лицо, а потом словно просыпаюсь. Смущаюсь, отодвигаю красивую руку подальше от своего лица (в частности, от рта), беру другую салфетку и говорю:
— Я сама могу.
И демонстративно вытираю, наверное, уже чистое лицо.
Проректор только улыбается, и снова садится на своё место, лишь размыто ответив:
— Да… Я знаю.
Так раз знает, то зачем это делает?.. Хмурюсь, решив, что сейчас об этом думать мне совершенно не нужно, поэтому сразу перевожу тему:
— Так что там относительно ваших способностей ювелира?
Улыбается и качает головой, словно ему не очень приятно об этом говорить.
— Ты, видимо, не совсем понимаешь, как создаются артефакты?
— А что там понимать? В ювелирное украшение, орудие или камень вкладываешь свою магию, или магию, находящееся в сфере.
Нам об этом поверхностно рассказывал профессор Виртель. На самом деле, он много, о чём рассказывает, жаль, что большинство из этих тем затрагиваются не основательно.
— Да, примерно так это и происходит. Но, понимаешь, амулеты с силами Эфира тоже нужны в этом мире, они очень дорогие и ценные. И так как Эфир не поддаётся никому, кроме магов, собственно, Эфира, поэтому, помимо всего остального, нас обучают и ювелирному делу, чтобы мы создавали такие амулеты. Это кольцо было первым, которое я сделал, поэтому оно максимально простое.
— То есть, тот амулет, который скрывает мысли Мейла?..
— Нет, Камелия. — Мягко улыбается проректор. — Его сделал не я. Но точно маг Эфира… и, кстати, листочек, который он нацепил на тебя, тоже сделал маг Эфира. Кажется, это был Рональд… но точно не скажу, не присматривался особо.
 
— Рональд продавал сделанные амулеты Кафферам?
Да, я всё пытаюсь понять эту систему.
— Нет. — Качает головой маг и чему-то смеётся. — Он их терял.
Хмурюсь, окончательно запутавшись в этом всем.
— В смысле, он их терял?
Кристофер смеётся и откидывается на спинку стула.
— Да абсолютно в прямом. Он был гением, а гениев, как известно привлекает только то, над чем они работают. Очень много амулетов он терял, будучи на различных экспедициях, на самом деле, почти что всё. А если говорить совсем откровенно, то это кольцо, которое сделал я, он тоже потерял. Я отдал его ему, как только закончил, а он почти сразу собрался в очередной поход, и, конечно же, там и оставил.
— Но как тогда?.. — Спрашиваю, но недоговариваю, потому что взгляд проректора резко меняется. Становится серъёзнее, даже как-то печальнее.
— Ты никогда не спрашивала, где был Оникс в ту ночь. — Почему-то говорит он, подняв на меня глаза.
Замираю, оцепенев от вопроса на эту тему. Мы оба, после того утра, не говорили об Ониксе, зная, сколько боли это может принести. Но почему он спрашивает о таком сейчас?
— Вы вернулись целыми, я подумала, что ничего не узнали, и… не хотела спрашивать. — Отвечаю тихо. Делаю глоток кофе, пытаясь скрыть лицо.
Проректор медленно кивает, словно по тем жалким словам, что я сказала, понял меня.
— После смерти Рональда, Оникс посвятил всю свою жизнь поиску предметов, которые он потерял. А их было очень много. Кот путешествовал по всему миру, обыскивал каждый уголок, проходил там, где бывал хозяин, и контактировал с теми, кто был близок магу… в ту самую ночь, Оникс нашел это кольцо, но на него также наткнулись и охотники за первым элементом.
— Охотники за первым элементом? — Эхом переспрашиваю я, погрузившись в магию рассказа.
Эта история казалось такой захватывающей, магической, старой, словно я листала пожелтевшие страницы книги про приключения бесстрашного кота и пила теплый чай с медом.
— Их так называют в народе, по сути же, это те же охотники за сокровищами, которые ищут или воруют у других амулеты, сделанные исключительно магами Эфира. Стоят они, как правило, очень дорого.
— Значит, в народе, Эфир называют «первым элементом»?
— Только необразованные его так называют. — Проректор несколько раздраженно повел здоровым плечом. — Остальные, имеющие представление о мире и магии, не ставят ни одну из стихий выше других.
— Почему же? Разве в Эфире не создались другие стихии?
— Да, но разве не благодаря другим стихиям появилась жизнь? Разве не благодаря им, мы можем жить в комфорте и красоте? Эфир просто начал эстафету, это не значит, что нужно ставить его во главе мира, или называть «первым». Не настолько он «первый», если подумать.
Ничего себе. Имею в руках такую власть, проректор всё ещё отрицает её «первость». Удивительный чело… в смысле, маг.
— Возвращаясь к рассказу… — Напоминаю я.
— Да. — Кивает коротко маг, а потом снова продолжает: — Оникс опередил их буквально на пару шагов и спрятал кольцо в укромном месте. Их ожесточенные войны стали постоянными, однако, в этот раз охотники зашли слишком далеко — использовали магию, данную им амулетом. Им, кажется, очень нужно было кольцо… Оникс успел только открыть портал и вернуться к тебе. Он словно знал, что ты обратишься за помощью именно ко мне, поэтому, пока ты его лечила, тратил остатки своего магического резерва на то, чтобы рассказать мне о том, где находится кольцо… когда мы появились на месте, там уже никого не было. Зато кольцо я нашел быстро.
Казалось, мне потребуется минимум тысячелетие, чтобы понять и принять данные слова. Наверное, я никогда не смогу понять мужчин, а особенно — магов. Их, как маленьких мальчишек, привлекали битвы, мощные артефакты, магия, опасность. Единственное — в этом мире всё это по-настоящему, куда страшнее, и умереть можно было вполне реально.