Первый элемент (СИ)

Через какое-то время нашего молчаливого похода, магистр Эшфорд спрашивает, самодовольно улыбаясь:
— Всё ещё думаешь, что я перекусил грибочками?
— Да я всегда в этом уверена. — Отозвалась моментально, сосредоточенно обходя ветки. А… упс… Проректор резко останавливается, я тоже на секунду замираю… но потом прыскаю от смеха, и срываюсь с места, убегая от возможного гнева ворчливого проректора.
— Только не убивайте! — Кричу я, забегая за ближайшее дерево.
— Вот ещё руки о тебя марать. — Фыркает в ответ, складывая руки в карманы брюк и спокойно продолжая движение.
— Эй! — Я надуваю щеки. А потом замечаю его улыбку, когда он проходит мимо меня и дерева, за которым я удачно пряталась, и становится как-то приятно и тепло на душе. Я вылезаю из своего укрытия, подбегаю к высокому мужчине и иду рядом. Заглядываю ему в глаза: — Вы не обижаетесь?
— Я не из обидчивых. — Бурчит без злобы. А потом мельком смотрит на то, как я иду, пытаясь заглянуть ему в лицо и усмехается: — Иди уже!
— Да иду я, иду. — Надуваю щеки и выпрямляюсь.
Остаток дороги мы идем молча. Расходимся только в столовой — он берет чашку эспрессо, пока я роюсь в сумке, потому что сутра закинула мелочь просто так, не положив её в отдельный кармашек, и уходит. Наконец, монетки найдены, я протягиваю их злобной тётеньке, но она угрюмо отвечает:
— Магистр Эшфорд за вас заплатил.
Что он сделал??
Возмущенно смотрю в след черному, высокому силуэту. Скриплю зубами, но злость сразу же куда-то уходит, потому что перед глазами появляется картинка с царапинкой, которую я вылечила. Просто так в моей голове образы не всплывают, он явно пояснил зачем это сделал, чтобы я не устраивала концертов на всеобщее обозрение. Ох уж этот маг Эфира. Я улыбаюсь и мысленно благодарю проректора. Думаю, он точно это услышит.
***
На следующий день мы с Ониксом вышли вместе в лес собирать разных ингредиентов для зелий. Профессор Виллоу была занята с другими адептами, поэтому мы пошли вдвоём.
На удивление, в этом мире осень не тронула цветы в лесу. Они всё также цвели и пахли, тянулись к солнышку. Поэтому проблем с поиском ингредиентов не было, однако, логично было бы собрать побольше и засушить их, чтобы практиковаться без проблем и зимой. Впрочем, кто его знает, как в этом мире с растениями в холода.
— В академии есть отдельное место для растений зимой. Вам, магам Земли, нужно же как-то учиться. — Ответил на мой вопрос кот, аккуратно обходя ветки и кусты.
— Многие бы предпочли не учиться. — Усмехнулась я.
— Фу, такой быть, Камелия! — Наигранно дергает хвостом Оникс.
Я лишь улыбаюсь.
Мы ещё долго плутали по лесу, пока не вышли на полянку у озера. У того самого озера, да. Я, конечно, скривила моську, но Оникс решил не обращать внимания на моё личное недовольство, поэтому демонстративно развалился у кромки, рядом с желтыми лютиками. Никогда не видела таких пионовидных лютиков в лесу, поэтому тоже присела рядом. Наверное, кто-то из магов Земли постарался.
— Какие красивые цветы. — Задумчиво пробормотал Оникс, рассматривая пышные бутоны.
— Да… и пахнут вкусно. — Улыбаюсь искренне. Их было не так много, но они были такими красивыми, яркими, хотелось их обнять и вдыхать сладкий аромат.
— Их цвет похож на твои глаза. — Хихикаю я, дотрагиваясь кончиками пальцев до солнечных лепестков.
Кот лишь фыркает на это, пододвигается поближе ко мне и цветам. Понятливо глажу упрямую голову.
— Впрочем, твои глаза сами по себе похожи на солнце. — Говорю задумчиво, смотря на водную гладь устья реки.
— Прекрати заваливать меня комплиментами. — Ворчит недовольная моська.
— У меня просто хорошее настроение! — Надуваю я щёки. — Тебе это не нравится?
На это Оникс не отвечает, лишь дёргает хвостом, демонстрируя, что отвечать на провокационные вопросы взбалмошной девицы не собирается. Я его понимала и даже очень.
На удивление, и остаток дня кот провел вместе со мной. Мы вместе сидели в библиотеке, долго беседовали о том, как работают порталы, почему открывать их могут только маги Эфира. Всё до безумия просто: Эфир — это пространство, управляешь Эфиром — управляешь пространством. А то, как ты этим самым пространством управляешь — вопрос твоих умений и знаний.
 
Ещё мы обсуждали этот глупый турнир.
— Он не глупый. — Уверял меня Оникс. — Это нужно, чтобы держать в тонусе всех целителей. Их на самом деле очень мало.
— Раз их мало, то пусть развивают медицину и гигиену. Это тоже очень помогает от больших потерь населения. — Не отступала и я.
— Это ты и я понимаем. Ещё парочка умных магов это понимают, но простому люду, который привык надеяться на магию и чудо, объяснить, что порой стоит подумать головой, довольно тяжёло. Они ведь и взбунтоваться могут.
— Иронично. У нас в мире не надеяться на чудо, от того и продвинулись в медицине, а у вас, наоборот, только на него и привыкли полагаться.
Оникс коротко кивнул, поддерживая мою мысль.
— В этом ты и отличаешься от адептов АС. Многие из них просто надеяться на свою магию, а ты предпочитаешь учиться и практиковаться.
— Не нужно сравнивать меня со здешним народом. — Кривлюсь я. — Не в моих интересах остаться тут жить. Я всё равно вернусь домой.
На это кот уже ничего не отвечает. Предпочитает оставить своё мнение при себе, за что я ему очень благодарна. Он всегда знает, когда нужно что-то сказать, а когда лучше промолчать, что и делает его таким потрясающим другом.
Поужинали мы тоже вместе. За чашку капучино мне снова пришлось практически драться, благо, не так долго. К моим загонам и любви к кофе все привыкли, возмущаются лишь для вида.
После ужина, Оникс сказал, что ему нужно куда-то идти, попрощался и ушёл в портал, оставив меня одну за написанием очередного ответа Женевьеве.
Да, она мне всё-таки ответила. Письмо было длинным, но, если коротко, то она была очень рада, что я ответила. В прошлый раз я рассказывала ей о том, как профессор Жилан издевается надо мной, теперь же отвечала на вопросы о том, как у нас с погодой, и не умерла ли я там ещё от постоянных тренировок.
Написав ответ, отправила его «летяшкой» и легла спать, чувствуя, как внутри что-то неприятно сжимается, словно предчувствие какое-то нехорошее. Надеюсь, мне кажется.
***
Этой ночью я спала не спокойно. Часто просыпалась от кошмаров, потом долго засыпала. В четвёртый раз нервов у меня не хватило, я встала, чтобы немного размяться, походить. Открыла окна, чтобы подышать свежим воздухом. Меня обдуло холодным, осенним ветром. Звезд было не видно — их закрыли тучи.
За моей спиной что-то загорается. Я резко оборачиваюсь, чтобы посмотреть на источник синего света, и улыбаюсь — это действующий портал. Видимо, Оникс закончил со своими делами и решил прийти сюда. Странно только, что свечение такое яркое.
Однако радовалась я не долго. Стоило только подойти чуть ближе к двери, как из неё буквально вылетает чёрное тельце и падает у моих ног. Из портала доносятся странные урчащие звуки, истошные крики, кажется, лязг железа, и он моментально закрывается, отделяя нас от кошмара, таящегося за ним.
— Оникс, солнце, что это было? — Спрашиваю я, склоняясь над котом. Переворачиваю его и содрогаюсь от ужаса. Горло сжимает спазмом.
Все тело кота было в глубоких ранах, из них сочилась кровь, на шерсти, вперемешку с багровыми пятнами, комья грязи. Дыхание тяжёлое, хриплое, он почти задыхался. Меня словно окатили холодной водой…
— К-камелия… — Хрипит он.
— Тише-тише, — шепчу я, не в силах смотреть, как тяжёло ему дается каждая буква, как трясет его тело, — тебе нельзя говорить… я сейчас что-нибудь придумаю, сейчас. Всё будет хорошо.
— П… прости… меня. Я… так мало… был… с тобой… спасибо…
Он говорит это тихо, хрипло, совершенно не связано, на последнем издыхании. Глаза его всё также блестят ярким жёлтым цветом, взгляд всё такой же прямой, очень спокойный.
— Нет-нет-нет! Не нужно так говорить! — Мои глаза практически прожигают слёзы, настолько горячими они кажутся.