Система становления (СИ)

— Огонь! — рявкнул Попов, после чего наши «Печенеги» сразу же огласили ангар оглушительным грохотом, неся смерть и разрушение собравшимся внизу роботам.
Не знаю в какой момент капитан с Илюхой ушли по контейнерам в сторону группы, но когда я посмотрел в их сторону, то увидел, что они уже были на пол пути.
Сверху, с интервалом в несколько секунд, раздавались точные, хлесткие выстрелы СВД, каждый из которых означал, что один из «стражей» замирал с пробитым оптическим сенсором и беспомощно падал.
  
Наше появление застало противника врасплох. Автоматоны, не приспособленные для лазания, оказались в огненном мешке, и метались по открытому пространству, не в силах добраться до нас, чем мы беззастенчиво пользовались, расстреливаю противников словно мишени в тире.
Бойня длилась не больше трех минут, и когда пулемётный грохот стих — внизу, лежали десятки исковерканных металлических тел, на которые я временами посматривал с легко читаемым гастрономическим интересом.
Капитан с Илюхой тем временем уже достигли контейнера с пропавшей группой, и сейчас как раз забрались наверх, вызвав в их рядах небывалое оживление.
Через несколько минут они собрались и начали осторожно спускаться вниз, неся раненного товарища на руках. Первым порывом у меня было конечно же броситься на помощь, но в тот же миг перед глазами встало суровое лицо злого капитана, и я решил всё-таки не своевольничать, и контролировать обстановку, как мне и было велено.
Спустя десяток минут снизу донесся оживленный гул голосов, и практически одновременно с этим на наш ящик забрался перепачканный кровью Илюха, который махнул нам рукой и сказал спускаться вниз.
Мы помогли спуститься Марине, после чего начали осторожно (вес брони и пулемётов — это вам не шутки!) спускаться с господствующей высоты к ожидающим нас товарищам.
Когда мы добрались до них, то Марина тут же без малейших сомнений всучила мне свою винтовку, после чего ринулась к истощенным, грязным, но тем не менее живым бойцам. Один из них, который был с перевязанной головой, оказался капитаном этого отряда, и сразу же направил энергию Марины в сторону лежавшего сержанта без руки.
Девушка сразу же бухнулась рядом с ним на колени, а капитан тем временем окинул всех нас внимательным взглядом, после чего сказал слабым, но твёрдым голосом:
— Спасибо вам, ребята и девчата… Чёрт возьми… Я уже думал, что мы все сгниём здесь в этом чёртовом данже, а тут вы… Не передать словами…
— Не за что, Лебедь, чай не чужие люди, — отозвался Попов, после чего добавил:
— Тем более у нас был приказ на ваше спасение, так что теперь осталось только выбраться отсюда, и дело в шляпе.
Капитан Лебедев, опираясь на плечо своего бойца, мрачно покачал головой на эти слова, после чего сказал:
— Всё будет не так просто, как тебе хотелось бы, друг… Но что-то мне подсказывает, что выйти нам отсюда не судьба… Не пустит.
Попов, услышав такое утверждение нахмурился, и сказал:
— Что значит «не пустит»? Мы пробьёмся назад тем же путём, надо только босса найти…
— Вот в этом то как раз вся проблема… Тот коридор, что вы прошли — это цветочки, по сравнению с тем, что вас ждёт. Боссом тут выступает страж терминала, и мы назвали его «Паук». Он здесь, в соседней комнате, и что самое печальное — он не один. — Лебедев сглотнул, и я заметил, что в его глазах мелькнул неподдельный страх. — Пока босс активен — выходного портала не будет, а деактивировать его практически невозможно.
В ангаре повисла тягостная тишина, нарушаемая лишь далёким гудением вентиляции и тяжелым дыханием спасённых, после чего Попов коротко попросил:
— Расскажи мне всё, что вам удалось про него выяснить.
Лебедев кивнул, и начал рассказывать:
— Он большой… Размером где-то с БТР, а то и больше. У этой твари шестиногое шасси и цельнолитой корпус. Наши пулемёты в лоб его не берут, мы проверяли. — Лебедев тыльной стороной ладони вытер пот со лба, и продолжил:
— Основное оружие — два турельных эмиттера на спине, которые стреляют чем-то вроде сгустков плазмы. При попадании нашу броню прожигают насквозь, но это ещё не всё… Самое мерзкое — это его «рой».
— Рой? — переспросил Илюха, вызвав уничтожающий взгляд капитана, за то что вмешался в рассказ, но спасённый командир не стал заострять на этом внимания и продолжил:
— Да. В зависимости от боевых условий он может выпустить из брюшной секции рой скармехов, которых вы, судя по всему, уже встречали, после чего они настойчиво оттягивают на себя внимание, а сам паук в это время расстреливает врагов словно в тире.
— Ты давай не нагоняй тут лишней жути, Лебедь. Тебе ли не знать, что безвыходных ситуаций не бывает! — мрачно сказал Попов, после чего добавил:
— Лучше бы рассказал о слабых местах и возможной тактике.
Командир спасённой группы тяжело вздохнул, и сказал:
— У этой твари есть сенсорная башня, при помощи которой она ориентируется. В последнее наше столкновение мы смогли её повредить, но работоспособность она сохранила. Помимо этого можно попробовать поразить его энергетическое ядро, которое расположено в брюшной секции, и во время выпуска роя его прекрасно видно… Но ты знаешь скармехов. Если в момент выпуска роя находиться рядом — от тебя не останется и мокрого места.
Илюха, который всё это время находился рядом, и внимательно слушая рассказ, что-то судорожно рисовал на пыльном контейнере, вдруг оживился:
— Капитан! Если я правильно запомнил схему, то помещение, где он дежурит… Там есть галереи второго уровня, и несколько, несущих колонн, которые должны выдержать даже попадание плазмы! Если подойти с умом…
— То можно раздёргать его внимание, и пока он поливает верхний ярус — подорвать его снизу. — подхватил Попов, в глазах у которого зажёгся знакомый боевой азарт.
Он сразу же перевёл взгляд на Лебедева и спросил:
— Капитан, твои люди в состоянии держать оружие?
— Да, но какой смысл, если пули его не…
Попов закатил глаза, и прорычал:
— Да забудь ты про эту тварь, мы возьмём её на себя. Ваша задача сделать так, чтобы до моих людей не добрались скармехи, понял?
В глазах Лебедева зажглось понимание, после чего он с куда большим воодушевлением сказал что это совсем другой разговор, только вот патронов у них нет…
— Будут тебе патроны, не кипешуй… — успокоил его Попов, после чего повернулся в нашу сторону, и найдя взглядом сосредоточенную Марину, что-то вкалывающую лежащему сержанту, спросил:
— Ну что с ним, старшина? Жить будет?
Марина сдула выпавшую из хвоста прядь, после чего сказала:
— Много крови потерял… Но если в течении пары часов доставим его в госпиталь, то выкарабкается.
Капитан кивнул, и заглянув каждому из нас в глаза сказал:
— Вы слышали, бойцы? У нас есть два часа, чтобы выбраться из этого чёртового данжа! Я надеюсь на каждого из вас, и вместе мы справимся с этим пауком!
Марина — делай что хочешь, но его сенсоры должны ослепнуть в кратчайшее время! Титов и Семенихин — страхуйте нашего снайпера и ведите постоянный беспокоящий огонь по твари. Не забывайте постоянно менять свои позиции — лучше лишний раз перебдеть, чем потом я буду объяснять вашим родным — почему не уберёг. Понятно⁈
— Так точно! — отреагировала названная троица, и в этот момент я решил полюбопытствовать, сердцем чувствуя, что ответ мне не понравится:
— А что буду делать я?
— А мы с тобой, Степанов, будем развлекать тварь в непосредственном контакте.
Не сказать, чтобы меня очень обрадовали эти слова, но в глубине души я понимал, чем руководствовался капитан при своём выборе, поэтому выбора у меня не оставалось.
  
— Попов принял моё молчание за согласие, после чего обвёл всех внимательным взглядом, и сказал:
— Передайте все автоматные патроны и запасные короба к пулемётам людям Лебедева, после чего пять минут на подготовку и выдвигаемся.
Подготовка прошла немного сумбурно, но в конце концов мы справились. Мне было немного не комфортно без запаса патронов, но Попов меня убедил, что в предстоящей затее каждый лишний килограмм может помешать вовремя среагировать на угрозу, и в итоге привести к смерти.