Сердце Забытых Земель (СИ)

— Она была слишком беззаботна! Глупая птаха, что порхала меж ветвей и даже не задумывалась о наших судьбах!
— Нет! Ты убил Дальру Лебединое Крыло из зависти — потому что она умела летать, а ты нет! И ты забрал ее крылья, спрятав в одном из своих сундуков! Да я знаю об этом, ненасытный завистливый змей Фуунг!
«А дело оборачивается круто» — подумал я и двинул вперед белого коня.
  
— Почему такой как она был дарован дар полета? — прошипел Фуунг и поднял лицо к висящему в ветвях золотому сундуку — И при этом она боялась высоты! Подумать только! Птаха боящаяся высоты! Всей имеющейся у ней от природы смелости Дальре хватало лишь на то, чтобы перепорхнуть с ветви на ветвь, дрожа при этом от страха! Она была бесполезной! И не спорь со мной — уж я-то знаю! Я годы уговаривал ее взлететь под самые облака и оглядеться — быть может она увидит выход из этого проклятого места!
— Ты убил Сцреалса Знающего Путь! Он жил к западу от твоего логова, и ты частенько наведывался к нему…
— Еще одно бесполезное создание! Вечно сидел на каком-нибудь мокром камне, закутавшись в свой драный серый плащ, натянув на лицо клювастую маску и бормоча никому неинтересные истории! Сколько раз я просил его наконец-то отправиться в путешествие и разведать окраины этих земель! Сколько раз я просил его спуститься на дно смертоносной пропасти и исследовать ее дно, ведь золотой светильник защитил бы его — он знал, что шепнуть своей любимой вещице! Но он вечно отказывался, предпочитая сидеть сиднем и натирая тряпочкой единственное свое достояние…
— Достояние? Вещица? Нет! Артефакт! Речь о золотой Лампе Блистающей Отваги и Светлого Пути! Ты соблазнился блеском и могуществом этого артефакта, змей — потому и убил несчастного Сцреалса, забрав его имущество себе! И, судя по всему, ты так и не узнал верных слов, способных оживить эту лампу… какая утрата!
Фуунг снова посмотрел на висящий над нами сундук, дернувшись, сделал корневищами свои ходы, вызвав дробный перестук фигур, испустил долгое шипение, подобное тяжелом вздоху.
— Сцреолс был моим хорошим собеседником все эти годы… — сказал золотой змей после паузы — Я… я не хотел его убивать. Но не сдержал гнева после его очередного отказа.
— А подумал ли ты о том, что он мог бы одолжить свой драгоценный артефакт той же Дальре, что страдала страхом полета? С помощью Лампы Отваги она быть может совладала со своими страхами и поднялась бы под самые облака, направив оттуда свет лампы в каждый уголок Забытых Земель! Подумал ли ты об этом, змей убийца?
— НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК! — Фуунг в ярости закрутился спиралью, рывком выстрелил свои кольца вверх, вновь вытянувшись высоченной колонной — Кто ты такой, чтобы судить меня⁈ Сокрушу!
— Вот он яростный гнев несдержанного Фуунга — глядя на грозящего уничтожить его в любой момент монстра Дэммиур Нуммус и бровью не повел — Обещал всем мирную игру… но не в силах сдержать не только своего гнева, но и данного нам слова…
— Ф-Х-Ш-Ш-С-С-А-А-А-А! — испустив долгий выдох, золотой змей медленно опустился и, глядя куда-то в сторону, опять сделал свои быстрые ходы, перестав фигуры на каждой из досок. И только затем Фуунг снова заговорил:
— Я просто устал ждать…
— Все вы устали ждать — ответил ему Дэммиур Нуммус — Но это не повод убивать.
— А ты? Ты не устал ждать?
— Я подобен деньгам — могу ждать вечно, прежде чем сделать свой звонкий ход. Но знаешь ли ты в чем главная сила и одновременно главная слабость денег, змей Фуунг?
— И в чем же, дерзкая ты букашка? Просвети меня в чем сила денег?
— Сила денег в том, что они нужны всем — и старым и молодым, сильным и слабым, богатым и бедным, бессребреникам и жадюгам, здоровым и больным…
— А в чем их слабость?
— В том же — в тех, кто их жаждет.
— Я не понимаю ход твоих мыслей…
Я невольно кивнул, соглашаясь с шипящим Фуунгном, все больше походящего на голодного змея и все меньше на дерево.
— Деньги нуждаются в окружении, змей — пояснил Дэммиур Нуммус и со стуком переставил вперед белого ферзя — Шах! Деньги бесполезны в безлюдном месте! Деньги и любой другой товар будут бесполезны и в этих Запертых Землях, если здесь не окажется того, кого можно ими соблазнить! Брось горсть золотых монет посреди безлюдной пустыни — и они пролежат там вечность бесполезной кучкой! Блесни невзначай монеткой посреди города — и через мгновение каждый захочет ею завладеть и наперебой начнет тебе предлагать свои товары и услуги!
— Я не из тех, кто падок на звенящие монеты! Как и Дальра! Как и Сцреолс! Я одаривал их своими золотыми полновесными листьями! Дальра плела из них бесполезные тяжелые венки, а Сцреолс швырял их в бездну!
— Может их и не прельщало золото, верно… но это лишь значит, что у них имелись иные страстные нужды — и вот их ты и должен был удовлетворить, прежде чем отправлять одну в лебединый полет, а другого в черную страшную пропасть! Надо договариваться, а не лишать жизни! Соблазнять, а не убивать! Пробуди в ком-то желание обладать чем-то… и он твой навеки! Как можно этого не понимать? Ты лишил нас множества возможностей, Фуунг! Быть может своими несдержанными убийствами ты лишил нас шанса на спасение из этих земель!
— Они были бесполезны! — рявкнул золотой змей и мы невольно схватились за подлокотники, когда плетенные живые кресла заходили под нами ходуном — Бесполезны! И трусливы!
— Они были живы!
— А теперь нет! И теперь они наконец-то свободны — благодаря мне!
— Вот только ты сам такой свободы для себя не хочешь, верно? — Дэммиур Нуммус двинул вперед пешку и объявил — Шах! И мат! Партия за мной, змей. Я выиграл — а ты проиграл! Да и в Башнях дело движется в мою пользу!
— Ты сбиваешь меня с мысли! — Фуунг, змей с человеческим лицом, сдерживался с огромным трудом, сверкая глазищами, скрипя золотыми зубами и глядя на игровую доску, где упал набок его король. На доску со звоном упало несколько тяжелых золотых капель и я удивленно моргнув, поняв, что едва коснувшись доски, капли превратились в золотые монеты. Подняв глаза, я понял, что с губ Фуунга стекает золотистая тягучая жидкость — похоже, он прикусил себе то ли язык, то ли губу.
— Сыграем еще раз — Дэммиур Нуммус кивнул и начал расставлять фигуры — Вот только ты проиграл… плати…
— За твою случайную победу я дарую тебе…
— Лебединые крылья Дальры — не глядя на него, произнес Нуммус и Фуунг поперхнулся на полуслове.
— Такого договора не было!
— Не было — торговец кивнул — Как не было договора играть больше одной партии в шахматы. Хочешь игры — плати! Я не из тех, кто готов безвозмездно тратить время на слабых игроков. Играя с сильными — учишься. Играя со слабыми — лишь теряешь свое время зря…
— Ты назвал меня слабаком? С-смерти ищешь⁈
— Так мы играем еще одну партию? — Нуммус двинул вперед башню, обходя коварно появившуюся перед ней глубокую яму — Выбор за тобой.
— Я могу убить тебя…
— Ты можешь попробовать это сделать… но подумай вот о чем — пришел бы я вот так на смерть со своими прямыми дерзкими словами в твое логово, зная о твоем несдержанном нраве, змей? Я торговец — я всегда думаю на сто ходов вперед. Попробуешь убить меня — и я ускользну. И кто знает, вернусь ли я сюда однажды — ведь зачем тратить время на жадного и слабого игрока…
«Вот теперь его точно схавают» — подытожил я, морально готовяь лицезреть поедание торгоца огромной змеей.
Но Фуунг не стал атаковать. Напротив — он опустился максимально низко и отступил в озеро, утопив в нем большую часть своего тела. Ударившие вверх пенные гейзеры взбаламутили жижу, подняли тяжелые волны, разбивающиеся о берег и несущие с собой тяжелый неприятный запах. Прошло не меньше минуты, прежде чем Фуунг Сладкоядый заговорил снова:
  
— Я отдам тебе крылья Дальры, если ты расскажешь как собрался ускользнуть от моего удара…
— Я кое-что выменял у болотной ведьмы.
— Сельдяная Голова? Эта жадная старуха не отдаст ничего просто так!
— Не отдаст — согласился Нуммус — Но каждый готов обменять что-то не особо нужное на очень нужное. Хотя существуют в этом мире и дураки, что готовы тратить драгоценное на бесполезное лишь ради сиюминутной вспышки радости… Глупцы! Но Сельдяная Голова не такова и мне пришлось постараться, чтобы выменять у нее одно из главных достояний — артефакт Туманной Души. Он сработает лишь раз, но и этого хватит, чтобы избежать смерти и очутиться далеко отсюда и вне твоей досягаемости.