Секретарь (СИ)

 Осознание этого повергло Кинни в шок. Этого не могло произойти, только не с ним и не сейчас.
 Вспомнились рисунки Джастина, которые он увидел в его альбоме. Еще тогда у него сложилось впечатление, что парень как будто заглянул ему в душу, увидел его не тем бессердечным засранцем, которым он хотел казаться, и которым все его считали, а настоящим. И это тоже пугало и нервировало до чертиков.
  
 Почти на рассвете Брайан все же уснул, но такой сон не принес ему облегчения, а только одну головную боль.
 На работу он приехал в отвратительнейшем настроении. Естественно, досталось всем. Никто не мог ему угодить в этот день.
 Дизайнерский отдел пять раз переделывал макет, который вчера Брайан уже утвердил. Сегодня же, мистер Кинни решил, что цвета отстойные.
 Джастин забегал и ломал голову вместе со всеми. В конце концов, он психонул и придумал такую цветовую гамму, что все замерли в немом изумлении, разглядывая этот ужас, это несоответствие цветов. И что самое интересное - прошло на ура! Брайану понравилось. Джастин со товарищами были в шоке. Но никто ничего не сказал, в надежде, что мистер Кинни все же одумается, когда придет в себя.
 Но больше всего босс оторвался на своем секретаре.
 Он гонял Джастина то туда, то сюда и орал, как потерпевший. Все было не так. Он цеплялся к каждой мелочи. Даже латте, и тот в этот день не устроил босса, был слишком сладким и не вкусным. И больше всего его злило то, что мальчишка безропотно, даже с извиняющейся улыбкой, все это терпел и выполнял, хотя пару раз во взгляде промелькнула обида. Но, когда в конце рабочего дня, очередной раз Брайан взбесился, швырнув ему ручку и заявив, что не может подписывать документы таким толстым стержнем, Джастин не выдержал:
 - Знаете, мистер Кинни, если бы вы были женщиной, я решил бы, что у вас ПМС.
 - Что у меня? – вытаращил глаза Брайан. – Ты сравнил меня с бабой?
 - Вы прекрасно поняли, о чем я. Хотя, последние исследования доказали, что и у мужчин, оказывается, бывают такие критические дни, называются только по-другому, но сути это не меняет, - отчеканил Джастин, воинственно глядя на босса.
 - Ах, вот как? – вскочил Кинни.
 - Да, именно так!
 - Нет! Не так! Все дело в том, что кто-то не выполняет свою работу, как положено, - проорал Кинни.
 - Неужели? Странно. Что же могло сегодня случиться с ручкой, которой вы всегда, я подчеркиваю, всегда, подписывали документы? Почему вдруг, вчера, утвержденный вами же макет, сегодня оказался отстойным? А латте? Я приносил его три раза, учитывая все пожелания, и каждый раз он был не такой.
 Они, как два бойцовых петуха, нахохлившись, смотрели друг на друга. Вдруг, Брайан устало опустился в кресло:
 - Да иди, ты!
 Джастин постоял немного в нерешительности, потом медленно подошел к нему, положил руку на плечо и слегка сжал:
 - Что с тобой? Случилось что-то? Ты как с цепи сорвался.
 Он медленно массировал плечи Брайана, стараясь расслабить.
 - Расскажи, что случилось? Может быть, я смогу помочь?
 Брайан, развернулся и взглянул на парня. Тот смотрел на мужчину с мольбой и тревогой.
 «Ну, что я могу ему сказать? Рассказать все о споре, объяснить, что это была глупая шутка, что все изменилось, что он стал мне не безразличен», - подумал Кинни.
 Но смелости у него так и не хватило. А может, дело было вовсе не в смелости. Все же он надеялся, что до мальчишки не дойдет эта история, и он не увидит боли и отчаяния в этих голубых глазах.
 - Поехали ко мне?! – вдруг предложила Кинни. – Прямо сейчас.
 Джастин, облизнув пересохшие губы, только кивнул.
 ***
 Они начали еще в лифте, не дойдя до квартиры. Брайан, что называется, набросился на парня. Не было никакой нежности, а только необузданная страсть, дикое желание обладать. Когда сносит все преграды и не остается ни одной четкой мысли, когда нервы, как струны, а чувства обострены до предела.
 Поцелуи были жгучими, как огонь, оставляя следы на коже, укусы чувствительными, но это было неважно. Джастин отдавался со всей страстью, на какую только был способен, утонув в ней, забыв обо всем, сметенный ураганом по имени Брайан.
 Они ввалились в лофт, не размыкая объятий. Одежда летела в разные стороны. Брайан затащил парня в душ, под теплые струи. Он опустился на колени и ласкал член мальчишки, пока тот уже не начал молить о большем. И опять повсюду были губы, язык, руки, а еще, стоны наслаждения, как фон этому безумию, охватившему их.
 Оба были на пределе, и едва добравшись до постели, Кинни зубами разорвал упаковку презерватива, под горящим голодным взглядом Джастина, быстренько раскатал резинку по члену и одним плавным движением вошел в него. Безумие продолжалось. Брайан вбивался сильно, размашисто. Джастин выгибался навстречу и выстанывал его имя. Остановить эту лавину страсти было просто невозможно. Она сметала все на своем пути – все мысли, все вопросы и ответы.
 И все же сквозь какофонию страсти у Джастина пробилась одна мысль: « Он как будто прощается со мною. Как будто это в последний раз». Но очередной виток наслаждения закрутил его, заставляя забыть и об этом.
 Угомонились они уже за полночь. Когда Тейлор не мог больше пошевелить ни одной частью тела, Брайан отпустил его, наконец, насытившись.
 Утром Джастин проснулся первым. Он носом уткнулся куда-то под лопатку босса и теперь с удовольствием вдыхал особенный, ни с чем несравнимый запах его тела. Полежав немного, парень приподнялся и залюбовался Брайаном. Тот лежал на животе, обхватив подушку руками.
 «Какой он красивый!» - Джастин, еле касаясь, провел рукой по загорелой крепкой спине Кинни и тут же начал возбуждаться. После вчерашнего секс-марафона, ему казалось, что сегодня и не шевельнется ничего, ан нет, Тейлор младший снова с удовольствием бы окунулся в жаркую глубину рта мистера Кинни.
 Рука парня несмело пошла ниже, лаская не менее крепкие ягодицы.
 А как ему хотелось расцеловать их! Еще совсем недавно он и мечтать не мог прикоснуться ко всему этому великолепию. А сейчас!!! Не сдержавшись, он все же припал губами к ближайшей половинке.
 Брайан зашевелился, что-то промычал во сне, но не проснулся. Джастин замер, потом тихонько выскользнул из кровати и скрылся в душе.
  
 Простояв под горячими струями, минут десять, совершенно ни о чем не думая, парень вдруг понял, что хочет есть, просто умирает от голода. Ночь отняла столько сил, что сейчас требовалось их восполнить, и одной яичницей здесь не обойтись.
 Он закрыл воду, кое-как обтерся, обмотал бедра полотенцем и решительно двинулся в сторону холодильника. Но по пути мельком взглянул в зеркало и остолбенел. Шея, плечи, грудь, даже живот – все носило следы безумной страсти Брайана Кинни. Он коснулся пальцами следов на шее и, улыбнувшись, направился дальше.