Из пепла (ЛП)

Папа просто покачал головой и расслабился, прислонившись к дереву.
— Не отказывайся от нее, Гэйдж. Ты не просто так чувствуешь все это. Что скажешь, если мы прекратим болтать и закончим работу? Тебе нужно объяснить своей маме, что происходит. Возможно, у нее есть совет получше, чем у твоего старика. И тебе лучше извиниться перед ней. Она изводит себя переживаниями.
Я кивнул.
— Прости, что заставил вас пройти через это. Честно сказать, я не осознавал, что так явно показываю это.
— Ты прощен. Пойдем, я голоден, а твоя мама и сестры готовят чили и кукурузный хлеб.
Я скучал по стряпне Кэссиди. Я скучал по попыткам помочь ей готовить, пускай даже в большинстве случае я все портил. Я скучал по ее смеху и улыбке, по тому, как она ощущалась в моих объятиях каждое утро. Я просто скучал по ней. Боже, я ныл как гребанная девчонка.
Мы починили сломанные части забора и уже через десять минут мы были на пути к дому. Мы медленно ехали обратно, и я рассказал папе больше о Кэссиди и нашей совместной жизни с Тайлером. Мы не проехали и половину пути, когда моя сестра Аманда написала мне, чтобы сообщить, что Тай, его родители и девушка, находятся в главном доме и ждут нашего возвращения. Мне не нужно было спрашивать, что это была за девушка; больше не было никого, кого они могли бы взять с собой.
— Гейдж, что такое?
Я понял, что я остановил своего коня Медведя и просто уставился в направлении дома. Подняв на него глаза, я смог произнести лишь одно слово.
— Кэссиди. Если бы я пустил Медведя галопом, мы бы вернулись минут через пятнадцать, но даже это время казалось слишком долгим. — Пошел!
— Гейдж!
Я не стал оглядываться на отца. Я слышал, как его лошадь мчалась позади меня, и я знал, что он разозлится на меня за то, что я так сорвался с места, но она была здесь. Когда мы подъехали к дому, я увидел перед входом джип Тайлера и простоял там почти целую минуту, пытая решить, позаботиться ли о Медведе или пойти к ней.
— Она все еще будет там через пять минут. После того, через что ты только что заставил пройти Медведя, возможно, ты хочешь заняться им в первую очередь.
Я хмыкнул в знак признательности и спрыгнул с лошади, чтобы отвести в конюшню. Поле того, как мы сняли с него всю экипировку, мы опрыскали его и папину лошадь из шланга и выпустили их в поле. Папа положил руку мне на плечо, чтобы остановить меня, и я старался не показывать ему как я расстроен от того, что он продолжает держать меня подальше от Кэссиди.
— Теперь я не сомневаюсь, что есть причина, по которой она появилась в твоей жизни, и я знаю, что сказал тебе бороться за нее. Но борись с умом, сынок. Тайлер тебе как брат; ты же не хочешь разрушить ваши отношения из-за нее. И еще кое-что: если ты прибежишь туда в таком виде, то, вероятно, напугаешь ее до усрачки.
Я посмотрел на свою футболку. Я весь день потел от физической работы и накинул футболку прямо перед тем, как мы отправились сюда, но в этом не было ничего особенного, я же в конце концов не был покрыт коровьим навозом.
— Я не преувеличивал, когда сказал, что ты похож на зомби, Гэйдж. Судя по тому, насколько мертвым ты выглядишь, наверняка тебе хочется поскорее увидеть ее. Сделай глубокий вдох и войди как нормальный человек.
Это было чертовски трудно. Мои руки были сжаты в кулаки, чтобы я не потянулся к ней, а я ее еще даже не увидел. Открыл дверь и прошел через гостиную в направлении голосов на кухне. Кэссиди засмеялась, это пригвоздило меня к полу. Я как будто сделал свой первый вдох за два месяца и по-настоящему улыбнулся. Я взглянул на отца, а он похлопал меня по плечу.
— Ну, пойдем познакомимся с моей будущей невесткой.
Я ударил его по руке и сделал последние несколько шагов, прежде чем завернуть за угол на кухню. Она была там. Такая же идеальная и красивая, как всегда.
— Кэссиди, — выдохнул я.
Она бросилась ко мне и обвила руками мою шею, шепча мне на ухо.
— Я так сильно скучала, Гейдж.
— Я тоже скучал по тебе, дорогая.
Боже, она понятия не имела, насколько сильно я скучал по ней. Крепко прижимаю ее к себе и запоминаю это ощущение. Стараясь, чтобы было незаметно, я вдохнул ее запах и расслабился еще больше. Она была здесь. Действительно здесь. Прижимая ее крепче, я обрадовался, что еще меньше ощущаю ее выступающие лопатки и ребра. Она постепенно прибавляла в весе, и, хотя ей не помешало бы набрать еще как минимум десять фунтов, она выглядела все более здоровой и красивой.
  
Тайлер прочистил горло, я неохотно отпустил ее. Стараясь не показать, как сильно меня ранило то, что она отошла обратно к нему. Тетя Стефани и дядя Джим подошли, чтобы обнять меня, и я поймал взгляд мамы, которая, широко открыв глаза, смотрела на меня с любопытством. Я бросил взгляд на папу и увидел, что он точно так же смотрит на Кэссиди. Я точно знал, о чем именно он думает, потому что думал о том же самом. Как она может так вести себя по отношению ко мне и ни черта ко мне не чувствовать?
— Гейдж?
— Да, мам, — я все еще не мог отвести взгляд от Кэссиди.
— Почему бы тебе не пойти и не привести себя в порядок, ты работал весь день.
— Хорошо.
После того как я не сдвинулся с места, она заговорила снова.
— Это было кодовое обозначение "ты воняешь и выглядишь потрепанным", сынок. Иди прими душ.
Не то чтобы я долго принимал душ, но мне кажется я никогда не принимал душ быстрее, чем сейчас. Я хотел вернуться к Кэссиди, должен был вернуться к ней. Я был дураком, когда думал, что смогу когда-либо забыть ее; во всяком случае, это время, проведенное порознь, показало мне, насколько это невозможно. Я вбежал в спальню и резко остановился, хватаясь за полотенце, обернутое вокруг моих бедер.
— Воу, мам, серьезно?
— Теперь скажи мне, почему ты думал, что не можешь рассказать мне, что происходит, Гейдж.
Я вздохнул и схватил рубашку, сосредоточившись на том, чтобы застегнуть все пуговицы, прежде чем заговорить.
— Мам, мне действительно жаль. Пока папа не заставил меня рассказать об этом сегодня, я не осознавал, что веду себя иначе по отношению ко всем вам.
— Мы ужасно волновались.
— Я знаю, мама.
— Итак, твой отец уже рассказал мне все, что ты сказал ему, так что я не буду тебя больше задерживать. Но знай, что ты всегда можешь поговорить с нами. Она встала и направилась к двери, задержавшись перед тем, как закрыть ее. — Она чертовски милая, Гейдж.
Я широко улыбнулся ей.
— Я знаю, она такая.
Быстро подмигнув, она закрыла за собой дверь, а я вернулся к лихорадочным попыткам собраться. Я старался не бежать по лестнице, но это не имело значения. В доме ее не было. Услышав, как Тайлер произнес ее имя, я вышел через парадную дверь и чуть не подавился смехом, когда увидел ее. Она широко раскрытыми глазами смотрела на моего отца, который показывал дяде Джиму и Тайлеру свое новое охотничье ружье. Она бросила быстрый взгляд в мою сторону, а затем вернулась к оружию.
— Оно тебя не укусит, Кэсс, — ухмыльнулся я, когда подошел к ней.
— А вдруг, ты не можешь знать наверняка.
— Мы можем пойти пострелять прямо сейчас, я покажу тебе, что с ними все в порядке.
Ее глаза стали еще шире, она медленно покачала головой. Кэсс все еще не могла отвести взгляд от ружья, я стиснул зубы, когда она непроизвольно сделала шаг в сторону Тайлера.
— Тогда давай начнем с чего-нибудь попроще.
Я слегка коснулся ее руки и развернул в противоположную сторону.
— Когда-то давно я обещал тебе… — я замолчал и улыбнулся, услышав, как она вздохнула. Я повел ее в конюшню к своей кобыле Стар. Она была темно-каштанового цвета с белой звездочкой на лбу, а еще невероятно спокойной. Идеально подходила Кэссиди. Я открыл ей дверь и вошел, заводя Кэсс. Тайлер стоял, прислонившись к двери и молчал, пока я знакомил девочек. Я погладил Стар по ее длинному носу, когда она ткнулась мне в грудь.
— Стар — это Кэссиди; Кэсс — это Стар. Схватив Кэсси за руку, я подвел ее ближе к лошади, и она медленно протянула руку к шее Стар.