Бесконечный беспредел (СИ)

— Всё, клюватые, съедайте половину и бегите на волю. Не хочу, чтобы вы пострадали.
— А мы⁈ — тут же возмущённо воскликнул Ибун.
— А у нас другой путь! — заявил я с диковатой ухмылкой отчего-то сникшему алхимику.
Эти кристаллы с душами явно были чем-то запретным и нужно выяснить всё по максимуму, пока есть возможность. Не на друге же экспериментировать в самом-то деле!
Зверей дважды просить не пришлось. Они довольно быстро схомячили свою долю, взрыкнули напоследок нечто благодарственно-ободряющее, типа «спасибо, постарайтесь не сдохнуть», и стремительно скрылись в лесу всем составом.
Пока Ибун, косясь на тучку, бродил по округе и прибирал в хранилище наиболее полезные вещи из разбросанных, я успел подготовиться к аварийному возвращению души на место и заодно изъял пространственные хранилища у бессознательных — кольцо и маленький кулон.
А теперь быстренько заглянем под крышку пылесоса!
Но едва я открыл Вихря, как полуметровый шарик тучки ну очень злобно загрохотал и метнулся вниз. Раскалённое облачко сходу попыталась протиснуться под приоткрытую крышку, из-за чего пришлось поспешно захлопнуть артефакт. Но я успел разглядеть, что последний кристалл оказался трёхгранным и до верха заполненным синей жидкостью, а душа хоть и выглядела напуганной, но паники не проявляла.
Однако тучка не успокоилась и начала нарезать круги вокруг Вихря, в попытке пролезть внутрь. Она настырно крутилась и жалила мой артефакт тоненькими молниями, сбивая с него и без того облезлую краску. Вдруг она резко скользнула вдоль шланга и обожгла мне правую руку так, что я вскрикнул от боли, но шланг не выпустил.
А мини гнев небес уже накрыл лицо арбалетчика и, видимо попытался протиснуться в пылесос через нос жертвы. Моментально запахло жареным, причём сразу во всех смыслах, и мне пришлось поспешно вдувать душу обратно.
Очнувшийся убийца завизжал на ультразвуке и ухватился руками за раскалённое облачко, чтобы отбросить его от себя, но лишь бессмысленно опалил руки.
Злобная хреновина продолжила назойливо виться вокруг пылесоса и целенаправленно метить в отверстие трубы. Пару раз мне удалось стукнуть её шлангом и немного отбросить, но она каждый раз возвращалась ещё более настойчивая и злобная.
— Ибу́н! — не зная что делать заорал я, отмахиваясь шлангом от уворачивающейся тучки, которая уже успела посадить мне на руки два больнючих ожога своими тоненькими молниями. — А если я её засосу, то что будет⁈
Он не ответил и я, улучив момент, с тревогой обернулся.
Этот засранец тихо уходил огородами! В смысле крался вглубь леса, бережно прижимая к себе молот, и не оглядывался.
— Эй! — крикнул я, таки заставляя его затравленно обернуться.
Здоровяк очень странно посмотрел на меня, состроил гримасу полную сожаления и ломанулся на ускорении через лес, в противоположную от меня сторону.
Очередная жгучая боль в руке напомнила, что отвлекаться нельзя, но я всё равно проорал вслед убегающему товарищу:
— Это раз!
И сосредоточился на текущей проблеме, краем глаза увидев, что и арбалетчик спешно сваливает, волоча за ноги своих бессознательных братьев.
Проблема злобно сверкала, гремела и не собиралась оставлять меня в покое. Всасывать я её всё же не решился, чтобы не вызвать ещё какую-нибудь ультимативную божественную хрень.
Но и бесконечно отбиваться тоже не выход.
— Да нет у меня уже ничего! — зло заорал я на тучку и раскрыл пустой пылесос в подтверждение своих слов.
Это оказалось фатальной ошибкой!
Мини Гнев Небес видимо решил, что теперь пришло время уничтожить сам источник проблем — меня!
Он замер, пророкотал нечто обвинительное и начал разрастаться, мгновенно превращая в пепел соседнее дерево.
Не зная, что делать, я разогнал себя на форсаже, схватил алхимический казан и одним махом накрыл распухающую хрень, ничуть не сожалея о рассыпавшихся пилюлях ЖЭ. Тяжёлое дно котла полностью скрыло чёрное облачко и придавило его к земле.
Тю, делов то!
И только я немного расслабился, как задрожал сперва котёл, а потом и земля. Влажная лесная почва мгновенно высохла, пошла трещинами и вспучилась огромным холмом. Тысячи тонких красных молнии, бьющие из-под земли, проросли жутковатой травой, и с треском лопали разбросанные повсюду пилюльки ЖЭ.
  
Не дожидаясь дальнейшего развития событий, я просто развернулся, и со всех ног ломанулся вслед за Ибуном, изредка оглядываясь на распухающий позади абздец.
Прогремел колоссальный взрыв и над лесом поднялся грохочущий огненный вал, отсветами окрасивший всю зелень в адский багрянец. С гневным рокотом он покатился за мной, испаряя всё на своём пути, и в скорости я охренеть как уступал ему!
 Глава 23 
«Не запнуться! Только не запнуться и не упасть!» — стучала в голове главная мысль.
Ни о каких прыжках с ветки на ветку сейчас и речи не шло! Только максимально открытые участки и как можно меньше маневрировать!
«Давайте, ножки, давайте! Раз-два, раз-два!» — паники не было. Только нарастающее раздражение, что опять приходится убегать от очередной местной хреновины.
Деревья мелькали мимо как сумасшедшие и пришлось выставить локти в боксёрской защите, пожертвовав обзором, чтобы банально не оставить части лица болтаться на сучках и ветках. Бежать так оказалось очень неудобно, и моя скорость несколько снизилась.
В очередной раз коротко обернулся через плечо, чтобы оценить расстояние до смерти, из-за чего запнулся, и кубарем, по инерции, пролетел над глубоким оврагом, приложившись спиной о сучковатое бревно на другой его стороне. Из-за высокой скорости мясным снарядом отрикошетил от бревна, проломил тушкой густые кроны и высоко взмыл над лесом тряпичной куклой, беспрестанно вращаясь и едва не распрощавшись с содержимым желудка.
Но кое-что в круговерти мира удалось заметить — ровно за миг до того, как меня швырнуло к небесам и точно в том месте, где я был ещё мгновение назад, с оглушительным грохотом пронеслась толстенная и неестественно прямая красная молния. Она просто испарила лес на несколько километров вперёд, и ушла в землю, превратив рыхлую и влажную лесную почву в сверкающий глянцем, раскалённый обсидиановый желоб, переходящий в идеально круглый тоннель метров пятидесяти в поперечнике.
— Ма-а-а-ать! — заорал бешено крутящийся в воздухе я, когда мельком заметил в клубящейся и искрящей молниями черно-огненной стене Гнева Небес, стремительно ползущего по земле, идеально круглую и яркую красную точку очередного аннигиляторного луча.
В чистом небе не увернуться, а парабола полёта слишком предсказуема. Этот удар точно настигнет меня! Если только…
Провод пылесоса мгновенно соскользнул с плеч и сплёлся вокруг меня в ячеистую сферу. И только непоколебимая вера в советских инженеров, когда-то спроектировавших Вихрь с изрядным запасом прочности, как и всё «совковое», удерживала меня от осквернения вслух молитвы «Отче наш» придуманными на ходу словами и забористым матом.
В следующую секунду нестерпимый красный свет, невыносимый жар и колоссальное давление целиком поглотили меня. Я зажмурился, скукожился и слил весь резерв на укрепление тела, надеясь, что делаю это правильно.
С трудом удерживая меркнущее сознание, даже под всплеском адреналина, я раскрутил движок на все бабки, чтобы хоть куда-то деть запредельную энергию, мгновенно пропитавшую артефакт и грозившую его уничтожить. Зажал трубу пылесоса между бёдер и вцепился в шланг, как ведьма в метлу.
Следом пришёл сокрушительный звуковой удар, а за ним тяжёлая, глухая тишина, наполненная противным, пронзительным писком. Яркий свет слепил глаза даже сквозь зажмуренные веки, а тело сдавило так, что вдохнуть удавалось едва-едва. Ноздри жёг едкий запах горелой изоляции и сгоревшей плоти. Руки и ноги онемели и отказывались подчиняться, тело парализовало, а пылесос раскалился добела и пригорел к мясу и костям на спине. Провода оплавились и истончились, но техника держалась, а значит, и я продержусь!