Бесконечный беспредел (СИ)

Минуты текли, кожа уже пылала огнём и невыносимо зудела, а косматый всё так же безмятежно сидел на месте и ровно дышал.
— Да нафиг! — не выдержал я и, вскочив, быстрым шагом направился в сторону реки.
Стоило раздвинуть прибрежные кусты и смело шагнуть на пологий берег, как меня парализовало с поднятой в воздух ногой, и я заворожено уставился в красивые, изумрудно-зелёные глаза давешней пятнистой кошки. Хищник удивился не меньше меня и даже перестал жевать довольно толстую и аппетитную змею.
Клыкастая киса пришла в себя первой, прижала уши, оскалилась и как-то неуверенно зашипела, ложась животом на добычу. Я, конечно, не Николай Дроздов, но, смею предположить, что она явно напугана, но не оставит добычу до последнего. Нашим легче!
Держась за эту мысль и, на всякий случай, направив духовную энергию в пылесос, чтобы в случае чего мгновенно раскрутить его, я с самым невозмутимым и равнодушным видом пошёл к воде.
Кошатина не двинулась с места и меня немного отпустило, когда я забрёл по колено в прозрачные воды. Тем не менее, выпускать её из вида было глупо и вся помывка прошла в довольно напряжённом соревновании по гляделкам.
На свой страх и риск напился некипяченой воды и вдруг заметил за камнем, в паре метров от себя, огромную рыбину, вяло шевелящую плавниками. Рот моментально наполнился слюной, а память услужливо подсказала, что в кратере ещё кое-где ещё тлеют угли, из которых можно запросто раздуть хороший костёр. Вот только у меня нет ни удочки, ни копья, чтобы добыть эту рыбку. Можно, конечно, попробовать оглушить её пылесосом, но не повредит ли вода моё единственное имущество?
Обдумав возникшую идею и сопоставив всё известные мне факты об артефактах, пришёл к выводу, что это вполне возможно и «вихрь» вряд ли пострадает, если уже пережил спуск с горы, заглота и огненный ад. Нужно только влить в него чуточку силы, так, на всякий случай.
Пока эти мысли текли в голове, я уже выпутывался из проводов и откручивал шланг. Теперь главное осторожно раскрутить над головой округлый корпус за провод, чтобы не спугнуть добычу, ну и не промахнуться.
Рыба никак не отреагировала на набирающий угловую скорость агрегат, что утвердило мысль о том, что всё может получиться. На одном из витков я резко изменил направление вращения с прицелом на рыбу и даже подпрыгнул, чтобы придать «вихрю» максимальное ускорение. Пылесос описал короткую дугу и врубился в воду ровно там, где отдыхал речной обитатель.
ЖАХНУЛО!
Белый свет померк, уши заложило, а голову словно набило ватой изнутри. Миг спустя я осознал себя летящим в неизвестном направлении. Потом последовал болезненный удар обо что-то твёрдое и угловатое, и сознание покинуло мою контуженную тушку.
Мне приснилась весёлая игра, где участники привязывали противотанковые мины к верёвочкам и лупили ими об землю. Побеждал тот, кто быстрее остальных подрывался.
От такой дичи я резко распахнул глаза и застонал от боли во всём теле. Кое-как сфокусировался на окружении и понял, что внезапным взрывом меня отшвырнуло на огромный валун.
На месте моей неудачной попытки поохотиться красовалась идеально круглая заводь метров двадцать в поперечнике, на поверхности которой кружились разномастные рыбёшки. Пузом кверху кружились, ага.
С трудом отодрал себя от камня и, кряхтя и пошатываясь, медленно пошёл к воде. Привязанный пылесос задорно громыхал о камни позади меня.
Собрав пару наиболее крупных рыбин и сняв с ближайшего куста отлетевший шланг, я побрёл обратно к медведю, совершенно плюнув на все былые опасения. Апатия, равнодушие и усталость целиком поглотили меня.
Что-то я уже подзадолбался от таких приключений.
Доковыляв до места и обнаружив мишку всё в той же позе, я осмотрел кратер на наличие источников огня. В нескольких местах, по самому краю виднелся дымок, но одна лишь мысль о том, что придётся собирать дрова, раздувать огонь, потрошить ногтями рыбу, а потом ещё и ждать её приготовление, вгоняла в уныние.
Глядя на блаженно медитирующего медведя, я махнул рукой на предосторожности, пропустил духовную силу через пылесос и засосал в него отходящую от оглушения рыбу. Не особо рассчитывая на положительный результат, открыл крышку и с удивлением воззрился на пару бледно розовых шариков размером с зернышко пшена.
  
Немного покатав на ладони две эти жалкие горошинки и отметив, что они почти ничего не весят, я отправил их в рот и тут же проглотил. Правда со второго раза, так как они противно прилипли к гортани. Затем последовал примеру косматого и погрузился в медитацию.
Во внутреннем мире ничего не изменилось. Всё тот же жидкий туман, всё то же отсутствие света и никакого прилива сил. Расстроенный, я вернулся в реальность и прислушался к организму.
Чувство голода слегка притупилось, но и только. Возможно, если принимать слова Шу за аксиому, то в этих «пилюлях жизненной энергии» слишком мало жизненной энергии, по причине того, что рыба в момент попадания в пылесос была еле жива или слишком слаба. Возможно, нужно засасывать всех живьём.
Пока я размышлял над этим, голод отступил ещё немного, а боль в теле чуть поутихла. Покосившись на медведя, который всё ещё пребывал в астрале, обмозговал мысль, что возможно всё зависит от силы источника жизненной энергии. И чем больше ЖЭ в жертве, тем больше той же ЖЭ в пилюлях ЖЭ. Логично же?
— Жизненной энергии концентрат — сокращённо «ЖЭК», — произнёс я вслух и хмыкнул.
С каждой минутой я чувствовал себя всё лучше и лучше. Видимо шарики постепенно рассасывались и передавали мне рыбью ЖЭ. Хм, а ведь это не плохой вариант походного сублимированного пайка!
Минут через пять перестал ощущать прилив энергии, а значит, всё рассосалось. Ради интереса встал и попрыгал на месте. Тело хоть и противилось, отзываясь болью в ушибах, но в целом физическое состояние улучшилось, а вместе с ним и появился оптимистический настрой на будущее.
Ну, раз медведь всё ещё переваривает заглота, пойду, прошвырнусь по ближайшему лесу и наберу еды, да потренируюсь в обращении с пылесосом.
Голышом шарахаться по незнакомому, опасному лесу было немного стыдно, но я довольно быстро взял себя в руки и перестал обращать внимание на испуганные глаза мясистых и недостижимых белок и грибов.
Стоп, что?
Я замер, сделал два шага назад и медленно повернул голову направо и вниз. На меня смотрел гриб с широкой, ярко зелёной шляпкой и толстой ножкой. Его большие, фасеточные глаза не моргали, но я физически ощущал на себе их взгляд.
Едва стоило наклонится к странному обитателю леса, как гриб резко вытащил из мха лапки, расправил шляпку-крылья и громким стрёкотом перелетел метров на десять, где опять замер.
Разумеется, я вздрогнул от неожиданности, но тут же восхитился изобретательностью местной природы. Особенно, когда участок мха, на который приземлилось странное насекомое, и который на первый взгляд ничем не отличался от остального лесного ковра, выстрелил сотней тонких щупалец в гриб, оплёл его и затянул с себя.
— Так вот ты какая, местная пищевая цепь… — многозначительно произнёс я и, осторожно приблизившись к подозрительному мху, всосал его пылесосом.
Всё это было проделано исключительно в научных целях и теперь я разглядывал мелкую пилюлю ЖЭ, размером с игольное ушко. Её розово-зелёный цвет вызывал подсознательное отторжение и, разумеется, есть её я не стал, а просто выбросил прямо тут.
Продолжая идти по лесу вокруг кратера, причём исключительно в границах, которые ранее запомнил при помощи неадекватно исполненного духовного зрения, наткнулся на сброшенные зубастым лосем ветвистые рога. Памятуя о том, что в этом мире подобные вещи могут представлять ценность, подобрал их и вернулся к медведю, чтобы оставить находку возле него, а то с такими граблями ходить по лесу не очень удобно.
Каково же было моё удивление, когда на выжженном участке земли меня вновь встретил медитирующий медведь. Что за фигня⁈ Прошло же часа три точно! Сколько он ещё будет усваивать эту сферу ЖЭ?