Хозяйка волшебного ателье (СИ)

— Вот ведь урод этот твой начальник. Тебе надо руководству еще докладную какую-нибудь написать и сообщить обо всех его делишках.
— Да он же на этом месте по блату, у него везде связи, его с места не сдвинуть, — отмахнулась Марго.
— Ну, может, те, кто его поставил, думают, что он справляется и хорошо работает. Точнее, ты за него работала. Вот и раскрыла бы им глаза.
Но Марго покачала головой:
  
— Кто он и кто я? Скажут, что я в него влюбилась и добиваюсь внимания. Или что завидую. Да мало ли. Я только не знаю теперь, как отцу рассказать. Он сорок лет на одном месте проработал, сделал карьеру, надеялся, что я, как он... а я теперь никто... — всхлипнула она.
— А ты еще молодая девушка, у тебя все еще впереди. И отец, я уверена, поймет. У него же тоже опыт есть — он таких типов наверняка встречал и не раз, — сжала я ее руку, сочувственно.
— Наверное. Но я так не хотела его подвести... и не знаю теперь, какие рекомендации напишет босс. Наверняка разгромные, теперь меня точно никто на работу не возьмет, — еще больше пригорюнилась Марго.
— Дураками будут, если не возьмут, — возмутилась я. — У тебя же прекрасные данные.
— Ага, — хмыкнула она. — Это Лайза у нас кучу языков знает и новые диалекты схватывает налету. А Ненси, хоть и ведет себя часто легкомысленно, на самом деле на работе она профи, ее очень ценят. А я... ни языков ни знаю, ни математику, и магией не одарена... ничего из себя не представляю.
«Тяжелый случай заниженной самооценки», — мелькнуло в голове.
— А ты отличный делопроизводитель, ты фактически исполняла обязанности своего начальника — зама министерства иностранных дел. И проверку вы прошли только благодаря твоим навыкам. Разве этого мало? — возмутилась я.
— Да что там... я просто выполняла чужие указания. Да еще и ошиблась пару раз, он мне такой разгром устроил!
— Не мудрено ошибиться, когда работаешь за троих! — возразила я, но Марго не обратила на мои слова никакого внимания, она должна была быть только идеальна. Синдром отличницы детектет.
— Боюсь, теперь меня только в продавщицы и возьмут. А я в дорогих вещах совсем не разбираюсь, я же мышь серая, мне только с бумажками копаться. Может, в библиотекари пойти? Там ответственности мало, ничего не смогу испортить...
— А ты хочешь работать с книгами? — усомнилась я.
Марго отрицательно замотала головой и прикусила губу, с трудом сдерживая слезы.
Я ругнулась про себя и продолжила ее убеждать:
— Работу нужно искать, исходя из того, что тебе нравится и что ты умеешь — на перекрестке этих двух областей. Что не знаешь — доучишься, а вот что не нравится — то вряд ли полюбишь. Если тебе нравятся все эти бумажки и бюрократические закорючки, это же круто, я вот их терпеть не могу! И секретарей и личных помощников толковых вечно не хватает, я тебе скажу. Вот у меня знакомый юрист уже несколько месяцев не может найти толковую секретаршу с навыками машиниста. Вот ты с печатным артефактом управляться умеешь?
— Конечно! — возмутилась Марго.
А я замерла, глядя на нее новыми глазами:
— Хм, а это идея...
  
Глава 62 
 
Стивен
— Очень интересно, — под нос себе бормотал Натан, собирая данные с непонятных артефактов и записывая в журнал наблюдений.
— Ну, все? Мне можно уже идти? — раздраженно спросил я.
— Не двигайся. И не говори, ты сбиваешь показатели! — строго прикрикнул он, опутывая меня новой сетью заклинаний. — Дыши спокойно и не волнуйся, нужно чтобы все было максимально точно.
Я выдохнул, едва сдерживая раздраженное рычание. Я сидел в лекарском кабинете, к рукам были прикреплены артефакты-браслеты, на груди висел кулон, и даже на лбу с помощью металлического обруча крепился крупный округлый камень-артефакт. Все это подмигивало, нагревалось, жужжало и другими способами сигнализировало Натану о состоянии моей ауры и других энергетических структур. Если же перестроить зрение на магическое, то вокруг можно было увидеть еще множество заклинаний и структур, которые опутывали меня буквально в кокон, аж страшно становилось. Очень неприятное чувство, хотелось поставить щиты и вообще уйти, чтобы не чувствовать себя подопытным кроликом.
— Ну, ладно, — наконец, выдохнул Натан и снял обруч с моей головы. — Общие показатели я снял.
— И? — напряженно поинтересовался я.
— И нужно будет их еще обработать, — проворчал он, аккуратно поэтапно развеивая заклятья вокруг. Стерев часть, он освободил мою руку. — Но, если забегать вперед, неофициально я могу тебе кое-что сказать. Правда, ты должен понимать, что эти данные экспериментальные...
— Да хватит уже ходить вокруг да около, — раздраженно бросил я. — Что ты думаешь о моей ситуации?
— Я думаю, что ты совершенно здоров, — неожиданно заявил маг, заставив меня раздраженно скрипнуть зубами. — Раздумывая над проблемой похищенных меток, я изучил все доступные исследования по этой теме, а таже провел тесты с согласившимися людьми. Я изучал как детей, еще не получивших метки, так и взрослых, как на шедших истинную пару, так и одиноких. Вот ты знаешь вообще, что такое метки истинности?
Я раздраженно закатил глаза. Нет чтобы сказать все сразу и четко? Но у Натана уже было это профессиональное стремление учить всех, даже тех, кто этого не просил. Я бы назвал это занудством, если бы мы не были друзьями.
— Ты говорил, что метка — это проявление истинной сущности человека, вроде как его души, — проворчал я.
— Примерно так, — кивнул он. — Поэтому дети не рождаются сразу с метками, а получают их в подростковом возрасте, когда характер окончательно сформирован, а вместе с ним и основные энергетические структуры и магические каналы. По сути метка — лишь проявление на физическом плане рисунка души, личности, магии и характера человека. Несмотря на всеобщее заблуждение, что метки не меняются, это не совсем так, но изменения так незначительны, что заметить их можно только на фотографиях. По крайней мере, так утверждает один профессор, которому удалось провести соответствующее сравнение на своих детях. К сожалению, из-за наших социальных норм это исследование затруднено — невозможно найти желающих. К тому же, оно очень длительное, профессор заметил изменения, когда делал фотографии меток своих детей раз в год, но разница проявилась только через пять лет. И в этот период подростки продолжали расти, исследование продолжалось с их пятнадцати до двадцати лет, поэтому неизвестно, меняются ли метки уже у взрослых людей.
— Какое это имеет отношение ко мне? — чуть раздраженно спросил я.
— Прости, я ушел от темы. Я снял показатели с твоей ауры, чтобы все проверить. Во-первых, я пришел к выводу, что твоя аура и энергетические структуры полностью сформированы, то есть ты не похож на тех детей, которые просто не получили метку по малолетству. То есть у тебя нет задержки психо-эмоционально-магического развития.
— Еще бы! — возмутился я.
— Но также я не обнаружил и следов вмешательства. Как я говорил, мне удалось исследовать нескольких людей, которые потеряли свои метки в результате проклятья Улессии. На их аурах обнаруживается некоторое наслоение энергий, которое некоторые исследователи называют «шрамом». Так вот, хочу тебе сказать, что, сколько бы я не исследовал твою ауру во всех возможных местах, но никакого шрама не нашел. По всем показателям ты ничем не отличаешься от тех молодых людей, которые имеют метку и просто еще не повстречали свою истинную пару. Более того, есть даже некоторые признаки, которые намекают, что ты мог с ней пересекаться.
  
— Что? — опешил я.
— Когда пара встречается, их энергии уравновешиваются: магические каналы расширяются и наполняются силой, ощущается прилив сил, а на ауре появляются некоторые симптомы приближения идеальной пары. Это что-то вроде энергетических отростков или жгутиков, сперва они похожи на небольшие выступы, а потом со временем из них формируется плотная связь с аурой другого человека. Чем больше времени влюбленные проводят вместе, тем быстрее связь формируется, чем больше времени проводят порознь, тем...