Хозяйка волшебного ателье (СИ)

Послышался противный звук, словно от подушки-пердушки, и по боку коляски расползлась противного вида зеленая клякса.
— Ох, ну, что за невезуха! — ругнулся Лис, выпрямляясь, от его рук тянулись длинные «сопли» какой-то жижи, вязкие капли дотягивались аж до земли, не желая отрываться. Я отскочила подальше, чтобы не испачкаться. Больше всего это напоминало слизь из старого фильма Охотники за приведениями — клейкую, противную на вид полупрозрачную гадость. Запах тоже был соответствующий, он навевал воспоминания об августе в многоэтажках, когда в мусоропровод выбрасывают арбузные корки, и вокруг благоухает смесью травянистой свежести и чего-то подгнившего и сладковатого, сверху припорошенного прокисшим молоком. — Ты не могла бы подать тряпку из багажного отсека? — попросил Лис.
  
— Ладно, где это? Только ты ко мне не подходи. Что это у тебя такое?
— Слизь, конечно. Вон там, да, дерни, и он откроется, — указал он, и я отпрянула подальше от его грязных рук.
— Это та дрянь, что гигантские слизни вырабатывают? — сообразила я. — Вместо смазки у вас?
— Ага, а кто тебе рассказал?
— Работу дояркой предлагали в министерстве труда, — пояснила я, залезая в багажник, там внизу была ручка, открывающая внутреннее техническое отделение.
— Ой, повезло, что не согласилась. Противная работа, да еще и запах этот везде постоянно, теперь мне от него неделю не отмыться, — пожаловался Лис. — Да, вот эту тряпку дай. И бутылку достань тоже пожалуйста, — попросил он. А тряпок там было целая куча.
Когда я подала нужное, он небрежно принялся оттирать руки от слизи, но это особо не помогало, длинные тонкие «слюни» продолжили тянуться от его рук к тряпке. Потом таким же небрежным движением он обтер бок своей тележки и попросил:
— Полей пожалуйста.
Когда я открыла бутылку, в нос шибануло запахом какой-то сивухи.
— Это что, спирт?
— Что-то вроде, — хмыкнул Лис и, когда я налила ему на руки, принялся быстро отмываться. Наконец-то слизь стала поддаваться. Намочив тряпку, парень оттер и пятно, после чего небрежно выбросил тряпку прямо в ведро. — Со слизью надо аккуратнее, одежду от нее вообще не отстирать, даже алкоголем, въедается в нитки намертво. — Он поднес руку к носу и поморщился. — Все равно запах слизи пробивается. Ну, ладно, вечером еще одно средство попробую, безотказное.
Убрав на место все свои инструменты, Лис захлопнул крышку багажника, пока я все еще пребывала в прострации от новых сведений о работе, которой чудом избежала.
— Как же они там на дойке слизней-то работают? Противно ж ужас.
— А они принюхались уже, привыкли. Да и выбора нет. Раньше там в основном из наследственных фермеров работали, у них как иммунитет — вообще запаха не чувствуют. А сейчас промышленность развивается, нужно больше работников на дойку, да только кто ж просто так согласится? Только если вышлют из столицы.
— Вышлют? — насторожилась я.
— Ну, да, у вас в мире разве так не бывает?
Я отрицательно покачала головой.
— Ну, ты женщина, тебе проще будет удержаться, даже если из ателье уволят. Это я вечно под риском, я детдомовский. Нас всех в шестнадцать лет на дойку слизней возили, уговаривали остаться. Там зарплаты-то неплохие по местным меркам, но не настолько, чтобы соглашаться. Некоторые надеются накопить и уехать, но оттуда ж не выбраться потом, другой работы с этим ароматом не найти, а он, чем дольше со слизнями работаешь, тем больше въедается. Говорят, надо налысо бриться, но и то... не важно. Так вот, о чем я... а, да. Если у разумного в городе работы нет, ему нужно доказывать, что он благонадежен, что в историю какую не влипнет, в криминал. Ну, там собственность какую надо иметь или родню с деньгами, которая сможет поручиться. Женщина еще может замуж выскочить или хотя бы жениха продемонстрировать. Парням в этом сложнее. Счет еще в банке со сбережениями неплохо иметь, чтобы доказать, что есть, на что жить пока.
— А если жениха не предвидится, нет собственности денег и родни, а работу потеряешь? — настороженно произнесла я.
— Дадут испытательный срок на месяц, а, если новой работы не найдешь, вышлют на принудительные работы. Заботится о нас государство, понимаешь? Ему не нужны в столице потенциальные преступные элементы. И дойка слизней — не самый плохой вариант, в шахтах хуже. А легче сразу в другой город переехать, самостоятельно, но кто сказал, что там работа будет? У меня знакомый переехал в Висуверцы, так они подле Зловонных болот находятся, оттуда на добычу природного газа отправляют, говорят, работенка адская и опасная, одна искра — и от тебя одна головешка останется. Так что я лучше тут, в столице-то вакансий побольше всегда. Но ты же не из этого мира, к тебе это, наверное, не относится?..
Я попыталась сообразить:
— Ну, мне выдали временный вид на жительство.
— О, тогда лишить могут и из страны выставить. Только куда? Обычно в страну, из которой эмигрант приехал, высылают. Хм... ты бы в министерстве иностранных дел и уточнила, раз туда едешь, у тебя же случай особенный, — предложил Лис.
— Понятно. Спасибо за информацию, — кивнула я, крепко задумавшись.
В этом мире я что-то среднее между гостем — богачом, вывалившимся из криво сработавшего портала — гастарбайтером и беженкой. Ко мне изначально в министерстве отнеслись как к гостю, но что-то мне подсказывало, что, чем дальше, тем больше я буду напоминать этому государству гастарбайтера. Судя по слухам, предыдущие попаданцы были одаренными и приносили в этот мир какие-то гениальные изобретения, а мне местные боги магического дара не отсыпали, и вскоре чиновники во мне разочаруются. И нужно держаться за место под солнцем зубами и ногтями, а то может все сложиться куда хуже.
Когда Лис довез меня до места, я предложила обменяться аурами в мессенджерах на всякий случай.
— Да что ты, у тебя ж всего десять запоминающих сфер в артефакте, прибереги их для более важных людей, — рассмеялся он.
— У меня пока в этом мире не так много знакомых, а транспорт может понадобиться в любой момент, я же города не знаю, — продолжила настаивать я.
В итоге он все же записался ко мне в артефакт, прозрачный камешек стал солнечно-рыжим. Сам же рикша заявил, что мою ауру и так запомнит и, если вдруг кто-то будет искать необычную швею, он обязательно мне напишет на мессенджер. Я только рассмеялась этому предположению и поспешила в министерство иностранных дел. Мне нужно было уточнить, распространяются ли рассказанные Лисом правила на попаданцев и, возможно, сразу зарегистрировать свой договор о трудоустройстве, чтобы заранее доказать, что я востребованный специалист и выдворять меня к слизням или куда подальше не нужно. Ну, и на встречу с подругами, конечно. Время обеда уже давно прошло, но, может, у них найдется минутка для меня.
  
Глава 20 
 
Капитан Стивен Брандест
Сразу после встречи с попаданкой Надеждой, я отправил сообщение одному из подчиненных, Джонсу, о том, какого из преступников по каталогу она узнала, но он не отозвался. Скорее всего, был слишком занят, чтобы прочесть сообщение и составить ответ. Он был довольно слабым магом. Был способен принимать и отправлять сообщения без артефактов, но для этого ему требовалось довольно много времени и высокая степень сосредоточенности, например, за рулем он это сделать не мог.
К сожалению, в полиции работали не самые сильные маги города, самых перспективных обычно переманивали в службы безопасности знатных родов или в группы особого назначения. Конечно, кто-то не поддавался на уговоры и оставался служить именно в полиции, чтобы оберегать от преступников простых граждан, как я, но таких было среди одаренных меньшинство. Еще будучи курсантом, я частенько слышал от сокурсников, что они стараются получить максимальные оценки и хорошо показать себя на практических тренировках именно для того, чтобы привлечь внимание рекрутеров, а не прозябать в обычной полиции.