Слишком хорошо (ЛП)

Эйнсли быстро идет к ней.
– Я так взволнована. Что мы будем читать? У тебя есть любимая книга? Твоя пижама такая милая, – она задает все вопросы на одном дыхании.
Роуз улыбается ей и берет за руку.
– Я все тебе покажу.
– Эй, малышка, – говорю я с широкой ухмылкой. Роуз оборачивается, ее каштановые волосы рассыпаются спиралью, как лучи солнца. – А меня обнимут на ночь? Раз уж я сегодня освобожден от обязанностей.
  
Она отпускает руку Эйнсли и бросается ко мне. Я притягиваю ее к себе, сжимаю в объятиях и целую в макушку.
– Я люблю тебя, папочка.
– Я люблю тебя больше всех на свете.
Роуз хихикает и обнимает меня крепче.
– Не слишком ли сильно?
Я издаю задыхающийся звук, притворяясь, что не могу дышать.
– Нет.
Она отпускает меня и берет мое лицо в свои руки.
– Папочка, ты должен дышать.
– О, прости, ты просто такая сильная.
– Потому что я такая же, как ты.
Я ухмыляюсь.
– Не храпи громко, чтобы не разбудить медведей.
Она драматично вздыхает.
– Не буду.
Я придумал историю о маленькой девочке, которая так громко храпела, что разбудила всех зверей в лесу. Они пришли убедиться, что с ней все в порядке, а медведю она так понравилась, что он переехал к ней. Это было глупо, но Роуз понравились все звуковые эффекты животных, которых я изображал.
– Спокойной ночи, малышка.
– Спокойной ночи, папочка. Возвращайся домой целым и невредимым, если случится пожар, – говорит она, направляясь к Эйнсли.
– Я всегда стараюсь.
Она улыбается.
– Стараюсь изо всех сил.
Я подмигиваю, а Роуз смеется и берет Эйнсли за руку.
– Пойдем, Эйнсли, нам нужно читать книги!
– Книги? Сколько ты хочешь прочитать?
Роуз смеется, и в моей груди становится тепло.
– Пока я не засну.
Час спустя Эйнсли выходит из спальни Роуз. Я сижу на диване и смотрю игру, когда она опускается рядом со мной.
– Мы прочитали восемьдесят две книги, и она хотела бы, чтобы я продолжала.
Я смеюсь.
– Восемьдесят две, да? Ты быстро читаешь.
Эйнсли улыбается.
– Ладно, может, и меньше.
– Ты никогда не была хороша в математике. Она спит?
– Не думаю, но она засыпает.
Я поднимаю руку.
– Иди сюда.
Эйнсли прижимается ко мне, положив голову на мое плечо. Ее тело так чертовски идеально прилегает к моему, и мне хочется, чтобы мы были другими людьми. Теми, у кого есть будущее, а не этот короткий промежуток времени.
– Сколько раундов осталось? – спрашивает она, глядя на бейсбольную игру.
– Раундов?
– Да, ну это как взлеты и падения.
– Иннинги? – спрашиваю я, стараясь не рассмеяться.
– Неважно, я путаю виды спорта.
Я тихонько смеюсь, но притягиваю ее к себе ближе.
– Осталось четыре иннинга, но у нас не будет времени их смотреть.
– Нет?
– Нет, милая, мы не успеем.
Карие глаза Эйнсли встречаются с моими, а ее губы подрагивают.
– Чем мы будем заниматься?
– Друг другом.
– Мне нравится этот план.
– Я надеялся, что тебе понравится, – я ухмыляюсь.
– Няня будет здесь через две минуты.
Она садится.
– Няня?
– Я хочу тебя кое-куда отвезти.
– Куда?
И снова ее любопытство сделает все намного веселее. Дилейни стучит один раз, а затем входит.
– Как дела? – говорит она, бросая сумку.
– Спасибо, что пришла. Нас не будет несколько часов, – объясняю я.
Дилейни пожимает плечами и направляется к дивану.
– Все в порядке. Я буду здесь на случай, если Роуз проснется.
– Еще раз спасибо.
Она подает мне знак мира, и Эйнсли следует за мной на кухню.
– Возьми одеяло.
– Хорошо, – с опаской говорит она.
Через несколько минут она возвращается, и я беру ее за руку, когда мы выходим через заднюю дверь.
– Куда мы идем? – спрашивает она, хихикая, когда я тяну ее за собой.
– Просто следуй за мной.
Эйнсли испускает долгий вздох, но делает то, что я прошу. Мы идем через поле, а затем по тропинке, которую я знаю наизусть. Когда я переехал в этот дом, я и понятия не имел, что здесь есть тайная тропа. Мы с Роуз немного исследовали местность, и поняли, что она ведет к водопаду.
Я помогаю ей перебраться через бревно и спуститься по крутому склону, пока она не останавливается.
– О, Боже...
Я улыбаюсь, потому что водопад прекрасен в любое время, но ночью, когда ярко светит луна и повсюду звезды, от него просто захватывает дух.
– Добро пожаловать к водопаду Эмбер.
Эйнсли широко раскрывает глаза, осматриваясь вокруг. Слева находится один большой водопад, а по бокам от него – пять маленьких. У большого есть водоём внизу, в котором мы любим купаться.
– Это невероятно.
– Это моя любимая часть участка.
Я расстилаю одеяло и протягиваю руку, чтобы предложить ей сесть. Она садится, опираясь на локти, и смотрит на водопад.
– Честно говоря, я не знала, что здесь есть водопад. Мне показалось, что я что-то слышала у Киллиана, но решила, что это мое воображение.
– Как ты думаешь почему город называется именно так?
– Не знаю. Я думала, может, кто-то упал в кучу пепла или что-то в этом роде, и поэтому город так назвали.
Я фыркнул.
– Это было бы правдоподобно, но нет, все дело в водопаде.
– Как так получилось, что я здесь уже столько времени и никто никогда об этом не говорил?
Я придвигаюсь к ней с ухмылкой.
– Это часть городских правил.
– Городских правил? Не говорить о том, что у вас в городе есть водопад? – она садится, скрещивая ноги.
– Мы даем клятву.
Она закатывает глаза.
– Да, и мы все знаем, как хорошо люди в наше время выполняют свои клятвы.
Это правда. Но все же есть вещи, которые люди чтят, и это одна из них.
– Об этих водопадах ходят легенды.
Теперь она выглядит крайне заинтересованной.
– Продолжай.
– История гласит, что более двухсот лет назад поселенцы Эмбер-Фоллс хотели, чтобы это место оставалось в тайне. Считалось, что водопады обладают целительной силой, но они были жадными людьми и боялись, что магия иссякнет, если о ней узнает слишком много людей.
Она придвигается ближе.
– Водопады находятся на территории двух частных владений, и эти два фермера не хотели пускать людей на свои земли, поэтому никому ничего не рассказывали. Один фермер заболел, ему сказали, что надежды нет и он не переживет болезнь, но его жена поверила в силу водопада. Она попросила своих сыновей отнести его к водопаду. Через две недели он снова был на поле, обрабатывал землю и занимался сельским хозяйством.
– Нет! – вскрикнула Эйнсли. – Он исцелился?
Я медленно киваю.
– А у двух сыновей, которые заходили в воду, прошла чесотка.
Она корчит гримасу.
– Фу.
– После этого город дал клятву, что будет защищать водопад и его магию.
Эйнсли наклонилась вперед.
– А в чем именно заключается клятва? Потому что я уверена, что ты нарушаешь правила, рассказывая мне. Журналистке.
– Наш разговор записывается?
– Ни в коем случае.
– Тогда я думаю, что мой секрет в безопасности. Клятва заключается в том, что мы не позволяем посторонним знать об этом, а ты, милая, определенно одна из них.
– Спасибо, что привел меня сюда, – мягко говорит она. – За то, что доверил мне городскую тайну. Я обещаю, что не предам доверие, которое ты мне оказал.
Я доверяю ей так, как не доверял ни одной другой женщине. Честно говоря, я не помню времени, когда ее не было в моей жизни. Я помню все переезды, отсутствие друзей, тоску и одиночество моей мамы, но не людей. Не жизнь, а как будто фрагменты времени, которые я пытался забыть.
Потом я встретил Маккинли. После этого все уже не было прежним. Каспиан был мне как брат, всегда рядом, когда он был мне нужен, а Эйнсли была... ну, Эйнсли. Она всегда была рядом, всегда сводила нас с ума и жаловалась, когда мы оставляли ее без внимания.