Добытчик (СИ)
— Как в телестудии, — севшим голосом прошептала Маша.
— Да, как в телестудии, — согласился я.
Глава 2
Второй раз о наших дальнейших планах Маша спросила, когда я уже умылся и пытался разогнать сонную одурь в голове старым, но верным армейским способом — отжиманиями от пола. Они вообще почти во всех случаях жизни выручают. Как бы печально дела не обстояли — упор лежа принял, тридцать-сорок раз «землю толкнул» и вроде как полегчало. Проверенное средство практически помогло слегка в себя прийти, но…
— Серёж, так что мы будем делать дальше?
Интонации в голосе настойчивые, в этот раз отмолчаться точно не получится. А что ей ответить? Если честно, то в голове вертится только жегловское: «Не знаю!», с этакой характерной хрипотцой в голосе. Но, подозреваю, что ее такой вариант ответа вообще не устроит.
— Для начала, Манюня, мы с тобой позавтракаем. Это ты полночи с родителями переписывалась, а полночи — сладко дремала. А я в это время мебель двигал, и ящики с патронами тягал. Аккуратно, заметь, тягал, чтоб тебя не разбудить!
Ага, вот уже и глазки в пол, типа, стыдно нам. Угу, так я и поверил…
— И, — продолжаю я, — к слову, умудрился-таки не разбудить. А вот сам спал меньше трех часов. Поэтому, блин, я — мальчик, и не хочу ничего решать, а хочу пожрать и кофе, много, маму его с ратуши, крепкого и сладкого кофе! Со сгущенкой!
Маша снова улыбнулась, видимо, тоже вспомнила старый интернет-мем про: «Я девочка, и не хочу ничего решать…», который я сейчас нагло исковеркал под свои цели и задачи.
— Надеюсь, про «решать» — это все же шутка?
— Ну, разумеется, шутка, Манюнь, — тяжко вздыхаю я. — Но сперва все-таки — пожрать. И кофе!
— Да поняла я, сейчас все сделаю.
— Не торопись, — притормаживаю я девушку. — Там сначала генератор запустить нужно. Поэтому — вместе все сделаем.
Вместе и сделали. По гигантскому омлету с предварительно поджаренным до хрустящей корочки беконом. Я наши запасы еще ночью прикинул: вода в двадцатилитровых бутылках — что с ней станется? С кашами в пакетиках тоже ничего не случится, всякие замороженные полуфабрикаты — в морозильном «сундуке» сильно не разморозятся, если электричество врубать хотя бы на семь-восемь часов в сутки. Морозильные камеры, если закрыты, вообще размораживаются неторопливо. В отличие от обычного холодильника, который я решил отключить совсем. И вот всякое хранящееся в нем скоропортящееся, вроде яиц, молока и того же бекона в нарезке, лучше слопать в первую очередь, пока не протухло. Омлет жарил сам, бекон мне Маша не доверила, сказала, что сожгу я его до угля. Думаю — была права, а вот у нее получилось хорошо, вкусно. А омлет… Ну, что, омлет? Как всякий холостяк в возрасте чуть за тридцать, я в совершенстве умею варить покупные пельмени, жарить картошку и яичницу во всех видах. Тут — не облажался. С кофе все было еще проще, кофе у нас варит «специально обученная» кофе-машина. Там только на кнопки жать и подставлять большую кружку. И «сгухи» потом бухнуть по вкусу. В общем, перекусили плотно, кофейку попили, и больше разговор о дальнейших планах откладывать не получится. А попытаюсь, так боевитая блондинка меня просто сожрет без соли и перца, как добавку к омлету. И остатками кофе — запьет. Не, так рисковать я не готов.
— Знаешь, Маш, как меня в «Бастионе» более опытные старшие товарищи учили, самое первое и главное — это разведка. Без достоверной информации о происходящем вокруг, любое подразделение — это слепые кутята, от мамки оторванные. Ползают, пищат жалобно и дохнут от всего подряд. А у нас с тобой из информации — только видео и звонок Станиславича…
— Считаешь, что пора составить о происходящем собственное мнение?
— Именно. Берем нашу разъездную «Гранту» и устраиваем небольшой разведвыезд.
— А почему не на моей? Моя быстрее? — мне кажется, Маша даже обиделась немного за мое пренебрежение её красавицей-«бэхой».
— Твою жальче, — усмехнулся я. — Твоя «Гран Купе» сколько стоит? Не отвечай, вопрос был риторический, а то меня прямо тут инфаркт хватит. И если уж подставлять под молотки, то точно не твою красотку. А «Гранту» — не жалко. У тебя, к слову, «четверка» твоя как, на «ручке» или автомат?
— Автомат, но… — Маша явно поняла, к чему я клоню, — с «механикой» у меня проблем тоже нет. А почему я за руль? Я, вообще-то, стреляю не хуже тебя.
Ну, если уж честно, то уже давно куда лучше, как мне кажется. По крайней мере, из нас двоих по чемпионатам международного уровня она катается, а не я.
— Зато я вожу значительно хуже, — быстро нахожусь с ответом. — У нас в приоритете — не в перестрелку влезть, а приехать, посмотреть и уехать. Желательно — вообще без приключений. Но если какой форс-мажор приключится, то за рулем должен быть уверенный водитель. А это точно не я, у меня и машины-то своей нет. Так, наблатыкался немного, вроде, при старте на первой скорости уже не глохну, но и только.
Маша понятливо кивает. Мол, все с тобой понятно, пешеход.
Несмотря на то, что собирались исключительно прокатиться и поглядеть, не встревая в передряги, к выезду подготовился всерьез. И сам экипировался, и Машу экипировал, словно на полноценный боевой выход, разукомплектовав под это дело два красивых манекена из нашего магазина. В магазине торговали все больше разной оружейной и околооружейной мелочевкой: наушники, очки, стрелковые таймеры, наборы по уходу за оружием… Из одежды — только «тактикульные» бейсболки да сувенирные футболки и худи с логотипами нашего стрелкового комплекса. Но для антуражности стояли в торговом зале два манекена, изображающие бойцов спецподразделения, готовящихся к штурмовой операции. И бутафорским на них было только оружие — обычные массо-габаритные макеты, пусть и в крутом «обвесе». Купить и правильно нацепить на «чучела» все остальное, Иваныч доверил мне, как человеку, после службы в «Бастионе», в вопросе понимающему. Ну, я париться и не стал, поднял старые контакты, да и прикупил незадорого в Отряде кое-что из «сбруи», официально числящееся давно списанным и утилизированным. Но при этом все вполне исправное и прилично выглядящее. В результате смотрелась эта «сладкая парочка» аутентичной донельзя. Вот их-то я и «разукомплектовал», сняв все, что нам с Машей могло пригодиться.
Правда, подошло далеко не все, чисто по размеру. Манекены все-таки изображали здоровенных мужиков-спецназовцев, а Маша — девушка пусть высокая и спортивная, но по ширине плеч — не атлетка. И в снятую с любого из них камуфлированную куртку ее можно было запеленать, как в смирительную рубашку. Но в плане одежды у Манюни все и так было неплохо: все ж таки к нам она на тренировку по стрельбе приехала, а не на вечеринку в пафосный клуб и не на светский раут. Поэтому кроссовки, светло-серые «тактические» брюки и футболка у нее имелись. Подходящую по размеру худи с логотипом «Полигона», почти такую же, как у меня, разве что серую, под цвет ее брюк, как я понимаю, Маша подрезала с вешалки все в том же магазине. А остальное — с раздетых манекенов.
— Блин, Серёж, да как вы во всем этом вообще хоть кого-то штурмовали? — раздраженно фыркает девушка, пытаясь поудобнее подогнать и поправить на себе «Багарий»* и полный комплект КЗК «Щиток»*.
«Багарий» — бронежилет, принятый на вооружение спецподразделений МВД России в 2007-м году. От прочих бронежилетов той поры отличался тем, что прямо на его чехол были нашиты стропы MOLLE, позволявшие закрепить подсумки и чехлы элементов снаряжения и экипировки прямо на бронежилете, без использования разгрузочного жилета.
«Щиток» — стоящий на вооружении МВД России защитный комплект из наплечников, наколенников с поножами, а так же налокотников с наручами из ударопрочного пластика. Закрывает плечи бойца, ноги от колена до стопы, руки от локтя до кисти и ладони с внешней стороны.
Вряд ли я ей признаюсь, что в «Щитке» мы никого и никогда не штурмовали, все эти наколенники-налокотники и прочие наручи-поножи — они чисто противоударные, для разгона массовых беспорядков. А «Багарий», скажем прямо, далеко не самый плохой бронежилет, пусть и устаревший малость. Но таскал я на себе варианты и похуже.