На моих условиях (СИ)

- А ты моя жена, - парирует он, продолжая расстегивать пуговицы на рубашке.
Озираюсь по сторонам, в поисках ответов на вопросы, которые бомбардируют мой мозг.
- Как ты вошел?
- Алекс передал мне ключи, - с усмешкой отвечает он.
- Он не имел права! Я хочу, чтобы ты ушел, - требую я, страстно желая ударить по его самодовольно улыбающейся физиономии.
- Уеду. Вместе с тобой. Завтра, - он откидывает рубашку в сторону и опускается на кровать. - Давай спать.
Глава 44
Максим
Влада засыпает, обиженно отвернувшись к стене, а я долго лежу, не в состоянии сомкнуть глаз. Разглядываю причудливые тени, отбрасываемые светом фар проезжающих машин, и думаю о том, что сказал мне Алекс, передавая ключи от квартиры.
«Вам явно необходимо откровенно поговорить. Ты ревнуешь ее к фотографу, она уверена, что ты спишь с Ликой. Паршивое начало для семейной жизни».
Скосив глаза, я смотрю на маленькую фигуру, завернутую в одеяло. Мне отчаянно хочется потянуться к ней, перевернуть на спину и заставить забыть обо всем, поддавшись обоюдному сексуальному притяжению. Чувствую, что отказать мне Влада не сможет, но кто я буду после этого?
Когда я просыпаюсь, за окном уже светло, а Влады рядом нет, зато из кухни доносится шум закипающего чайника. Натянув на себя вчерашние брюки и пригладив пальцами волосы, я иду на поиски жены. Квартира у нее маленькая, поэтому мне не составляет труда отыскать ее в гостиной. Она сидит на диване, подогнув под себя ноги, и что-то сосредоточенно печатает на ноутбуке.
- Привет, - говорю я, прочистив горло.
Длинные ресницы взмывают вверх, демонстрируя мне испуганные глаза, которые смотрят на меня с укором и недоверием. Влада захлопывает крышку ноутбука, и обхватывает себя руками.
- Нам нужно разойтись, - выпаливает она. - Если вы с твоим отцом дадите мне рассрочку, я со временем выплачу вам все деньги, которые вы перевели папе. У меня есть кое-какие сбережения, я тебе все отдам и...
- Прекрати, - нетерпеливо прерываю я ее тираду. - При чем тут деньги, Влада? Неужели рядом со мной тебя держат только они?
Она бледнеет. Хрупкое тело напрягается.
- Я не хочу так жить, Максим, - вздыхает она. - Я думала, что смогу, но у меня не получается.
- Объясни, - говорю я, пытаясь унять закипающее в крови возмущение.
- Ты и я - мы несовместимы.
- А мне кажется, мы идеально подходим друг другу, - говорю я, непроизвольно бросая взгляд на ее голые ноги.
- Я сейчас говорю не о сексе! - сердито восклицает она.
- Ну, раз ты согласна, что с сексом у нас проблем нет, давай перейдем к следующему пункту, - предлагаю я.
- Секс - это еще не все. Есть доверие, верность, духовная близость с другим человеком. Мы с тобой слишком разные.
- Говоря проще, ты считаешь, что я тебе не доверяю, изменяю и готов наплевать на твои чувства в угоду собственным желаниям? – резко бросаю я.
- Не я это сказала.
Раздраженно выдохнув, я нетерпеливо ерошу волосы на затылке и подхожу к ней ближе. Влада настороженно следит за каждым движением, и, чем меньше остается между нами расстояния, тем явственнее она съеживается.
- Зачем ты приехал? - спрашивает она глухо.
Ее глаза смотрят с немым укором, грудь вздымается, а белые зубы терзают нижнюю губу.
- Потому что ты мне нужна, - отвечаю просто.
- Мне этого недостаточно.
- Что же тебе нужно?
Я присаживаюсь на корточки у ее ног и хочу взять изящную ладонь в свою руку, но она не позволяет. Молчит с несчастным выражением на лице, которое она отчаянно желает выдать за равнодушие.
- У меня ничего нет с Власовой, - говорю я. - Я закончил нашу с ней связь в тот день, когда познакомился с тобой. Не знаю, за кого ты меня принимаешь, если считаешь, что я мог бы так поступить с тобой. Да и с ней тоже.
Влада вздрагивает.
- Она была в Салехарде, - в ее голосе звучит явственный упрек и недоверие.
- Была, - соглашаюсь я, не пытаясь отрицать очевидного. - Но не со мной. Я совру, если скажу, что Лика не пыталась встретиться, но мне это было не нужно.
- Почему? - спрашивает она так тихо, что я едва могу расслышать вопрос.
 
- Потому что у меня появилась жена, о которой я думаю все двадцать четыре часа в сутки. Ни на кого больше не остается времени.
После непродолжительного молчания, Влада поднимает на меня свои глаза.
- Я вчера была в ресторане у Алекса. Видела тебя с ней.
- Ну, и что ты видела? - мягко спрашиваю я.
- Видела, как ты обнимал ее, - в ее тоне сквозит обида.
- Давай сразу проясним, Лика пришла без приглашения. И я не обнимал ее - это делала она.
- Ты мог оттолкнуть ее. Отойти.
- Если бы ты задержалась на несколько секунд подольше, то увидела бы, что я так и сделал.
- Мне хватило того времени, что я стояла в дверях, - упрямо отвечает она. - Наблюдать эту сцену и дальше у меня не было никакого желания.
- Влада, да не нужна мне Лика, неужели в это так трудно поверить?
- А тебе трудно было поверить, что я не планировала эту съемку с Костей? – ее выразительные глаза вспыхивают вызовом.
- Знал я, что не планировала, - раздраженно говорю я. - Меня просто бесило, что он с такой легкостью использует тебя, уверенный, что ты никогда ни в чем ему не откажешь.
- Я этому учусь.
- Похвально. Если бы ты еще научилась не скрывать от меня то, что тебя волнует, многих проблем можно было бы избежать.
- Сложно признаваться тебе в своих страхах, когда вместо того, чтобы поговорить, ты выгоняешь меня из своей комнаты, а на следующее утро пропадаешь, оставляя меня одну, - парирует она, вспыхивая.
- Маме стало плохо. Отец позвонил в пять утра, и я сразу же поехал в больницу. Не хотел тревожить тебя раньше времени. Думал, расскажу, когда вернусь домой.
Лицо Влады искажается беспокойством.
- Маме лучше, - спешу ее успокоить. - Сегодня после процедур отец заберет ее домой.
- Мне жаль.
- Когда я вернулся домой и увидел твой подарок на кровати, решил, что ты ушла. Насовсем.
На некоторое время в комнате повисает тишина.
- Моя мама в коме. У нее отдельная палата в Институте Реймана. Я навещала ее.
Мне кажется, что я получил удар в живот. Вытаращив глаза, я смотрю на Владу, которая прямо встречает мой взгляд.
- Все это время...
Она поспешно кивает.
- Папа не хотел, чтобы об этом знали и нас жалели. Мама попала в ужасную аварию, а так как мы не давали никаких комментариев, многие решили, что ее больше нет. Я уже какое-то время хотела тебе сказать, но как-то не было подходящего случая.
Разрозненный хаос моих мыслей вдруг цепляется за мысль, которая, разрастаясь, не дает мне покоя.
- Почему ты вышла за меня замуж, Влада? - спрашиваю я требовательно, наивно надеясь услышать что-то, что развеет мои сомнения.
- Ты знаешь, нам нужны были деньги, - нетвердо шепчет она, явно озадаченная эти неожиданным вопросом.
- Я знаю, - впиваюсь в нее взглядом, стараясь угадать правду по выражению ее лица. - Но я спросил тебя не об этом.
- Оказалось, что помимо всего у нас многомиллионные долги за лечение мамы в клинике. Я не могла не... – она замолкает, но продолжение и не требуется.
Меня передергивает от отвращения к самому себе. Я чувствую себя законченным мудаком: вспоминаю, как вел себя в начале нашего брака, и мне хочется раскваситься самому себе морду. Опустившись в кресло, я прячу лицо в ладонях. В груди что-то незнакомо ноет. В висках пульсирует кровь.
- Максим…
- Если ты хочешь развестись, можешь начинать готовить бумаги. Я все подпишу.
Глава 45
Сказать, что слова Максима шокируют меня - значит не сказать ничего. Кровь мгновенно отливает от лица, сердце болезненно сжимается, а потом начинает бешено биться в грудную клетку, грозя пробить ее насквозь. Я потрясено моргаю, глядя на мужа, лицо которого в этот момент словно высечено из камня, и пытаюсь понять, не стало ли все произошедшее этим утром плодом моего измученного воображения.