Увольняюсь, Ваша Светлость! (СИ)

Кстати, Конвей и это предусмотрел и предложил поехать с ним завтра по магазинам, захватив горничную в качестве сопровождающей. Не во все отделы мужчине пристало заходить.
… Так что Эбби выручила меня в очередной раз, а я впервые вела себя зажато. Всему виной подозрения, которые возникли с появлением шантажиста (сколько ни закрывай глаза, но вероятнее всего это кто-то из моих) и клятый шрам. Девочки не догадывались о его происхождении и о том, что клеймо поставил высший демон.
  
— Абигаэль, послушай, он сейчас у любовницы номер два. Я пока не запомнила ее имя. Званый обед отменился, и сэр Эллиот последовал своему первоначальному расписанию. Театр плюс постель. Была бы я так спокойна, если бы между нами шевелилось нечто романтическое?
Суккуба тихо хмыкнула и размешала шапку из сливок. Она попросила сварить кофе, а я не решилась приказать кому-то из лакеев готовить два разных напитка.
В итоге у нас столике дымился чудесный кофе, к которому я не спешила притрагиваться. Чем крепче будет ночной сон — тем больше шансов, что встреча с демоном из кошмара пройдет мимо.
— Ты хотя бы представляешь, сколько аристократок пытались оказаться на твоем месте? Добывали рекомендательные письма, чтобы устроиться сюда горничной, няней для мальчика или даже притворялись мужчиной на должность садовника. У мэра страсть к зеленым насаждениям.
То есть подозрения Френсиса в адрес прислуги возникли не на пустом месте. Тем не менее, я до сих пор не понимала ажиотажа вокруг Сноу, о чем и сообщила Эбби. В Бездне же все наоборот: женщин мало, а мужчин много.
— Но такой один! Немыслимо богат, учтив, готов со своей женщины пылинки сдувать, — воскликнула она, недоверчиво глядя на меня. — Все с завистью наблюдали, как он носил на руках первую жену, хотя пламя и не подарило им одно сердце на двоих. Столица при нем процветает. Из-за неуступчивого характера владыка несколько раз бросал его в темницу, но дворец повелителя тоже находится здесь — и Конвей не задерживался в застенках. Сейчас же его власть еще больше усилилась… Так что наши девушки видят разницу между каким-нибудь дворянином с окраин и мэром Конвеем.
Ха-ха-ха, ярко-синие глаза вообще не попали в список достоинств. Местные дамы любят не за красоту и не за пурпурный сюртук… Им подавай чтобы не демон, а счастливый билет в рай после свадьбы.
— А при жене он тоже ходил по любовницам, чтобы она не уставала? Я пока не встречала в доме ни одного ее портрета. И что за история, почему его не берут ваши чары? Что у него за проблемы?
С другой стороны, я была только в общих помещениях. Герцог мог и не развешивать портреты покойной по всему особняку с тем, чтобы не травмировать сына. Но на скорбящего мужчина не походил.
Эбби закинула в рот в малюсенькое круглое пирожное из миндальной муки. Я же временно на сладости и смотреть не могла. Спущусь на кухню после ее ухода и сделаю себе яичницу.
— Какая разница? Он же высший демон. У него аппетиты другие. Честно говоря, не помню, но это бы никого не шокировало, — она глотнула кофе с наслаждением. С чем бы Эбби ни пожаловала, перекусить она сама не своя. — Но он целых пять лет после ее смерти носил траур. Что касается твоего последнего вопроса, то это тайна!
Наверное, у меня был обескураженный вид, и девушка расхохоталась.
— Шутка. Мы можем только предполагать. Сноу помешан на самоконтроле, а магия суккуб основана на желаниях и эмоциях. Причем воздействует на представителей всех рас… Значит, он как-то перерубил себе к ним доступ. Но выкинь это из головы. Ни одна из его любовниц еще не жаловалась. Посопротивляйся для вида и сдавайся. Ты же всего лишь человек, а он прирожденный садовник. Чем слабее побег, тем охотнее он будет с ним возиться. В этом плане тебе повезло больше, чем всем нам.
Обычно мы с Эбби прекрасно ладили, но мой переезд в Сноу-Лодж что-то изменил в нас обеих. Она стала смотреть на меня иначе — не как на безобидную приятельницу, которая может легко организовать пикник. Я же из-за шантажиста подозревала их всех.
— Я не хочу быть его кустом, — буркнула я. — Спасибо, что привезла вещи. Я тоже могу тебе чем-то помочь? Ты только скажи.
Как выяснилось, Абигаэль столкнулась с проявлениями бюрократии, которая, — я убедилась на собственном опыте — свойственна системе управления Сноу. Она уже месяц собирала бумажки, чтобы открыть швейную мастерскую. Нашла помещение, набрала штат, закупила оборудование, а разрешение все не выдавали.
У меня когда-то была похожая ситуация. Но я работала на себя, без вложений — поэтому отказ регистрировать мою компанию ударил разве что по самолюбию. Я пообещала подруге, что при случае поговорю с герцогом.
Вскоре Эбби засобиралась. Я после тяжелой ночи чувствовала себя обессиленной и не задерживала ее. Через минуту из холла донесся грохот, женский визг и победный клич.
Я верю в эффективность методики Выша, но даже она не дает мгновенный результат.
… В середине ночи я проснулась оттого, что пахнуло холодом. На моих глазах дверь в стене, — которой там не было, когда я ложилась спать (!), — распахнулась и появился мэр в полностью расстегнутой рубашке. Удостоверился, что я в кровати, и развернулся обратно, оставив дверь открытой.
Глаза слипались так сильно, что я поверила — это не сон.
— Что вы… Что вы себе?
— Спокойной ночи, леди. Это технические моменты. Не берите в голову.
Я так и сделала. Провалилась обратно до того, как вернулась на подушку.
  
Глава 31 
 
В общем, Конвей был единственным демоном, что являлся мне той ночью. Я выспалась так замечательно, что не смогла припомнить, когда такое случалось последний раз.
Дело в том, что мой преследователь не имел расписания. То гонялся еженощно, то делал один-два перерыва в неделю. Но как разобраться, от чего это зависело… Мы с Вышем так и не сумели вычислить закономерность.
Я потянулась и уперлась взглядом в дверь неизвестного происхождения. Раньше там стоял книжный шкаф. Я это помнила точно. И, значит, герцог мне не приснился.
Тогда я заперлась в ванной комнате и одевалась с такой тщательностью, что провела там не менее получаса. Отстиранное коричневое платье придавало мне серьезности. Но вот с количеством шпилек в волосах переборщила — высокий пучок сзади напоминал ежа.
Однако сколько ни прячься, обстоятельства требовали разъяснений. Я вылезла на разведку, перешагнула порог таинственной двери. За ней оказалась та самая мастерская, что разделяла наши с герцогом комнаты.
Что я там вчера воображала про преимущество поселиться в спальне любовницы хозяина? Так вот, я погорячилась. Скорее всего обе опочивальни изначально были соединены с комнатой отдыха, которую Сноу впоследствии переделал в берлогу художника. И теперь он просто вернул все обратно.
Возможно, после отъезда дамы проход заложили кирпичом или, не исключено, разместили сверху добротную иллюзию и прикрыли шкафом. Демон, конечно, справился с перепланировкой почти мгновенно. Бытовая магия не требовала мощных энергетических затрат.
С любопытством оглядела мастерскую. Панорамное окно, как и везде. К нему добавилась застекленная крыша. Сноу, действительно, необычный демон. Он как будто страдал клаустрофобией и нуждался в открытых пространствах.
К горшками с растениями могла бы уже и привыкнуть, но как же они тут уместны… Сами работы мне тоже понравились. Не мне оценивать технику исполнения, но герцог предпочитал большие пейзажи. Причем в основном морские или озерные. Его тянуло к открытой воде; я не вспомнила в этом мире ни одного естественного водного бассейна.
  
На этих картинах с огромной высоты низвергались водопады, поднимались высокие штормовые волны, бурлили горные реки. Еще я нашла рощи, лужайки, лесные чащи… Для своих работ Сноу выбирал яркие сочные краски. Готовые картины он чаще всего оставлял на мольберте и реже — вешал на стены.
Мастерская вместила бы три моих спальни. Она тянулась в длину от двери в комнату Конвея к моей. Дверь в его комнату! Я испуганно покосилась туда; он оставил открытой и ее тоже, но из покоев герцога не доносилось ни звука.