Вербомант 2 (СИ)

— Конец дуэли! — объявил Владимир. — Честь защищена, граф Денис Януарьевич Толстой должен официально принести извинения за клевету… Когда физически сможет это сделать, — осторожно добавил Пушкин.
Целители сразу же бросились к проигравшему, однако крики это не слишком-то помогло успокоить, поэтому Американца вскоре унесли в одну из палаток. Его секундант явно хотел обсудить произошедшее, однако фактически правила не нарушены — никто не ограничивал выбор заклинаний, нечего пропускать телекинетику через щит, она может что-нибудь сломать.
Зеваки весьма громко перешептывались, но конкретику я не слышал, зато девчата уже бежали ко мне.
— Я хоть и знала, но… Волновалась, фыр! — Машка схватила меня за одну руку, Лиза за вторую.
— Петенька так просто не проиграет, — усмехнулась Лиза.
Скрывать отношения с Карштайнами уже поздно, надеюсь только, что не найдется тех, кто вспомнит, как мы отыгрывали семью. Я, конечно, смотрелся взрослее своих лет, а Лиза не изменилась, поэтому сейчас разница уже не так сильно заметна.
— Иного от господина и не ожидалось, — с легкой улыбкой сказала Ириниэль.
Кажется, она тоже хотела меня обнять, но в итоге просто осторожно коснулась и шевельнула ушками.
— И что теперь, Петя? — Маша склонила голову, продолжая прижимать руку к себе.
— Пойду переговорю с Пушкиными. Ждите здесь, можно и перекусить из запасов на столе.
Пушкины поступили предусмотрительно, когда привезли нечто вроде сухпайков. Конечно, на изысканный дворянский вкус после всяких устриц и трюфелей слабовато, но консервы и запечатанные печенья, которые я и прихватил, например, точно без токсина.
Владимир и Георгий уже меня ждали, пришлось снова возвращаться в палатку, где не столь давно мы обсуждали итоги.
— Да уж, — только и сказал Владимир.
— Досталось ему неслабо, — хмыкнул Георгий. — Все верно сделали, Петр, разве что лишнее внимание все равно ни к чему, особенно после всех событий.
— Согласен, — отозвался я.
Владимир молча поглаживал бакенбарды.
— Благодарю вас от всего сердца, Петр Константинович. Это сейчас меньшее, что я могу сделать, — Пушкин даже склонил голову, и я замахал руками. — Официальная часть будет позже, когда отец разберется с подлецами. Пусть он и не присутствовал, но координировал ответную атаку на Морозовых, поэтому сами понимаете…
— Вечер и без того затянулся, поэтому лучшее решение — отдохнуть. Хотя вам, полагаю, будет некогда, — покачал я головой, и Владимир коротко кивнул.
— Верно. Неприятно после всех обещаний говорить такое, но, Петр Константинович, пока что придется повременить с обучением. Не говоря уже о том, что мы не можем предоставить подходящее жилье: усадьба в плачевном состоянии, и во время ремонтных работ гостевой домик явно не самое подходящее место, в Чёрном аналогичная ситуация, а гостиницы Нижнего Новгорода вряд ли можно назвать достойным решением.
— Брат пытается сказать, что на время повышенного внимания Романовых и прочих любопытствующих особ вам лучше переждать где-нибудь еще, — усмехнулся Георгий. — Да и дуэль тоже сыграла свою роль. Толстой, тот, что глава основной семьи, вряд ли допустит преследование, даже негласное, но все же вы весьма ярко блистали. Возможно, это поможет вам в поисках сестры, но журналистов мы выгнали подальше, поэтому на обывателя вывалится лишь охапка сплетен разного толка.
Что ж, это и так было очевидно — сейчас Пушкиным не до меня, спокойные деньки были неплохи, да и получил я немало от этой поездки. Средства, знания, опыт, новые знакомства — сложно такое переоценить. После увиденного в кабинете Светлова я не сомневался, что Пушкины подыщут для меня подходящую награду, хотя в денежном эквиваленте сложно оценить все произошедшее, конечно. Сотрудничество и поддержка мне были бы очень кстати, поэтому размениваться на определенную сумму глупо, но сейчас о таком рассуждать излишне — надо хотя бы отдохнуть.
— Понимаю. Возможно, я вернусь в Липецк ненадолго, на недельку-другую, — сказал я.
По крайней мере, стоило бы вернуться к клану и сообщить о Стефании лично. Лизу я пока отпускать не хотел, а по телефону говорить про дочь Влада как-то нехорошо. Да и вообще мы их даже еще не предупредили из-за навалившихся проблем, Влад до сих пор мог искать! Не хватало, чтобы еще кто-нибудь нарвался на неприятности.
 
— Граф наверняка будет рад с вами встретиться, — улыбнулся Владимир. Я ответил такой же вежливой улыбкой. Не уверен насчет радости, но сын Светлова отмщен. Хоть он и выступил врагом Российской Империи, для Светлова Николай все равно был сыном, чье убийство осталось безнаказанным.
— Потом я с большой вероятностью отправлюсь в Сибирь, поэтому вместо шикарного номера в гостинице мне пригодились бы знакомства в тех краях.
— О, все-таки отправитесь на поиски сестры? — воодушевился Владимир. — Только не уезжайте сразу, думаю, что в течение недели мы могли бы обсудить детали в присутствии Алексея Александровича.
— Хорошо. А насчет ночевки — как вы считаете, насколько безопасно отправиться к дубу? — поинтересовался я. — Да и вещи заодно нужно собрать.
Судя по всему, Чертоги весьма хороши в качестве укрытия. Конечно, сейчас Матвей вряд ли мог оберегать сон гостей дуба, однако других поводов повидаться с Настей напоследок может и не быть. Наверняка ближайшие недели всё вокруг будет забито ищейками, и мне не очень хотелось отвечать на лишние вопросы. Да и Нижний Новгород сейчас не казался таким уж безопасным — мало ли, куда сбежали беглые волхвы. Я хоть и силен, но спать тоже нужно, и уж обратно к Пушкиным эти мутные личности вряд ли вернутся.
— Полагаю, что котик будет не против, даже за, — ответил Владимир, после чего переглянулся с Георгием. — Лорелей…
— Спасибо, что заступились за нее, — добавил Георгий. — Она весьма известная звезда, но кто бы мог подумать! Брат, ты-то и вовсе рядом жил.
— Да, пожалуй, мне даже стыдно, — пригладив кучеряшки, сказал Владимир. — Не знал о ней, но наверняка были причины, поэтому оставим эту тему, — торопливо закончил Пушкин, хотя по нему было заметно, как сильно он боролся с любопытством.
— Так бы поступил каждый, — пафосно ответил я.
После произошедшего такая непринужденная беседа помогала отвлечься, поэтому и я был не против. Занятно только, что о Татьяне не говорили, значит, она приехала тайно, наплевав на правила школы, либо же Владимир решил не афишировать. Впечатления у девчонки наверняка остались весьма яркие! Ну, набиваться в спасители еще одной дворянской дочки я не спешил, тем более, что мое участие постараются особо не афишировать, а Татьяна меня вряд ли толком заметила. Подозреваю, что акцент на этой теме способен вызвать конфликт в Роду Пушкиных, раз речь о любимой дочке, но без знания тонкостей можно получить только больше проблем.
— Итак, господа. Усталость сказывается, поэтому прошу простить, но я вынужден откланяться. Берегите себя.
— И вы себя, Пётр Константинович, — ответил Владимир и пожал мне руку, после чего Георгий поступил так же.
А добираться еще хрен знает сколько… Что-то мне подсказывало, что в третий раз Синеглазка нас не повезет. Да и батареи наверняка уже нужно перезаряжать.
Выйдя из палатки, я увидел девчат, рассказывающих друг другу недавние события, а Синеглазка стояла недалеко от палатки и пыталась расчесать влажные волосы — похоже, что уже умудрилась помыть их с помощью магии.
— Петр.
— Марья? — вопросительно сказал я, подойдя ближе.
— Хех. Для тебя все эти титулы — лишь игра, не так ли? — девушка улыбнулась.
— Почему ты так решила?
— Я немного слышала разговор. Не подслушивала, это профессиональное, — угрюмо посмотрев на меня, быстро добавила Марья, увидев укор в моем взгляде. — Ожидала, что попросишь титул.
— А дадут?
— Нет. Но не потому, что ты недостоин, — покачала головой Марья. — Есть правила и общество ленивых дворян, которые купаются в самолюбовании. Но есть и много истинных представителей дворянства, люди чести, готовые на все ради своих людей и страны. Для первых ты — чужак, пытающийся дотянуться до их фальшивого света. Для вторых ты — незнакомец, и далеко не все готовы довериться первому встречному простолюдину.