Будешь моей женой. Снова (СИ)

— А ты сам чего хочешь?
Мирослав молчал. Плохо, когда не знаешь. Я вот точно знал, но не мог получить. Я хотел, чтобы Ярина любила меня и родила мне ребенка. Добровольно.
— Ладно, — плашмя ударил по столу, — поехали, в теннис поиграем, потом еще в ювелирный нужно.
К пяти вечера мы с Мирославом и внушительной охраной, которая заняла часть столиков в пафосном, но нейтральном ресторане, устроились за самым приватным столиком. Мы прибыли чуть раньше, Савицкий с Самойловым — минута в минуту.
  
Мы давно не здоровались за руку, да и не виделись толком. Я отметил, что тесть выглядел неважно. Слышал, что он сражался с онкологией. Ну что же, карма — она такая. Я не испытывал злорадства, но и жалко не было этого человека. Он тоже не пожалел бы меня.
— Перейдем к делу, — начал Савицкий и посмотрел прямо на меня, — я хочу вернуть дочь в семью.
— Она в семье, — расслабленно откинулся в кресле. — Муж и жена — одна сатана, — и бросил взгляд на Самойлова. Этот зато довольный как Чеширский кот: скоро власть перейдет к нему, потому что больше не к кому. Но… Было какое-то «но», и связано оно с моей женой.
— Хватит паясничать! — тестю было тяжело контролировать себя. — Ты держишь ее при себе, чтобы нам насолить! Верни Ярину в семью, и мы, так и быть, компенсируем все, что забрали у тебя.
— Украли, — поправил я.
Наши оппоненты молчали. Артур имел уважение к старшим, но я видел, что его разрывало от желания влезть в разговор.
— Это неважно. Ты же не ждал реального мира? Так не бывает, между нашими семьями точно. Отпусти Ярину. Дай ей быть счастливой в своей семье, с ее мужчиной, — бросил короткий взгляд на Артура.
Я мысленно вгрызся в горло им обоим, но внешне оставался спокоен. Счастлива она будет, ага как же! Ярина останется со мной и только со мной. Судьба у нас такая. А еще было завещание, но они о нем не знали. На оглашении присутствовали только Нагорные и поверенный деда. Если бы кто-то слил информацию, то я лично на ремни порезал бы. Это все присутствующие поняли. Раз Савицкие не в курсе, значит, Ярина не обманула, и реально между ними кошка пробежала. Но какая? Ярина молчит. Савицкий тоже вряд ли скажет правду.
— А зачем вам она? — вздернул бровь. — Снова через нее делишки стряпать? Вы же подставили ее под удар. А если бы я убил ее или посадил в тюрьму? Не жалко дочь было? М?
— Это дело семейное. Тебя не касается. А ты, — посмотрел на меня с едкой насмешкой, — ничего бы не сделал. Ярина умница, и хорошо отыграла свою роль. С рук у нее ел. Но квиты биты: мы тебе деньги, ты нам Ярину. Останемся при прежних раскладах.
Я рассмеялся. Наивные. Они даже пока не знали, что скоро им нечем будет платить, и не только мне. Когда-то они лишили меня счастья быть мужем, я в ответ лишу их главной ценности — денег, вырву жало у змеи.
— Глубоко неуважаемый тесть, идите на хуй. Пожалуйста.
Савицкий побагровел, а Артур громко рассмеялся и сделал неожиданное:
— Дмитрий Владимирович, оставьте нас, пожалуйста. Мирослав, и тебя попрошу.
Мы с братом переглянулись: он взглядом спросил, смогу ли без крови? Я смогу.
— Святослав Игоревич, — нарочито по-дружески заговорил, — давай поговорим, как деловые люди. Мне нужна Ярина. Увы, но дядька грезит чистокровными внуками.
Я подумал о дочери жены. Ведь она его. Так она сказала. Ведь если бы было по-другому, Ярина бы не стала скрывать. О таких вещах не врут. Меня много раз пытались поймать на пузо, но стоило прижать к стенке — сразу кололись на правду. Ярина тоже раскололась бы.
— Мы оба с тобой никого не любим, нам нужны деньги и власть. Я перевезу все активы в Москву вместе с женой, которую ты мне уступишь. Взамен — очень большая компенсация помимо той, что мы у тебя украли. Отдай мне мать и дочь, они ведь тебе не нужны. Я предлагаю настоящий прочный мир.
Я молча заставлял себя считать баранов, чтобы не кинуться рвать соперника. Я знал, что он себялюбивый подонок, но не думал, что настолько. Он относился к ним обеим, как к мясу. Я вряд ли лучше, но у моей жестокости другие корни. Здесь исключительно расчет. И он неверный. Даже без завещания деда Ярину не отдам и не разлучу с дочерью. Неважно, чья она, но моя жена дышала этим ребенком. В наших кругах это редкость.
Я вытер губы тканевой салфеткой после крабов и бросил ее в лицо Артуру. Это был мой ответ, слов он недостоин. Он оскалился и повторил маневр. Отпиздить бы его, да место слишком людное. Мне негативной рекламы в прессе сейчас не нужно, и Артур это знал.
— Увижу рядом с моей женой — убью, — предупредил ровно и без тени иронии. Давно у меня руки чесались избавить мир от этого экземпляра.
— Что, мужская гордость тю-тю? — решил подстебнуть Артур. — Да, Яри красива, но чтобы настолько скрутить тебя… — приподнял бровь, намекая на мою слабость. Бил по эго.
Да, гордость, как и принципы, летела к чертям. Разумом понимал, что нельзя с ней по-доброму, а чувства…
— Опасайся за свою мужскую гордость. Из моего города можно уехать без величия, — кивнул на его пах.
Я старался абстрагироваться от этого разговора, когда покупал обручальные кольца в ювелирном. Меня мучили противоречивые мысли: если это Ярина позвонила отцу и попросила выторговать себе свободу? Но она ведь в курсе про завещание: никаких сделок быть просто не могло. Все это слегка ставило в тупик. Пора моей жене устроить очную ставку с родителями.
— Святослав Игоревич, — меня встречала экономка, — ужин готов. Прикажете накрывать?
Я не любил и не хотел есть в одиночестве, а Ярина, сомневаюсь, что составит мне компанию по доброй воле.
— Святослав Игоревич, почта и корреспонденция, — подала привычно поднос с газетами и письмами. Приглашения на мероприятия сыпались как из рога изобилия.
— Пригласи мне Ярину Дмитриевну, — снял пиджак и галстук. — Пусть накроют стол на двоих.
Пока горничная колдовала в столовой, я поднялся в нашу спальню и принял душ, переоделся в домашнее и, положив коробочку с кольцами в карман штанов, спустился к ужину. Ярины не было, только смущенная Алла Георгиевна.
— Где? — только и спросил.
— Ярина Дмитриевна не голодна, — отвела глаза. Видимо, жена не стеснялась в выражениях.
Я осмотрел со вкусом сервированный стол и ароматные изысканные блюда. По времени девочка должна уже спать. Я, перескакивая ступеньки, дошел до невидимо проведенной черты: ну не надеялась же Ярина спрятаться за ней?!
Дверь в спальню была открыта, но жены я не увидел. Только слышал шум воды. Я пошел на него. Внутри было влажно, напарено и пахло сиренью. Ярина лежала в ванной, полной нежной пены, с закрытыми глазами. Рядом на бортике — рация и телефон, из которого лилась тихая мелодия. Вальс цветов, если мне не изменяла память.
Я сглотнул вязкую слюну, буквально капавшую изо рта, созерцая тонкую длинную шею и округлую грудь. Жаль, сосков не видно. Инстинктивно стянул футболку и достал из кармана футляр с парными кольцами.
— Ты снова замужем, Джульетта, — надел одно ей на палец. Ярина вздрогнула и распахнула колдовские глаза. Я сходил с ума от желания взять ее прямо здесь и сейчас: обнаженная, влажная и очень горячая.
— Уходи, — вздернула подбородок, маскируя страх дерзостью. Здесь не было ножей, а я сильней и очень хочу. Она видела это не только в моих глазах: у меня очень откровенно стоял.
— Не хочу, — шепнул, пробуя воду. — Можно? — начал стягивать штаны. Трусов на мне не было: дома вечером, да с такой красивой женщиной… Зачем они мне?!
— Нельзя, — она подтянула ноги. Я всегда отличался богатырским сложением, а ванная в гостевой спальне для миниатюрных женщин, ну или очень хилых мужчин. Ярина смотрела на меня сквозь ресницы, с ума сводя глубиной взгляда и пухлыми, чуть приоткрытыми губами. Головку разрывало от страстной похоти, а яйца тянуло от наполненности.
  
Жена закусила губу и поманила меня пальцем. Я подошел, концом практически касаясь гладкой щеки. Ярина взвесила в ладони мошонку, затем сдавила и резко поднесла к яйцам маленький ножик. Таким не убить, но вред моему достоинству причинить можно. Пустить кровушку.