Призрак штрафбата

– Почему-то все ваши учёные мужи в один голос утверждают, что пространство-это плоскость. Не знаю, что это, скудоумие или сознательное упрощение видения мира до приемлемой модели, по мне – просто глупость! Пусть вы живёте на достаточно ровной земле, но даже она имеет и горы, и моря, то есть её уровень постоянно колеблется. Если увидеть ваш мир со стороны – то у него вообще иная форма… шара, между прочим.
Девушка хихикнула, почувствовав изумление собеседника, и продолжила, прижимая ладошки к глазам:
– Ты смотри, не отвлекайся… Мы продолжаем двигаться – видишь постепенное изменение ландшафта? Как оно происходит?
– В основном меняется картинка на одном уровне со мной. Меньше – на ближайших уровнях сверху и снизу, ещё меньше – на более дальних уровнях… Но ведь реально пространство не меняется?
– Нет. Изменяется твой взгляд на него. Меняются вектора приложения твоего взгляда. Теперь ты видишь и способен понять кое-что о многомерности пространства. Ты можешь увидеть вектор?
– Если б я знал, куда смотреть!
– Направление приложения сил. На этом уровне и с моей помощью это возможно. Постарайся!
Неспешно выдохнуть, расслабиться, стараясь увидеть как можно больше. Замедлить удар сердца, освободить разум, словно готовясь скользнуть в небытие… И понять – то, что дрожит перед глазами – и есть небытие, часть мира, свободного от материи, где от всех мировых энергий остались лишь легко скользящие смутные тени. Заново, пристально оглядеться, изучая то, что привык считать пустым, заполненным туманом пространством – и внезапно увидеть нечто…
Не энергия – и не движение. Прообраз движения, словно воздух в яркий солнечный день колеблется, пропуская палящий жар. Вот только ни солнца, не воздуха тут не было. А был вектор. Направляющая будущих сил. Странная, непонятная вещь – вполне поддающаяся его волевому усилию. Аккуратно подхватив нечто, он развернул послушную часть поперёк своего пути, направив в сторону – и услышал внезапный громкий треск. Ладошки тут же исчезли с лица.
– Ну и что ты натворил? Коль уж очутился на уровне Творца, будь добр не вести себя, как слон в посудной лавке! Ох уж эти люди, даже самых лучших из них нужно держать на коротком поводке!
В некотором испуге Ладар открыл глаза. Справа от дороги внезапно появилась широкая просека – словно какой-то великан распахал землю гигантским плугом, обращая внимание на столетние деревья не больше, чем пахарь – на травинки, попавшие под лемех.
– Это сделал я? Но как? Даже архимагам подобное не под силу… разве что объединившись и вызвав несколько мощных элементалей – земли и воздуха, и то – чем дальше от мага, тем хуже они подчиняются командам и норовят улизнуть. А тут, за мгновение и простое усилие – и просека до горизонта!
Насмешливый, чуть презрительный хмык.
– Архимагом ты не стал, не переживай. Просто обычные маги работают с энергиями, собирая их и воздействуя силой своей магии на силу природы, ломая её и заставляя служить своим целям. Это всё равно, что поймать и обуздать дикого зверя, удерживая его в оковах, ломая его волю, полагаясь только на силу рук. Но ты сам знаешь – иногда достаточно погладить зверя, и он перестанет быть твоим врагом и, возможно, сам захочет тебе помочь. Так и тебе не потребовалось большой силы – просто потому, что ты способен опуститься на уровень небытия и действовать тут. Не на уровне Творца, конечно, однако и не на уровне Смерти. Ты – Аарх, у тебя свои пути. Будем смотреть дальше?
– Будем! – Ладар прикрыл глаза, чувствуя, как тонкие ладошки ложатся на лицо, разгоняя туман небытия и создавая удивительно чёткую, яркую картинку на неведомый и призрачный вид изнанки мира.
Это было странное, необычное зрелище. Букашка, рождённая в плоском, привычном мире, училась ориентироваться в мире множества измерений. Кирк, неторопливо бредущий по дороге, отражался во множестве плоскостей. И вид его был странный, словно сияющее облачко покрыло конструкцию из изломанных линий. Первая его попытка найти поводья, не открывая глаз, лишь позабавила Дзегу, заставив её рассмеяться долгим и переливчатым смехом – звонким, как у любого ребёнка, но с ноткой хрипотцы, присущей скорее умудрённым жизнью женщинам.
 
Сломанная ветка, меняющая свои очертания по мере того как из неё уходила жизнь. Какой-то неосторожный хищник, оказавшийся вблизи дороги и признанный подходящим объектом для исследования. Любое движение, любая смена ландшафта – всё использовалось для учёбы. Измочаленное, вырванное с корнем дерево, кровавые ошмётки от звериного тела, очередные просеки в лесу, словно выгрызенная древняя дорога – всё это вызывало новые приступы хохота у спутницы Ладара.
– А ты думал, что? – Она хваталась за его пояс, чтобы не упасть с нервно вздрагивающего от очередной причуды хозяина Кирка. – Раз, и стал вровень с Творцом? Получил доступ к некоторым из его инструментов – и стал таким же?
– Вообще не понимаю, как тут можно что-то создавать. Разрушать – да, легко. Но что-то создать…
– А создавать вообще на порядок сложней. К тому же вы, люди, все новые знания используете прежде всего для разрушения. Может, так оставим? Будешь самым крутым магом-разрушителем?
– Если ты забыла, ты хотела научить меня, как заштопать прореху в пространстве Вселенной. Я так предполагаю, что разрушением здесь ничего не сделаешь! Объясни дальше!
– Вначале освой это! Как только ты сможешь сделать свои движения достаточно ювелирными – так, чтобы не сеять вокруг Смерть, пойдём дальше.
Ладар честно пытался. Довольно скоро он научился самостоятельно погружаться на новые пласты небытия, показанные ему Дзегой. Но работа с векторами была слишком необычной. Подобно сжатым пружинам, они всегда были готовы направить поток силы – максимально большой и мощный. Это действительно был инструмент не выдуманного божка, дарящего только утешение и мелкие чудеса, но Творца, способного двигать горы и уничтожать миры… И, наверное, создавать. С последним было туго. Дни проходили за днями. Ладар научился определять опасность, не выходя из транса – и ликвидировать её в нём же. Несколько раз он уничтожал пытавшихся напасть на них хищников, один раз разогнал целую стаю, устроившую на них охоту, просто закольцевав вектор и вызвав самую настоящую бурю. Только, в отличие от обычной, она была послушной – и не тронула путешественников, ограничившись местом засады.
На третий день Дзега потребовала устроить день отдыха. Устроившись на берегу небольшой речки, они весь день купались, валялись на песке и ловили рыбу – так что даже Кирк объелся и равнодушно смотрел на бьющихся на берегу скользких рыбин… Дзега прекрасно разбиралась в местных травах, тут же подобрав листья, от которых улов приобрёл одуряющий вкус и аромат. Два десятка рыб коптились в небольшом шалашике, ещё столько же пеклись, завёрнутые в листья, в углях – впрок, на дорогу, когда Дзега внезапно попросила, вытянув вверх руку:
– Там, на верхушке дерева… Сорви мне пару веток, на них самые смачные листья!
Потянуться вверх? Машинально Ладар вошёл в уже привычное состояние транса, увидев призрачный и искажённый мир, проекцию дерева на нескольких ближайших пластах. Вектор выдал крохотный импульс силы, заставивший ветку переломиться у самого ствола – и, кружась, опуститься на землю возле их стоянки.
Девушка довольно улыбнулась и сказала спокойно и выразительно:
– Ну вот! А мучился, метался! Ты же мастер ювелирных касаний! Нужно было просто расслабиться и делать то, что лучше всего получается.
– Да? – Ладар счастливо подпрыгнул и тут же замер, глядя на собеседницу, поражённый внезапным открытием. – А ведь ты уже не выглядишь ребёнком. Ты стала старше! Теперь ты юная, но вполне сформированная девушка.
– Это плохо. – Дзега нахмурилась. – Моё время тут течёт слишком быстро. Нужно выбираться с территории Хаоса, а ты всё ещё не готов к тому, чтобы защитить меня.
– Так ты для этого обучаешь меня управлению изначальными силами?
– Возможно. Пока и я не знаю, как получится. Но подобные знания и тебе нужны, как воздух, разве нет? И вообще, пока у нас прорыв, нужно учиться дальше.