Пушистая помощница для злодея

Земля под ногами стала ощутимо теплее. Размяв плечи, мужчина удобно на ней разлегся, закинув руки за голову и закрыл глаза. Несколько мгновений я смотрела на него, пока в груди заполошно стучало сердце, а хвост неудержимо мотало из стороны в сторону.
«Колдун! Он только что провел ритуал, у него есть магия, а это значит…»
Хотелось кричать и прыгать от радости. Наконец-то нескончаемое невезение закончилось, и я нашла спасение. Снова посмотрев на моего героя, вспомнила, что он, вообще-то, меня прогнал, и хвост тут же печально повис.
  
«Так, нужен новый план. Какой там уже по счету?» – я не желала падать духом.
Необходимо было уговорить голубоглазого выслушать меня и как-то суметь донести до него свою ситуацию. Но в прошлый раз он ясно дал понять, что не хочет больше со мной нянчиться.
Нахмурившись, я обдумывала варианты. Предложить мне было особого нечего, кроме, разве что, дружеской компании. Но, судя по всему, это колдуна как раз не интересовало. Взгляд зацепился за булыжник, на котором был проведен магический ритуал, и меня, наконец-то, осенило. Стараясь не издавать никаких звуков, чтобы не разбудить голубоглазого раньше времени, я подобралась к его сумке, осторожно приподняла крышку и зарылась внутрь.
«Грибы, какие-то тряпки… а тут что? Мм, пирожок. Так, не отвлекайся, Маргарет!»
Найдя нужный мешочек, аккуратно вытащила из сумки. С пятой попытки зацепила зубами завязки, потянула их в сторону и проверила, что находилось внутри. К моей несказанной радости, там лежало несколько засушенных листьев, которые мне и были нужны. Как следует обнюхав их, постаралась запомнить характерный терпкий аромат.
Как ни странно, ночью всё виделось гораздо лучше, чем при свете дня, поэтому обнаружить нужные растения не составляло труда. Вот только в большинстве случаев пахли они иначе. Помечая когтями деревья, чтобы не заблудиться, я углублялась все дальше в заросли, принюхиваясь и высматривая сердцевидные листья. К ночлегу голубоглазого вернулась почти под самое утро, зато с целой охапкой терпких листьев в зубах. Устроившись рядом, окинула спящего внимательным взглядом. Показалось, что лицо его было бледнее, чем мне запомнилось, а между темных бровей пролегла складка, которую я не замечала раньше. Подтянув пушистый хвост, опустила голову на передние лапы и стала терпеливо ждать.
С первыми утренними лучами, царившая до того тишина сменилась звуками просыпающегося леса. Птицы покидали гнезда, разнося мелодичные трели, на травинках собиралась блестящая роса, растения расправляли стебельки и раскрывали маленькие бутоны…
– Снова ты? – в хриплом ото сна голосе слышалось легкое удивление, которое, однако, никак не проявилось в холодных голубых глазах, пристально глядящих на меня.
– Уруру, – я подтолкнула к колдуну собранную за ночь охапку и довольно улыбнулась, оскалив зубы.
Несколько раз моргнув, он сел, перевел взгляд на лежавший рядом с сумкой мешочек, и снова посмотрел на меня. Подняв один сердцевидный лист, он неспешно поднес его к лицу и, прикрыв на секунду глаза, вдохнул терпкий аромат. В следующий миг в его взгляде отразилось явное замешательство, сменившееся благодарностью. Подтянув к себе сумку, он достал из неё бумажный пакетик и положил на булыжник, немного подождав, вытащил из него теплый пирожок и протянул мне. Уголки его губ на мгновение приподнялись, смягчая черты лица. Колдун некоторое время наблюдал как я расправляюсь с угощением, затем поднялся на ноги, перекинул через плечо сумку и, нахмурившись, спросил:
– И что мне с тобой делать?
Проглотив последний кусочек, я тоже подскочила на ноги и предложила:
– Как насчет того, чтобы вернуть мне человеческий вид? А там видно будет.
Мой лай голубоглазый не понял. Закатив глаза, попробовала подойти к вопросу с другой стороны. Подняв лапу, показала на него, потом на себя и поднялась на задние ноги, с трудом, но удерживая вертикальное положение.
– Смотри, я человек, как и ты.
– Что? А-а, всё ясно.
Колдун присел на корточки и обхватил длинными пальцами мою правую лапу. Замахав хвостом, я оскалилась в предвкушении чуда.
«Красота и сообразительность? Да я готова его всего расцеловать, как только…» 
Он вытащил из наруча короткий пинцет с заостренным изогнутыми концами и ловко подцепил торчащую в подушечке щепку. Выдернув её точным резким движением, опустил мою лапу и, чуть улыбнувшись, заметил:
– Вот и всё. Должно быть, это причиняло боль.
Несколько мгновений я глупо смотрела, как он прячет обратно инструмент и, поправив свой недоплащ, покидает место ночлега. Тяжело вздохнув от того, что поцелуи, как и чудесное возвращение, откладывались, подбежала к колдуну и перегородила ему дорогу.
«Ну если и это не поможет…»
Водя по земле когтем, я неумело пыталась нарисовать человеческий силуэт, как вдруг всё в ту же многострадальную лапу воткнулось что-то острое. Приподняв её, увидела огромного жука с темно-зеленым панцирем и острым как игла хоботком. Я громко вскрикнула. Хотела еще и отпрыгнуть, но у меня вдруг подкосились ноги, и я завалилась на бок, не в силах пошевелиться.
Насекомое медленно приближалось, покачиваясь на тонких конечностях, когда на него опустился тяжелый сапог. Раздался хруст, и пространство заполнилось густым запахом гнили.
– Колеоптид, – спокойно заметил колдун, наклонив голову. – Отпустит через пару часов.
И пройдя мимо с безразличным видом, двинулся дальше по тропе. Смаргивая собирающиеся в глазах слезы, я попыталась встать, но тело меня не слушалось.
«Неужели всё было зря?» – тихо заскулив, зажмурилась, борясь с удушающим чувством бессилия.
Рядом снова раздались шаги, за которыми последовал тяжелый и даже обреченный вздох.
– Так и быть, ходячая на четырех лапах катастрофа, заберу тебя с собой.
Колдун поднял меня на руки, поудобнее обхватил задеревеневшее словно чучело тело, и прищурившись, строго добавил:
– Только учти, я ничего не делаю просто так.
– Уруру.
Он покачал головой и молча продолжил путь. Облегченно выдохнув, я устало прикрыла глаза. Меня не покидала уверенность, что голубоглазый сможет всё понять, мне лишь требовалось чуть больше времени. А пока, можно было перевести дух и немного расслабиться.
Убаюканная мерным покачиванием в теплых руках, не заметила, как задремала, а когда очнулась, снова обнаружила себя в тесном неудобном пространстве. Высунув голову из сумки, с удивлением поняла, что мы уже покинули лес и шли по широкой оживленной улице.
Этот город разительно отличался от предыдущего, дома здесь были выше, некоторые могли похвастаться искусными мозаиками и барельефами, и даже невысокие деревянные сооружения украшали резные фасады и большие окна. По вымощенным светлым камнем дорогам носились бесчисленные повозки всевозможных размеров и моделей, громко стуча колесами. Здесь и там раздавались крики и ругань. Мы свернули на другую улицу, и обстановка радикально изменилась. На открытых террасах за небольшими столиками сидели люди в белых одеждах и неспешно потягивали напитки из тонких бокалов, дамы в длинных пальто и широких шляпках прохаживались между салонами и бутиками, разглядывая витрины и весело переговариваясь. Еще один поворот, и мы снова погрузились в безумную городскую суматоху. От таких контрастов у меня закружилась голова, и я поспешила спрятать её обратно в сумку.
Спустя некоторое время я поняла, что мы зашли в помещение, шум улицы сменился музыкой, стуком стаканов и громкими разговорами. А какие здесь были запахи, м-м-м!
  
Колдун с кем-то поздоровался и прошел дальше. Я снова высунула любопытный нос, и увидела, как он покинул просторный зал с рядами длинных столов, за которыми сидели разношерстные компании, между ними сновали девушки в темных фартуках и ловко складывали пустую посуду на большие подносы. Оказавшись в пустом коридоре, он подошел к небольшой двери, за которой находилось подсобное помещение с заставленными различной утварью полками. Подойдя к одной из них, колдун сдвинул в сторону невзрачный глиняный горшок, раздался глухой щелчок. Потянув полку на себя, он открыл потайную дверь и прошел в скрытую за ней комнату.