Волк и семеро лисят (СИ)

С няней лисят отправлять не хотелось, Сережа с Олегом были слишком заняты Марго и тем, чтобы аккуратно отпихивать от нее, едва открывшей глазки, чересчур любопытные носы брата и сестер, скорым релизом Together и приуроченной к нему поездкой в Питер, и Вадик, к которому лисята неслись со всех лап и ног, стоило ему показаться на пороге, виделся подходящей кандидатурой.
На том и порешали.
— Колючий, — недовольно фыркнул Сережа, наклонившись и мазнув Олегу по небритой щеке губами, после чего заглянул в устроенный у него на согнутых коленях планшет. Марго закрывала добрую половину обзора, но последнее расследование Юлии Пчелкиной, посвященное произошедшим с их отъезда изменениям в околооборотнических отраслях, угадывалось и так. Оно вышло только сегодня утром, а Сережа уже четырежды подскакивал к Олегу с требовательным “посмотрел?”
— На шестнадцатую минуту перемотай, — посоветовал он, махнув хвостом, и сам ткнул пальцем в нужную точку на ютубовской временной шкале, — говорю же, тут ничего интересного.
Олег недоверчиво хмыкнул. Сережа мог сколько угодно кокетничать и называть статистику из видео “неинтересной”, но Олег видел, как, когда Юля еще работала над расследованием и присылала спонсирующему его Сереже выдержки, у него загорались глаза. Как он сыпал цифрами: сколько выделили бюджетных мест в вузах, в скольких школах сделали “смешанные” классы, во сколько раз увеличили МРОТ по “оборотневым” профессиям. Олег был уверен, что вляпаться крепче уже невозможно, но смотрел, как у Сережи ходил ходуном хвост, как он улыбался и, точно кот, мял кулаками одеяло, на котором сидел, и понимал, что нет.
Возможно было все.
— Ну уж нет, — возразил Олег и вернул ползунок на положенное ему место. Сменился стоп-кадр, Пчелкина застыла с направленным на зрителя указательным пальцем, вокруг нее летало с десяток цифр: 8, 5 700, 2 900 000… Олег отмотал еще чуть назад, — хочу целиком глянуть. Чтоб составить непредвзятое мнение. А то задавишь меня потом своей осведомленностью, наплетешь с три короба, а я и ответить не смогу. Или еще хуже, начнешь спецом гонять по матчасти.
Олег предполагал, что за прошлый уикэнд, когда они пересматривали Братство Кольца (Сережа каждый раз смотрел как в первый: а кто это, а куда они идут, о, я помню, что Арагорн сын Араторна!) и Сережа позорно вырубился на середине, потом спорил, что нет, он бы никогда, а еще потом посыпался на элементарных вопросах, безнаказанным не останется. Так что видео Пчелкиной следовало посмотреть от начала до конца, лучше дважды, а еще лучше — составить краткий конспект. На всякий случай.
Сережа выпрямился, глянул с хитрым прищуром — у него чуть выступал над нижней губой верхний левый клычок, придавая ему немного бандитский вид — и Олег, не удержавшись, протянул ему раскрытую ладонь. Сережа тут же прижался к ней щекой и по-лисьи потерся, выпрашивая еще ласки. Олег запустил пальцы ему в волосы и поскреб ногтями у основания мохнатого уха. Сережа прикрыл на секунду глаза, довольно зафырчал, но потом напомнил с явным сожалением в голосе:
— Созвон, — правда, с места так и не сдвинулся.
Пришлось Олегу, как ответственному взрослому, убирать руку и легонько хлопать Сережу по заднице, чтобы направить в сторону кабинета. Сережа ойкнул и мотнул хвостом, намеренно проходясь им Олегу по лицу.
— Зараза мохнатая.
Пальцы привычно схватили пустоту, Сережа в последний момент увел хвост из зоны поражения, вильнул им еще пару раз, откровенно дразнясь, и направился к плотной прикрытой двери в свою святая святых — серверную, выполняющую также роль кабинета. Лисятам доступ туда был запрещен под страхом бабайки, и это даже не было преувеличением: Сережа, когда зарабатывался до самого утра, мало походил на человека.
Хвост, продетый в специальное, опоясанное по последней моде металлом колечко в штанах, изящно покачивался в такт каждому его шагу, и Олег против воли засмотрелся. Когда они впервые увидели в магазине новую коллекцию какого-то там весьма известного в узких кругах дизайнера, пошитую именно для оборотней, Олег почувствовал себя немного оскорбленным — т а к у Сережи загорелись глаза. И это сейчас он спокойно разгуливал, не пряча ни хвост, ни уши, а, когда они только-только приехали в Италию и начали потихоньку обживаться, он с особым тщанием следил, чтобы ни дай бог ни на секунду не выпасть из полной человеческой формы. Даже дома. Олег хорошо помнил день, на который выпала первая серьезная презентация Сережиной соцсетки: народу была тьма, каждый чих был отрепетирован по три раза, парни из службы безопасности были вымуштрованы и расставлены везде, где только можно и нельзя. Все шло хорошо, Олег наблюдал за вдохновенно вещающим и размахивающим руками Сережей из-за кулисы и параллельно следил за периметром. Сереже хлопали, задавали вопросы, он распалялся, отвечая, говорил громче, руками махал активнее и, видимо, в какой-то момент слишком увлекся процессом, потому что у него вдруг полезли лисячьи уши.
  
Олег помнил свое собственное замешательство, помнил, как его потянуло на сцену — забрать, защитить, не дать никому с дурными намерениями и на пушечный выстрел приблизиться, только не снова — и с трудом представлял, что испытал сам Сережа, когда толпа на зрительских рядах вдруг замолкла, глядя на него.
Уже в следующую секунду она взорвалась бурными овациями, у Сережи как будто выдернули стержень, он немного нервно рассмеялся в микрофон, сказал “спасибо”, тут же поправился на “thank you”, и остаток презентации прошел даже более гладко и драйвово, чем они смели надеяться. Сережу потом долго не хотели отпускать, завалили еще большим количеством вопросов, к Олегу за кулису он выпал уставший, но щеголяющий лисьими ушами и широченной улыбкой. Руки у него самую чуточку подрагивали, дыхание было сбито, а глаза горели с силой тысячи солнц. Олег ни до, ни после не видел его настолько красивым.
— Ты был, — начал он, чувствуя, как и его собственный немного нервный азарт разгорается с новой силой, но так и не смог придумать достойного эпитета.
— Да, — просто согласился Сережа, шагнул, буквально упал Олегу в объятия и —
Впервые поцеловал.
Олегу тогда показалось, что, как в книжках, уходит из-под ног земля, он обнял Сережу крепче, чтобы зацепиться хотя бы за него, и, конечно, ответил со всей нежностью, которую хранил долгие месяцы с самого их отъезда из России.
— Думал об этом с того момента, как впервые тебя увидел, — выдохнул Сережа ему в губы, когда они оторвались друг от друга, а Олег, облизнувшись, сумел выдать только немного растерянное:
— Прости, не могу сказать того же самого.
Сережа хохотнул, сверкнул глазами и на всякий случай пригрозил:
— Кушу.
Олег тогда не стал ждать претворения обещанного в жизнь и кусил Сережу сам. Сереже понравилось.
Потом, конечно, выяснилось, что и его “впервые тебя увидел” было помножено на “без бороды”, еще потом они сутками не могли друг от друга оторваться, Олегу перепало аж две большие черные тачки на волне успеха социальной сети, лисята один за другим научились обращаться, Together росла и ширилась, завоевывала популярность во всем мире, Сережа взялся за Марго, появилась еще одна Марго.
И как-то так они вот тут и оказались: с созвоном на ближайшие два часа, лежащем у Олега на животе случайным, но ужасно любимым лисенком, скорой поездкой в Питер, которая пока еще непонятно чем им грозила и что обещала.
Олег не был уверен, что это хорошая идея, но, как и Сережа, тоже хотел домой.
Главное, что они ехали туда вместе.
А там уж точно разберутся, что к чему.
конец