Учитель. Назад в СССР 4 (СИ)

И в этот момент, когда самодельный салют начал искриться, а компания принялась дружно орать поздравительную речевку, Ленька с хитрым видом достал из портфеля еще одну штуку, похожую на ракету.
В донышко Голубев воткнул подготовленную толстую палку, чиркнул спичкой и поджег фитиль. Вместо того, чтобы вставить конструкцию между досок скамейки или воткнуть в землю, Ленька поднял руку с ракетой и с нетерпением ждал, когда фитиль догорит.
  
— Лень, может не надо, — робко поинтересовался Илюха. — Опасно же.
— Не боись, все проверено! — заверил Ленька. —
— А зачем держишь-то? — уточнил Витька.
— Дальность полета, — загадочно пояснил Леонид и в этот момент на школьном крыльце показался Егор Александрович. Следом за ним вылетела Нина Валентиновна, директор, Пашка Барыкин и Вовка Свирюгин.
— Бросай, — заорал Егор Александрович, но Ленька торжествующе улыбнулся и поднял ракету ее выше.
— Брось, дурак, — закричали десятиклассники.
— Стоять! — рявкнул Егор Александрович, схватив Пашку за плечо. — Стоять! — учитель географии оттолкнул Вовку, который молча двинул к друганам.
Пацаны заподозрили неладное, но остались на месте. Не бросать же Леньку, в самом деле, не по-товарищески это.
И тут фитиль догорел. Но вопреки надеждам Леньки и чаяньям друганов, ракета не взлетала в воздух, рассыпаясь красивыми искрами, а взорвалась практически в руке Леньки.
  
Глава 11
 
Я опоздал буквально на долю секунды, петарда взорвалась в руках мальчишки. Хотя в последний момент Голубев чисто инстинктивно все-таки сделал попытку отшвырнуть от себя опасную игрушку. Самопальный салют разорвался в воздухе, но все равно сильно зацепил ладонь и пальцы.
— А-а-а-а… — раздался многоголосый вопль.
Ленька завопил от боли, его шебутная компания орала то ли от испуга, то ли из-за неудачи, я не понял.
— Руку покажи! — рявкнул я, глядя в круглые пустые глаза Леньки.
Голубев уже не орал, крепко сжимал запястье и таращился на свою окровавленную руку, крепко сцепив зубы и подвывая.
— Леонид! Смотри на меня! Голубев! Посмотри на меня!
Мальчишка по-прежнему никак не реагировал на мои приказы, только судорожно дышал и бледнел прямо на моих глазах.
— Скорую вызывайте, — рявкнул я, не оборачиваясь. — Лучше фельдшера! Быстро!
— Голубев! Посмотри на меня! — снова приказал я.
Мальчишка не ответил и не отреагировал в очередной раз, тогда я размахнулся и влепил пацан пощечину, ударив в полсилы. Ленькина голова дернулась, глаза пацана приобрели осмысленное выражение.
— Егор Александрович! Вы что творите⁈
«Кто бы сомневался», — раздраженно подумал я, не обращая внимание на возмущенный вопль Зои Аркадьевны.
— Руку покажи, — попросил пацана, который изо всех сил сцепил зубы, чтобы не заорать снова.
— Ф-ф-с-се… ф… порядке… — процедил Ленька сквозь стиснутые зубы.
— Вижу я, в каком в порядке, — рявкнул я, осторожно перехватив запястье.
— Больно?
— Д-да… — клацнул зубами Голубев и начал заваливаться в бок.
— А ну, стоять! — прикрикнул я, подхватывая семиклассникам на руки. — Фельдшера, срочно! — рявкнул растерянным учителям, которые столпились на крыльце.
Как ни странно, первой на мой приказ отреагировала Аделаида Артуровна. Именно она развернулась и быстрым шагом метнулась в школу. Надеюсь, к телефону побежала, а не поплохело при виде крови.
Рука пацана выглядела устрашающе. Единственное, что я сумел разглядеть, пальцы целые, ничего не оторвало и до кости не распанахало. Надеюсь, повреждения несильные, всего лишь сильный ожог, и Ленька не останется инвалидом из-за собственной глупости.
— Егор Александрович, Ленька выживет?
— Что с ним?
— Как он? — заверещали пацанята за моей спиной.
— А ну, цыц, — прикрикнул я на галдящую компанию. — Оружие сдать. Немедленно, — приказал, не оглядываясь. — Ждать во дворе, никуда не расходится. Ясно?
— Да! — пискнули семиклассники.
— А с Ленькой что? — робко спросил Васька.
— В порядке ваш Ленька. Если пальцы не оторвало, жить будет, — заверил я мальчишек. — Расступитесь, — велел ошарашенным учителям, которые по-прежнему толпились на крыльце и на входе в школ.
— Товарищи! Освободите место! — раздался строгий голос Валентины Ивановны. — Помощь нужна?
— Фельдшеру звоните, — ответил я Дедешко и обратился к своим десятиклассникам. — Павел, срочно в пионерскую, освободи стол, уложим пока врач не придет.
— Сделаю, — кивнул Пашка Барыкин, и они вместе с Федькой сорвались со ступенек и понеслись в пионерскую комнату.
— Нина, там открыто? — наплевав на этику общения, спросил я.
— А? — всхлипнула Нина Валентиновна, никак не реагируя на мой вопрос.
— Комната открыта?
— Д-да…
— Аптечка есть? — рявкнул я.
— Д-да…
— Бегом за аптечкой, — приказал мямлящей Ниночке прекрасно зная, где в пионерской стоит коробка с первой помощью.
Девушка вздрогнула, ошалело покосилась на меня, но уже через секунду сорвалась с места и помчалась в кабинет доставать аптечку.
— Что тут, Егор Александрыч? — раздался за моей спиной голос товарища завхоза.
— Почти в руках взорвалась самодельная шашка, — ответил, не оглядываясь.
— Понял. А ну, не толпимся, расходимся. Ильич, докторшу вызвал? Вызывай, чего стоишь! А ну, в себя приди! Товарищи женщины! Расходимся! Брысь отсюда! По домам! Куда его? — выдавал без пауз Степан Григорьевич. Похоже, в этой ситуации только мы с ним и остались в адекватном состоянии.
— В пионерскую.
— Понял, — Степан Григорьевич распахнул дверь в школу, придержал, пока я заносил Леньку в школьный коридор. — Помощь нужна?
— Аптечку гляньте, и воды побольше.
— Сделаю, — деловито ответил завхоз и исчез.
— Ну, как он? — пискнула Ниночка, когда я ввалился в пионерскую комнату с Ленькой на руках.
Мальчишка по-прежнему был без сознания, и я начал подозревать, что повреждения сильнее, чем мне показалось на первый взгляд. Вроде пальцы и сама рука целые, хотя и окровавленные. Значит не только ожог, но и какое-то ранение.
— Без сознания. Нина, слушай меня.
— А? — не сводя глаз с мальчишки, произнесла бледная Кудрявцева.
— Нина Валентиновна! Соберись! — осторожно укладывая парнишку на стол, рявкнул я.
— Да! Что? Помочь? — засуетилась Ниночка.
— Отставить! Быстро в кабинет директора и вызови фельдшера
— А скорую?
— Не надо скорую.
Я прикинул, раз пальцы целы, ничего не оторвало, можем обойтись и без скорой. Школе не нужны лишние проблемы. И так вляпались, товарищ Григорян оказалась свидетелем происшествия. Но, думаю, эту проблему мы решим на месте. Точнее, директор сам разберется.
— Хорошо! — кивнула Ниночка и осталась стоять на месте.
— Бегом! — рявкнул я.
Девушка вздрогнула, пришла в себя, ойкнула и унеслась из пионерской комнаты.
— Паша, бегом за ней и проконтролируй. Как бы она от шока не позабыла, куда я ее послал.
— Сделаю, — кивнул Пашка и метнулся вслед за пионервожатой.
— Егор Александрович, чем помочь? — взволнованно поинтересовался Федор.
— За водой метнись.
— За какой? — уточнил Швец.
— За чистой. Холодной.
— Понял. Сейчас будет, — кивнул Федька и тоже умчался.
В кабинет понемногу набивались люди.
— Выйдите все! — приказал коллективу.
— Товарищ Зверев! — возмутилась завуч.
— фельдшера вызвали?
— Что?
— Доктора наконец-то вызовите хоть кто-нибудь! — буквально прорычал я.
— Так… товарищ Григорян вызывает… — растерялась Зоя Аркадьевна.
— Доктора вызвали, — заверил Свиридов, появляясь на пороге. — Товарищи! Покиньте помещение! Все свободны, модно расходится по домам!
  
— Да что вы такое говорите!
— Юрий Ильич! Да вы что!
— Как мальчик?
— Что теперь будет? — заволновались учителя.
— Товарищи! Все будет хорошо! Фельдшер скоро будет, Егор Александрович оказывает первую помощь. Да, товарищ Зверев?