Измена.ru (СИ)
— Сука! — цедит, прижав ладонь ко лбу, и падает на подушку, — У нас завтра важное мероприятие вечером. Американцы прилетают.
— Ты забыл про мою выставку, Рома?..
— Нет. Я буду.
Глава 37. Роман
В одном из самых модных в этом сезоне ресторанов Москвы шумно и пахнет жженым. Только что, с огненными фонтанами и тортом поздравляли с днем рождения одного известного телеведущего.
— Ром, стейк прожаренный? Тебе нравится, милый?.. — спрашивает Ильяна и без лишних разговоров отбирает у меня вилку.
— Нормальный, — откинувшись на спинку стула, стискиваю челюсть.
Подцепляет говядину и отправляет себе в рот, смыкая ярко-красные, ровно обведенные губы.
— М-м, — закатывает глаза от удовольствия. — Это вкусно, любимый!
Дышу через раз от злости.
Переигрывает, пиздец. Ей бы в дешевые сериалы. На фига с этой музыкой связалась?
Вштыренная Дороти, активно жуя ярко-розовую жвачку, понимающе улыбается и обнимает Элтона. Узкая ладонь ныряет под воротник рубашки и тискает перекаченную грудь.
Это в принципе первые американцы, с которыми мне довелось пообщаться лично, поэтому смотрю на них как на гребаных инопланетян. Выглядят реально как сверхлюди: глянцевая, загорелая кожа, белоснежные зубы-импланты, волосы с неестественным блеском и брендовая, безвкусная одежда.
Усмехнувшись, пью колу из стеклянной бутылки.
Они, конечно, парочка — отпад. Два раза уже потрахались в туалете. Ни за что бы ни поверил, если бы не увидел сам. Решил сходить отлить, а там наши американцы в позе развороченного гамбургера. Со спущенными трусами и штанами.
Извинился, вышел.
И как ни в чем не бывало: фрики вернулись за стол, улыбаются, бухают.
В зале становится шумно. Я оглядываюсь на забурившуюся в ресторан толпу молодежи. Явно небедной, учитывая уровень заведения, которое выбрал Арчи для встречи с гостями. Девчонки снимают верхнюю одежду, стряхивая мокрый снег. Галдят как чайки. Парни обмениваются рукопожатиями.
В Москве сегодня что-то типа Ночи Музеев. В городе много иностранцев и туристов, потому что в Третьяковке выставка мирового масштаба.
Смотрю на часы. Время пока есть.
«Готовишься, Гайка?» — пишу жене, которую сам отвез в Дом Фотографии.
«Ага. Волнуюсь, Ром. Сильно».
«Все хорошо будет. Я тебя люблю».
«Ты приедешь?».
«Да, но пока занят. Буду позже».
— Иля! Роман! У вас эксклюзивные отношения? — интересуется Дороти, по-американски широко при этом улыбаясь.
Ильяна кидает на меня слегка растерянный взгляд. Она не очень понимает английский язык, чувствует себя не уверенно. Подтянув блестящее платье из латекса, все время пытающееся соскользнуть с груди из-за отсутствия лямок, хватает бокал с Аперолем и жадно пьет, оставляя ответ за мной.
— В каком смысле? — доброжелательно уточняю.
— «Эксклюзив» — это когда вы только вдвоем, — объясняет Элтон. — Значит, не допускаете третьих партнеров, измен и свинга. Мы с Дори сторонники не эксклюзивных отношений. Любим… пощекотать друг другу нервы. Часто посещаем кинки-пати. Это помогает расширить собственные границы и больше узнать партнера, если вы понимаете, о чем я.
— Конечно, понимаю, — Пиздец. Извращенцы драные. — Нет. У нас… хм… эксклюзив.
Этого еще не хватало!..
— Да-да, — наконец-то доходит и до Молекулы. — Эксклюзив. Никаких кинки-пати.
— Оу. Эксклюзив?! Это же немодно?..
— Абсолютно не современно, — вторит Дороти, тряся пальцами, будто представляет что-то мерзкое. — Как вы можете почувствовать этот мир, если спите только друг с другом? Вселенная многообразна. Человек счастлив, только когда исследует грани собственных ощущений.
Они улыбаются друг другу.
— В Голливуде при условии эксклюзивности пары уже не попасть ни на одну более или менее приличную вечеринку. Только свободное поведение и современность взглядов. Вы слышали про Пи ДиДи?
— Это у которого… сто литров массажного… ммм… масла нашли? — включается Ильяна, кое-как подбирая слова.
Американцы смеются.
— Его вечеринки самые известные. Это бывает очень… горячо, — абсолютно не смущаясь, произносит Дороти.
— Очень, очень горячо! — подтверждает ее муж.
Мы с Ильяной переглядываемся. Щеки у рыжей чуть краснеют. Глаза загораются.
Арчи расслабленно покуривает кальян и наблюдает за нами. Практически не вступает в диалог.
Полдня мы катались по Москве, сменяя локации и записывая короткие видео. Красная площадь, Зарядье, Воробьевы горы, Сити. Делали фото, тут же публикуя их на свои страницы и ставя отметки геолокации. Самые оголтелые фанатки оперативно создали закрытые каналы, отслеживали наши перемещения. Кое-кто преследовал по пятам.
Здесь мы оказались, договорившись, что не будем рассекречиваться, чтобы больше не нашли.
Через три часа старт продаж.
Через три часа все решится.
И закончится… Я надеюсь.
— Арчи, — обращается к продюсеру Элтон.
— Да.
— А в Москве есть что-то похожее?.. Закрытые вечеринки для своих?.. Можешь организовать нам с Дороти отдых? Мы хорошо заплатим!..
— Зачем же платить? Вы наши гости, — выхватывает из кармана телефон Арчи. — Сейчас договоримся. Знаю одно такое местечко. Но попасть можно только с разрешения хозяина. Никаких клубных карт.
Пока все обмениваются любезностями, набираю Антохе. Телефон недоступен. В мессенджерах был в последний раз четыре дня назад. Все это напрягает. Вроде как, мы в ответе за тех, кого приручили?.. Но он отдельный человек со своими мыслями и целями.
— Ты с нами, Ром? — Ильяна касается стрелки на брюках.
Постоянно так делает. Выводит. Но я не ведусь. Отпрыгивающую в сторону кисейную барышню из себя не корчу. Просто игнорирую ее прикосновения.
— Куда? — запариваюсь.
— На закрытую вечеринку. Кинки, шибари… Слышал о таком когда-нибудь?
— Возможно.
— Я сама никогда не была, — тараторит. — Но уж очень интересно посмотреть, что там и как. Тем более с американцами подольше затусить. Моя помощница сказала, после их отметки на меня три тысячи человек с иностранными аккаунтами подписались. Ты не смотрел свой прирост?
— Нет.
Она смеется. Легко так, ненавязчиво.
— Тебе, наверное, надо у Наташи отпроситься?
— В смысле?
— Ну… на вечеринку, — играет глазами.
— Я не собираюсь там ни в чем участвовать. Зачем отпрашиваться?
— А смотреть типа можно? — смеется звонко. — У меня мужа не было. Я не знаю, как там у вас в браке…
— Нормально у нас. Полное доверие.
— Окей, Ром. Тогда… едем?
Задумавшись, растираю лицо ладонями. День сегодня важный. Тем более люди, говорят, подписываются. Завтра зашлю деньги на расчетный счет Гафта и пошлю их всех на хуй.
— Долго думаешь, Березовский, — крутя тонкую ножку бокала, подначивает Ильяна. — Все-таки у жены спросишь, да?.. Боишься сковородкой получить?..
— Ничего я не боюсь, — ровно произношу. — Поехали.
Рассчитавшись за стол, прячу бумажник в карман и натягиваю утепленный бомбер. Молекула хватает длинный кожаный плащ и ждет, глазами указывая, чтобы поухаживал. Скрипя зубами, помогаю.
Элтон в мохнатой шапке и Дороти в соболиной шубе выглядят максимально нелепо. Специально нанятая охрана провожает их до микроавтобуса, а мы садимся в Мерседес.
— На хрен нам сдалась эта вечеринка? — тут же спрашиваю у Арчи.
— Ты ведь все слышал. Кей захотели. Опять я виноват?
— Не виноват…
Мы несемся по вечерней Москве, следуя за микроавтобусом с проблесковыми маячками. Невзирая на пробки и перекрытия дорог. Все дальше уносясь от Дома Фотографии.
Я успею — успокаиваю себя.
А завтра все закончится.
— Телефоны в клубе надо будет сдать, — предупреждает Арчи. — Такие правила, Ром. Позвони сразу, куда хочешь.
— Я максимум на час, — сообщаю, заходя в список контактов. — Кстати… Ты не знаешь, куда Антоха пропал?