Измена.ru (СИ)

— Ты сама видела? Или рассказал кто? Рома ведь человеком большим стал. А там, где деньги всегда плохие люди водятся.
— Нет, я сама не видела.
— Ну вот видишь. Не руби сплеча, девочка моя. Такая любовь, такие вы у меня хорошие, умные. Молодцы! Я всем своим ученикам вас в пример ставлю. Уехали в Москву, по телевизору вон Рому все время показывают. Важный такой, будто никогда математику не списывал.
Я смеюсь сквозь слезы.
— Помиритесь, — позитивно завершает мысль Галина Семеновна.
— Не знаю…
— Семейная жизнь — это нелегко. Бывает и такое. Недопоняли где-то друг друга, вовремя не поговорили. Бывает, милая…
Не знаю как, но я впервые за несколько дней от этой поддержки успокаиваюсь.
— Можно я у вас посплю, пожалуйста?
— Конечно, дорогая! Я тебе сейчас у сына в комнате постелю. Он как в рейс свой уехал полгода назад, до сих пор не появлялся. То из Европы позвонит, то из Африки. А я тут все одна. Михаила Николаевича как похоронила пять лет назад, все одна теперь, Наташенька…
Я, слушая тихое повествование, скидываю толстовку и распускаю заплетенную наспех косу. Иду в ванную комнату и умываюсь холодной водой, а потом ныряю под теплое одеяло и в эту же минуту отключаюсь.
Сон прерывается телефонным звонком. Ничего не понимая, ищу мобильный в рюкзаке и быстро отвечаю:
— Да…
— Наташа!
— Что?
— Это Настя. Ты где?
— Я?.. Далеко.
— В смысле, далеко? — спрашивает она раздраженно. — Ты нам срочно нужна. Гафт тут тебя требует.
— Что значит требует?
Приподнявшись, пытаюсь хоть немного прийти в себя. Какой сегодня день? Сколько я проспала?
— То и значит, — тараторит Настя. — Наше аутсорсинговое агентство послал на три буквы. Сказал, что дальнейшее общение только через Наталью. Он ждет в шесть. У себя в офисе.
— Сегодня? — удивляюсь. — В воскресенье?
— Наташа! Ты там пьяная, что ли? Сегодня понедельник!
— Понедельник?
Это что? Я сутки спала?
— Скинь мне адрес, я за тобой водителя отправлю.
— Хорошо, — вздыхаю обреченно, а потом что-то колет в груди. Предчувствие, что ли. Тихо зову: — Насть?
— А?..
— Рома знает? Это он сказал мне позвонить? — выпаливаю и закусываю нижнюю губу от волнения.
Настя молчит. У меня сердце, словно хрупкий лед, на две части раскалывается. Одна — молит, чтобы это было так! Чтобы Рома скучал по мне так же, как и я по нему. Спать и есть не мог. Вторая же часть знать больше его не хочет.
Прижимаю ладонь к груди, чтобы дышать было полегче.
— Ну? — повышаю голос. — Насть?!
— Нет, Наташ. Это Арчи… Рома категорически запретил с тобой связываться.
  
Глава 31 Наташа
 
Прощание выходит поспешным и каким-то смазанным. Мыслями и чувствами я уже в Москве. Новое потрясение слегка оглушило.
Рома оторвал меня от себя окончательно?!.. Насовсем?!
Повесив рюкзак на плечо и бездумно приняв кулек с гостинцами, я целую Галину Степановну в сухую щеку и выхожу из квартиры.
Служебный автомобиль замечаю сразу, однако невольно торможу, когда вижу за рулем незнакомого человека.
— Здравствуйте, — приветствую, когда он выходит из машины.
— Наталья?
— Да, а где Антон?
— Уволился, вроде, — невозмутимо пожимает плечами, открывая для меня заднюю дверь, и представляется: — Вячеслав.
Я ныряю внутрь и ставлю свои сумки рядом на сидение.
Антон уволился? Чего еще я не знаю?
Новый приступ обиды и тоски забивает горло острыми иглами. Тихонько шмыгнув носом, я отворачиваюсь к окну.
Возвращение в Москву, к проблемам и беспросветной боли стремительное, как скорость гиперзвука. От него закладывает уши, а в груди быстро закручивается тревожная воронка. Я понятия не имею, для Чего Гафт требует меня к себе. Я теперь вообще ничего не знаю!
Осознание, что меня незаметно выдавили из команды и из жизни Ромы душит слезами.
— Вас сразу к Гафту?
— Нет, сначала дамой.
Диктую ему адрес и набираю Арчи. Продюсер отвечает мгновенно, но я слышу, что куда-то торопится — дыхание сбитое, из посторонних шумов чьи-то удаляющиеся голоса и хлопок двери. Возможно, выходит из офиса, чтобы Березовский не услышал нашего разговора.
  
— Наташа? Ты уже едешь?..
— Да. Что у вас там случилось?
— Ничего страшного, — отвечает поспешно, но волнения своего скрыть не может, отчего еле заметно заикается, — там небольшая проблема с отчетом. Его финансисты доебались.
— Какая проблема? Цифры неправильно указали?
— Пф-ф-ф... да... — продолжительно выдыхает, вероятно, закурив, — Они нашли расхождения в цифрах, ну и... у нас просрочка по выплатам небольшая пошла...
— Что?! — ахаю я, — Какая просрочка?! Откуда?! У вас что, денег нет?!..
Волосы на моей голове встают дыбом. Мы ведь подписали сотни договоров, обязательств и расписок. Согласились на космические неустойки в случае просрочки выплат дивидендов. А сейчас Арчи как ни в чем ни бывало сообщает мне о том, что они не позаботились вовремя перевести деньги?!
— Это недоразумение. Мы тут вообще не виноваты. — говорит, постепенно повышая голос, — Скажи ему, что деньги будут в течение недели.
— Какое недоразумение?! Вы в своем уме?!
— У агентства «Прайм-Медиа» проблемы с налоговой. Идут проверки, а наши бабки застряли на их замороженных счетах.
— Ужас!.. А почему вы не проверили их репутацию?
— От тебя ничего особенного не требуется, Наташа, — игнорирует мой вопрос. — Успокой старика, скажи, что в течение нескольких дней все решится.
— А если не решится? Мне снова к нему ехать?..
— Решится! Я подключу связи, и мы выдернем оттуда наши бабки! — заявляет Арчи уверенно.
— Хорошо, — отключаюсь и выхожу из машины, едва она останавливается напротив моего подъезда.
Дома очень быстро мою и сушу волосы, замазываю синяки под глазами тоном и надеваю белую блузку и брючный костюм. Затем вынимаю из шкафа купленные Ромой мне в ЦУМе дорогущее пальто, ботинки и сумочку к нему.
— Можем ехать, — говорю Вячеславу, усаживаясь в машину.
Центр Москвы стоит, и пока мы ползем в пробках, от волнения я едва не разваливаюсь на куски. Расшатанное за последние несколько дней мое эмоциональное состояние не сделает из меня эффективного переговорщика. Я не представляю, как буду держать удар, если он последует.
— Вот здесь парковка, — указываю на въезд на территорию бизнес-центра.
Меня ждут. Тут же пропускают и даже провожают до лифта. Секретарь встречает дежурной улыбкой и сразу предлагает пройти в кабинет ее начальника.
Кончики моих пальцев ледяные.
— Здравствуйте, Константин Александрович, — сиплю, почти не слыша сама себя.
Гафт сидит за столом. На носу очки, пиджак висит на спинке стула.
— Добрый вечер, Наталья, — гостеприимный взмах ладонью, — проходите, присаживайтесь.
Бесшумно шагаю к столу и усаживаюсь напротив него. Кладу руки на стол, но, заметив, как они дрожат, опускаю их на колени. Гафт это, кажется, замечает и жестко усмехается. Я нервно сглатываю.
— Вы ведете нечестную игру, Наташа.
— У нас не было умысла обмануть вас, — отвечаю пылко, — Я только что говорила с нашим продюсером. У аутсорсинговой компании некоторые проблемы с выводом средств.
— Я не хочу иметь к этому никакого отношения, — холодно отбивает мужчина, — мне неинтересно.
— Меня заверили, что в течение недели — максимум десяти дней, вы получите все дивиденты. Более того, мы готовы выплатить неустойку по просрочке, как это указано в соответствующем договоре.
— Ваш финансист прислал липовый отчет, — продолжает металлическим тоном, — расхождение в суммах более десяти процентов. Вы занимались отчетом, Наталья?
— Нет. Я не бухгалтер. Я ассистент.
— Ну, конечно, — улыбается, однако улыбка глаз его не касается, — Я даже не сомневался.
— Это правда! — восклицаю я, — Всей отчетностью тоже занимается аутсорсинг!
Гафт откидывается на спинку стула и расслабляет узел галстука. А затем снимает очки и, небрежно бросив их на стол, склоняет голову набок.