Топить печаль в бушующем пламени (СИ)

Шэн Линъюань оглянулся и непонимающе посмотрел на него.
— Что ты имеешь в виду?
Сожженная одежда Сюань Цзи лохмотьями свисала с него и больше напоминала обноски нищего. Джинсы промокли и были заляпаны грязью. В таком виде юноша сильно походил на представителя какого-нибудь неформального молодежного движения. Произносимое им «вы» звучало очень почтительно, но скрытый смысл этого слова был резким и беспощадным. В его улыбающихся глазах мелькала настороженность.
— Я только что задал вам вопрос, — улыбнулся Сюань Цзи и вновь посмотрел на Шэн Линъюаня. — Может быть, демоны плохо поели в тот день, или у них была аллергия на колдовство.
Шэн Линъюань подумал: «Этот маленький демон полон энтузиазма, но в его сердце таятся коварные замыслы. Еще немного, и его крылья выжгут здесь все дотла».
Очень хорошо.
Люди, у которых слишком горячее сердце, долго не взрослеют. Для них, как и для Алоцзиня, нет хорошего конца.
— Мой учитель не оставил свое имя в истории? — неожиданно спросил Шэн Линъюань.
— Ваш учитель… Эм, можно сказать, прославился, — Сюань Цзи попытался припомнить все, что читал когда-то в юности, во время учебы. — Наставник императора Дань Ли лицом был похож на хорошенькую девушку. Он не был охоч до денег и редко занимался с императором У. Долгие годы он строил различные заговоры, чтобы помочь императору восстановить страну и вернуться в столицу. А через пять лет после этого был казнен…
Последнее предложение часто встречалось на экзаменах. Сюань Цзи чуть было не выпалил его целиком, как вдруг вспомнил, с кем говорит, и едва не прикусил кончик языка.
Через пять лет его обезглавили.
Да, среди «великих достижений» императора У было еще и убийство учителя.
В глазах Шэн Линъюаня плескалась безмолвная темнота, и свет, отражавшийся в них, был подобен блеску пламени, отраженному от глыбы льда.
Сюань Цзи лишился дара речи. Он быстро сменил тон, притворился невежественным и сказал:
— Ну ладно, он что, действительно был таким красавцем? Вы знали, что если написать в учебниках истории: «лицо, как у хорошенькой девушки», то одна только эта фраза будет висеть в «горячем» еще пятьсот лет. Я видел несколько телесериалов с его участием. Дань Ли очень почитали при дворе, он даже женился на Мэри Сью1. Но я так до конца и не понял, кем же он был на самом деле.
1 Мэри Сью — архетип персонажа, которого автор наделил гипертрофированными, нереалистичными достоинствами, способностями и везением.
— Что…? — В голове Шэн Линъюаня был настоящий туман. Увидев сощуренные глаза Сюань Цзи, он понял, что тот снова был несерьезен. Он покачал головой и отвел взгляд. — Дань Ли не был женат. Рядом с ним был только один доверенный человек2. Мне неудобно произносить имя девушки за ее спиной, но это вовсе не Мэри Сью. Современным людям так нравится наговаривать на древних?
2 红颜知己 (hóngyán zhījǐ) — близкая подруга мужчины (без любовных отношений), доверенное лицо.
Сюань Цзи мгновенно оживился.
— Не волнуйтесь, эти сплетни не имеют к вам никакого отношения.
Шэн Линъюаня закатил глаза. Выражение его лица было немного странным, словно он находился в смятении3.
 3  啼笑皆非 (tíxiàojiēfēi) — в смятении чувств, обр. и горько и смешно. 
— Потому что в книгах по истории говорилось, что у вас был… Более величественный облик.
Его рост составлял девять чи. Он возвышался над людьми, как Небесный царь и мог с легкостью разрубить человека пополам, как дыню.
— Эээ… Порой честность может хорошо защитить от сплетен о личной жизни. Стоило бы любой девушке увидеть ваш потрет, и ни одно девичье сердце больше не билось бы, как прежде.
Шэн Линъюань редко терял дар речи, но сейчас ему действительно нечего было ответить.
— … Спасибо за снисхождение.
Когда он улыбнулся, лед в его глазах, казалось, пошел трещинами. Он говорил об учителе, которого сам же и убил, но оставался при этом совершенно спокойным. Тон его голоса был точно таким же, как у ученика средней школы, праздно рассказывающего родным о своем классном руководителе. Сюань Цзи на мгновение усомнился в подлинности исторических книг. Ведь у императора У вовсе не было свирепого лица и бороды.
  
Может быть, слухи о «кровавой расправе над учителем» тоже были придуманы более поздними поколениями для привлечения всеобщего внимания?
— Наставник императора, Дань Ли, каким человеком он был?
Шэн Линъюань прищурился, вглядываясь вдаль и прислушался к прозвучавшему вопросу. Морщинки, собравшиеся в уголках его глаз, когда он улыбнулся, внезапно разгладились.
Помолчав немного, он продолжил все тем же вежливым тоном:
— Он… Ах. У него был удивительный талант к военному делу4, я вырос с ним, он учил меня. Много лет спустя, после его смерти, люди все еще строили для него храмы5. Они считали его богом. Они продолжали делать это, даже несмотря на запреты, и мне пришлось издать указ: «Незаконное сооружение храмов понесет за собой смертную казнь. Осмелившиеся изображать Дань Ли, будут рассматриваться, как организаторы заговора и восстания против императора».
4 文韬武略 «Гражданские секреты и военные стратегии» (отсылка к книгам по стратегии «Шесть секретных учений» (六韬) и «Три стратегии» (三略)).
5 祠堂 (cítáng) — храм предков, воздвигнутый в честь предков семьи или крупного деятеля, напр. Конфуция.
Ветер в долине внезапно переменился, обдав вынужденных наблюдателей холодом.
Шэн Линъюань стоял, опустив руки, и его взгляд все еще был устремлен вдаль. Внезапно, там, куда он смотрел, все начало рушиться. Его воспоминания становились все темнее и темнее, они все глубже погружались во мрак, но, вопреки ожиданиям, его выражение лица ни капли не изменилось.
— Ты думаешь, что мы слишком легко сбежали от демонов? Так и есть. Если я правильно помню, сейчас Дань Ли должен быть где-то поблизости. Он с таким трудом поставил меня на ноги, естественно, он не мог позволить мне умереть.
Сюань Цзи был так потрясен, что совсем забыл про вежливость.
— Ты имеешь в виду…
— Я думал, что просто сбегаю. Демоны гнали меня до земель клана шаманов. С двенадцатью лучшими телохранителями мы пытались прорваться с боем, и все они умерли за меня. Но на самом деле все опасности, подстерегавшие меня на пути, были тщательно продуманы. — Глаза Шэн Линъюаня не улыбались, но губы дрогнули в усмешке. — Маленький демон, ты весьма находчив, но запомни, в этом мире не бывает совпадений.
Похоже, Его Величество был не только атеистом, но и сторонником теории заговора.
Однако у Сюань Цзи не было времени думать об этом. Весь мир внезапно рухнул к их ногам. Сюань Цзи схватил Шэн Линъюаня, и они провалились еще глубже. Все тело охватило ощущение невесомости. Сюань Цзи едва сдержался, чтобы не раскрыть крылья, и полностью сосредоточился на борьбе с чужими воспоминаниями, заполонившими его сознание.
Во времена войны, хотя человеческая раса и превышала количеством расу демонов, им все равно не хватало боевой мощи. Монахи понятия не имели, сколько лет им требовалось посвятить практикам, к тому же эти их буддийские учения… Они едва могли противостоять демонам. А стоило обычному человеку столкнуться с чудовищем или призраком, как он, в большинстве своем, оказывался убит.
Маленький демон задержал дыхание, с трудом подавив поднявшийся изнутри гнев, и, наконец, увидел, реальное положение дел.
В те времена императорский род оскудел и человечество превратилось в стаю драконов без головы6. Отчаявшимся людям оставалось лишь положиться на смутное пророчество, даже если главный герой его был всего лишь подростком. Единственный шанс преломить ситуацию — это помогать всем, чем только можно. В этом деле клан шаманов играл очень важную роль.
 6  群龙无首 (qúnlóng wúshǒu) — стая драконов без главы (обр. в знач. остаться без лидера; остаться без вождя).