Жестокий Король (ЛП)

Никаких шуток. Скаут остановил его маму в торговом центре и попросил, чтобы его представляло их агентство.
— Эй, сумасшедшая негодяйка! — он тычет меня в руку. — Мы можем проучится выпускной год, а ещё можем поделать кое-что на стороне.
Я закатываю глаза.
— Разве все должно иметь для тебя сексуальный смысл?
— Да, черт возьми. Выпускной год, взрослая сексуальная жизнь, детка.
Я пожимаю плечами. Неизлечимый Дэн.
На мгновение я теряюсь в толпе студентов, спешащих. Половина выглядит взволнованной — в основном первокурсники — в то время как другая половина выглядит так, будто их вытащили из постели.
Ох, я принадлежу ко второй половине. Большое спасибо.
Еще один год.
Еще один год, и я покину это дерьмовое шоу.
Дэн останавливает меня на той стороне зала, где студенты просачиваются и рассказывают о том, как весело они провели лето. Некоторые бросают осторожный шепот в мою сторону, но он редкий и на расстоянии.
Возможно, я и Клиффорд, но в школе я не такая уж и важная персона.
Надеюсь, что новости о несчастном случае скоро утихнут, и я смогу вернуться к своей милой невидимой личности.
Проблема в том, что в ту ночь произошло два несчастных случая. Загорелся особняк, когда меня сбила машина.
У нас есть группа в Фейсбуке для студентов школы, в которой присутствия учителей и совет администраторов запрещены. В упомянутой группе некоторые предположили, что водитель поджег особняк, а затем, убегая, сбил меня.
Другие дураки предположили, что я сообщница, поскольку Клиффорд и Кинг, враги. И черт, оказывается, особняк принадлежит Джонатану Кингу.
— Ты вернулась из мертвых, — Дэн снова треплет мне волосы. — Одно это заслуживает празднования. Я отложу свою встречу с Синди, если ты захочешь взять жирный чизбургер у Элли?
— Вау, — выдыхаю я в притворной реакции, кладя руку на грудь. — Ты бы мог отложить свои сексуальные капризы ради меня? Не думала, что ты так сильно меня любишь, жучок.
— Я знаю, верно? — он притворяется печальным. — Жертвы, на которые приходится идти ради дружбы. Лучше назови своего первого ребенка в мою честь.
Это вызывает у меня смешок, даже когда я не в настроении. Это способ Дэна подбодрить меня.
Помимо лагеря футбольной команды, Дэн провел лето, делая реабилитационные сеансы менее скучными и заставляя меня смеяться при каждом удобном случае.
Он не произносит этого вслух, но я знаю, что он чувствует себя виноватым за то, что оставил меня одну в ту ночь. Я пыталась сказать ему, что это не его вина, но Дэн останется просто Дэном.
Верным до конца.
Моя тень тоже виновата.
А быть может, все, наоборот. Я, невидимка, так что я, вероятно, тень в этой дружбе.
Еще один год, и мы оба станем свободны от наших родителей и их ожиданий.
Свобода. От одной этой мысли по моим венам разливается неожиданная энергия.
Мы с Дэном продолжаем наш путь, разговаривая о занятиях.
Старая архитектура школы не умаляет от своей глупой грандиозности. Здание, построенное во времена правления Короля Генриха IV в 14 веке сначала использовалось для подданных Короля, а затем перешло под власть аристократов и старых денег.
Огромные арки и каменные, полузасыпанные коридоры навевали ветерок прошлого, смешанные с современностью присутствия. Школа имеет десять башен, каждая из которых посвящена определенному уровню. У старшеклассников четыре. У первокурсников и второкурсников три.
КЭШ — это именно его название. Королевская Элитная Школа. Частная школа из всех школ. Но здесь дело не только в деньгах. Если у тебя нет мозгов, которые идут на папин банковский счет, то тебе не рады в его стенах.
Здесь самые жесткие вступительные экзамены в стране, и они очень избирательно относятся к тому, кого принимают в свои ряды.
Наверное, мне повезло.
Или нет.
В зависимости от того, как на это посмотреть.
Во-первых, образование здесь может помочь мне освободиться от папы. Но имеет ли значение, что я здесь из-за него?
— Итак, вечеринка в эти выходные? — спрашивает Дэн, покачивая бровями.
— Вау. Ты действительно думаешь, что я пойду на вечеринку после того, что случилось на последней вечеринке, на которой мы были?
 
— Ты не можешь позволить им сбить тебя с ног. Держу пари, они хотят, чтобы ты перестала веселиться.
— На меня наехали, Дэн. Почти уверена, что они хотели меня убить, а не мешать мне веселиться.
— Думаешь, это тот же самый человек, который вызвал помощь и рассказал о тебе как можно больше подробностей?
— Я не думаю, что это один и тот же человек.
Моим «спасителем», как мы с Дэном называли его, был тот, у кого на предплечье была татуировка в виде звезды. Что-то вроде звезды в татуировке Солнце, Луна, Звезда, которую мама сделала для меня.
Спасатели не нашли никого рядом со мной, когда приехали за мной.
Дэн изучает мое лицо.
— И ты до сих пор, всё ещё ничего не помнишь?
Я отрицательно качаю головой.
Из-за пожара полиции не удалось получить никаких записей с камер наблюдения.
Факты таковы: в ту ночь меня накачали наркотиками, а затем сбила машина. Результаты анализа крови показали, что я получила значительную дозу Экстази и немного Кокаина.
Я думаю, что папа злился из-за наркотиков, и, следовательно, из-за своей репутации больше, чем из-за того, осталась ли я жива.
Папа думал, что я употребляю наркотики по собственной воле. Ему не нужно было этого говорить, чтобы я это почувствовала. Он думает, что я полный позор фамилии Клиффорд.
Все, что он делал, это давал мне пощечины с помощью многочисленных методов лечения, преодоления, поддержания. Как будто я машина, которая должна снова начать работать после того, как несколько механиков посмотрят в нее.
Он сделал то же самое после смерти мамы. Он никогда не останавливался, чтобы спросить, не хочу ли я поговорить с ним, а не с какими-то незнакомцами.
Чтобы занять себя, я навещаю заместителя комиссара, друга отца, и настаиваю на поисках ублюдка, сделавшего это со мной.
Если они думали, что я съежусь в своем панцире и стану черепахой, у них на руках окажется чертова черепаха-ниндзя.
Ладно, это было неубедительно, но все мои сравнения таковы.
У нас с мамой было немного денег, но у нас было свое достоинство. Она учила меня никогда не отнимать чужие права других людей, но и не позволять им отнимать мои собственные.
Если ты не нанесешь ответный удар, люди будут топтать тебя со всех сторон, Звездочка.
Возможно, мамы здесь больше нет, но ее слова, моя мантра.
— Ты, все, что у меня есть, так что не делай из меня придурка, — Дэн бьет меня кулаком, и мы выпускаем звук, напоминающий «Большой Взрыв». — Оставайся всегда такой же сильной, негодяйка.
— Сила это все, что у меня есть, приятель, — я толкаю его плечом. — Я не всегда была такой богатой и опрятной, как ты.
— Да, Мисс Ист-Лондон. — он ухмыляется, отдавая честь и указывая на шкафчики футбольной команды. — Я здесь. Увидимся в классе.
Я машу ему двумя пальцами и иду дальше по коридору. Энергия течет по моим венам при мысли, что все это скоро закончится.
Еще один год.
Я направляюсь к классу, когда чья-то рука хлопает по дверному косяку рядом с моей головой. Высокая рама загораживает мне вход.
Мое зрение переключается на источник, и я замираю. Кажется, все в классе тоже перестали ходить и разговаривать.
Леви Кинг.
Те же гипнотические глаза, что толкнули меня на грань смерти, смотрят на меня со странным блеском. В прошлый раз я видела интерес, смешанный с угрозой, но теперь это полный расчет.
— Чего тебе? — рявкаю я и слышу вокруг несколько вздохов.
 
Никто не огрызается на Леви Кинга. Ученики здесь спотыкаются о себя, чтобы он был счастлив и уютен на своем дурацком троне.
Я благодарна, что мой голос содержит всю ядовитость, которую я испытываю к этому ублюдку.
Он знал, что меня накачали наркотиками, и все равно вышвырнул меня на охоту и оставил умирать.