Соседи. Спасти планету и (не) влюбиться
Я вздохнула:
– Об этом я и толкую. Наша команда собрана из лучших и тех, кто реально умеет действовать и путешествовать на поверхности. Многие туда, в принципе, не вылезали, кроме как отражать атаки врагов. Мы же с Градом были в разрушенном городе, и представляем – как нужно действовать. Ты, Андерс, как нельзя лучше подходишь для научного сопровождения. Ты не ботаник, и не лабораторная крыса. Признаю. Ты тоже – воин. При этом еще имеешь личные способы понять, где атака и как ее отражать. Остальные парни тоже лучше других подошли для такой миссии, мы это знаем. Но мало быть каждому нужным и важным. Следует еще и уметь работать совместно. Давайте постараемся отложить на потом все наши сложные и непонятные отношения. Я все равно пока не могу выбрать. И сейчас, сегодня этот вопрос не решится. Вы оба мне по-своему дороги, симпатичны и вызываете много чувств.
Мужчины переглянулись. Град кивнул Андерсу: мол, валяй. И тот произнес:
– Я люблю тебя, Телла. С первой же встречи, когда ты впервые пришла к нам в научный центр. Тебя тогда только назначили генералом. Я помню твою прическу – она была тогда еще короче сегодняшней, помню и немного вызывающие манеры. С тех пор ты для меня – единственная и неповторимая. Я пытался забыть тебя тысячу раз, пытался не думать о тебе, но не вышло. Так что да, я буду ждать выбора.
– Я тоже всегда тебя любил, Телла, – сказал Град. – И ты это знаешь. За тебя я погибну, убью. И да, я дико тебя ревную к ученому. Да, в принципе, страшно ревную к любому, кто посмотрит на тебя неравнодушно или на кого ты так посмотришь.
– Мы оба ревнуем, – вздохнул Андерс. – И, признаю, ты совершенно права. Это ужасно мешает продуктивно работать.
– Поэтому давайте пока действовать так, словно мы – просто хорошие друзья и товарищи. Идет?
Я посмотрела на Града, и перевела взгляд на Андерса – закивали. Фу-уф… Ну это уже что-то!
– Вы сможете?
– Да, – твердо произнес Град.
– Это важно, – вторил ему Андерс.
– Тогда в машину! Судя по карте, очень скоро выход на поверхность и там у нас уже права на ошибку не будет. Зазевались, отвлеклись – здравствуй, могила.
– Что правда, то правда, – вздохнул Гаоль.
– Разберемся! – пообещал Сил. – Мы и не с такими заданиями справлялись.
– Вот и отлично! Мне нравится подобный настрой! – улыбнулась я. – Ну, вперед? Давайте сделаем уже этих тварей! Добудем данные и их уроем! Вернем себе землю и старые города! А тварей станем демонстрировать в клетках, потому что коллеги Гаоля сделают их видимыми, наконец-то!
– Погнали! – поднял руку Сил.
– Погнали! – коротко кивнул Андерс.
Мы обменялись бодрыми взглядами, улыбками и сразу стало полегче. Исчезло это гнетущее напряжение между нами троими, и недосказанность, которая порой хуже отказа. Если тебе дают от ворот поворот, по крайней мере, это уже хоть какой-то ответ. Ты можешь смириться, или бороться, но у тебя есть на что опереться. А непонятки, недоговорки, и все эти хождения вокруг да около – они ж любого доведут до истерики.
Мы вернулись в машину, расселись, и Гаоль сорвал транспорт с места, а уже спустя пятнадцать минут, мы выезжали наружу из люка.
Первым делом, как и тренировались, каждый настроил свой разрядный фиксатор и включил оповещение звуком. Теперь при появлении тварей прибор должен был тоненько запищать.
Новое устройство на какое-то время отвлекло меня от непривычного окружения.
Мы натаскивались использовать прибор, в том числе, и на симуляторах, что имитировали нападение тварей. Но я пока еще не успела привыкнуть к нему также, как к разрядникам на бедре и на поясе.
Однако же закончив с фиксатором и проверив, что все работает, я словно бы переключилась…
Впервые за десятилетия я ехала на машине прямо по полю.
И хотя я родилась на поверхности, жила там лет пятьдесят с хвостиком до попадания в другой мир, ощущения были самые странные. Непривычные, не скажу – неприятные, однако отчасти все-таки даже пугающие.
Было что-то такое в прохладном осеннем воздухе – звеняще-предупреждающее, тревожное.
В серо-синем небе, где кучковались тяжелые, плотные облака. Вроде бы даже и не грозовые – но какие-то нависающие, давящие…
Птицы кричали в небе надсадно и резко, словно уже звали на помощь.
Я поежилась, и Град среагировал быстрее Андерса.
– Все будет хорошо! Успокойся.
Гаоль уже только твердо кивнул.
Я подобралась, сконцентрировалась и ответила:
– Не сомневаюсь. Работаем, парни.
В эту минуту машина вместо того, чтобы ехать, внезапно притормозила.
Я вгляделась в дорогу и карту, которая транслировалась из коммуникатора Андерса.
– Тут была только одна грунтовка, – Гаоль встревоженно покачал головой, указывая на небольшую развилку, похожую на трезубец Тритона.
– Твари сделали еще две? – вскинул бровь Град. – А они учатся и пытаются действовать по обстановке. Догадались даже, что, если мы привлекаем столько внимания к этому участку – тут что-то важное. Раньше подобного за ними замечено не было. Плохо, выходит – они эволюционируют.
– Значит, уточню детали у роботов. Тут полно запущено, на всякий случай, – без суеты произнес Андерс. – Не волнуйтесь. Я подстраховался.
Мы постояли, пока коммуникатор Гаоля принимал сообщения от здешних роботов.
Наконец, он продемонстрировал нам картинки.
– Вот эта дорога ведет в болотистую местность. Твари пытались нас обмануть, чтобы машина увязла в трясине. Эта дорога уходит в посадки, но не те, что нам требуются – соседние. Хотя внешне они очень похожи. Едем сюда. Этот путь верный.
Гаоль завел двигатель – и мы снова понеслись вперед на воздушной подушке.
– Все-таки мне это совершенно не нравится, – произнес Сил. – Раньше твари не проявляли такой бурной деятельности. А теперь… Речной город, где они ловко обрушили укрепления, эти новые грунтовки ни с того, ни с сего…
– Они учатся. Как и мы, – я пожала плечами. – Учтем на будущее. Что еще сделать?
– Учтем, – выдохнул Град.
– Я слежу за показаниями роботов, – вклинился Гаоль.
– Еще неожиданности? – нахмурился Сил.
– Да. Кое-где выставлены камни с острыми концами, словно они пытались повредить нам машину. Приходится лавировать, исходя из только что полученных данных.
– Когда ты запрашивал старые?
– За полчаса до поездки.
– Ого! Так они только недавно, выходит, и начали все это делать? Прямо к нашему появлению? Вот так новость! Как они поняли – когда мы приедем?
– Не совсем так. В последние дни твари регулярно такое выкидывали. И очень часто – буквально раз по шесть-восемь в день. Именно поэтому я и запросил новые данные у роботов, а те просканировали путь. Расчистили для нас сложные участки…
– Кхм… Ну это еще куда ни шло. Следовательно, нашей внутренней информации у них нет. Просто почуяли, что этот участок нам важен – и начали стараться подгадить…
– Да, это точно. Но расслабляться не следует. В роще нам придется гораздо сложнее.
– Тоже ловушки?
– Похоже на то.
Машина приподнималась и опускалась, местами ехала на колесах, видимо, чтобы лучше огибать новые препятствия и буераки. Прямая дорога местами делала зигзаги и волны – похоже, твари и там постарались, и как-то подпортили нам грунтовку.
Гаоль затих и только рулил. Мы напряженно вглядывались в даль и отслеживали путь по карте, которая виртуальным полотном раскинулась из наручного коммуникатора Андерса.
Наконец, показались посадки.
Машина резко затормозила и вдруг закрутилась вокруг оси, как происходило, если силовая подушка не срабатывала правильно в момент внезапного изменения курса.
Мы вращались, словно на карусели, пока стабилизаторы не среагировали.
Наконец, остановились и замерли. Голова еще немного кружилась, но вроде бы вестибулярный аппарат сбоя не дал. И слава богу.
– Что случилось? – спросила я Андерса.
– Воздушная пушка, – ответил ученый.
– У тварей появились новые устройства? – удивился Град и снова нахмурился.