Беглая Землянка для Командора (СИ)

— Я поговорю с Кронусом и скоро вернусь, — шепчет, оглядываясь по сторонам, и исчезает в гуще толпы.
Зак, как всегда, напряжен. Он неотрывно сканирует зал, считывая любое подозрительное движение. Я чувствую, как дрожит его рука, сжимающая мою ладонь.
— Будь предельно осторожна, Марина. Здесь не место для прогулок, — ворчит он, не сводя глаз с мелькающих теней. — Иди, твой выход.
  
Скидываю плащ на руки Заку и медленным шагом направляюсь к одному из столиков, за которым пустует место. Пытаюсь расслабиться и сойти за свою, но безуспешно. Алое платье, которое еще недавно казалось мне верхом смелости и уверенности, теперь жжет кожу. Чувствую себя мишенью, выставленной на всеобщее обозрение.
На мое появление реагируют нетрезвые гуманоидные мужчины, пытаются познакомиться. Но я сразу даю понять, что здесь только ради игры. Делаю ставки на выделенные маурийцами деньги. И замираю в ожидании результата. Краем глаза вижу, что Кальверт уже вернулся и что-то втолковывает Заку. И мой мауриец недоволен. То ли Кронус не помог, то ли еще что стряслось. Не знаю, как действовать дальше, потому остаюсь на месте.
— Ваша ставка выиграла! — внезапно объявляет крупье, и я отрываю взгляд от братьев.
— Правда? Обычно мне не везет, — бормочу, сгребая фишки.
— Малышка, я постою рядом с тобой, ты фортовая! — на соседний стул падает здоровяк мауриец, цепляя меня локтем. — Прошу прощения! Я немного перебрал! — громко вещает и мы снова делаем ставки.
Стараюсь не пялиться на пьяного соседа, но его компания меня напрягает. Внезапно он подается вперед и абсолютно трезвым голосом шепчет мне на ухо:
— Если хочешь, чтобы твои знакомые ушли отсюда на своих двоих — ни звука! И не смотри на них! Как только сыграем этот раунд, иди за мной. Веринея ждет тебя.
Кровь отливает от лица, а уши закладывает. Мы искали эту гадину, придумывали стратегию, а она сама нашла нас! Да еще и шантажирует.
Понимаю, что против здоровяка у меня нет шансов. И даже знак не могу подать братьям! Ну что за скотство?!
Сердце бешено колотится в груди, грозясь вырваться наружу. Веринея… Она здесь и контролирует ситуацию. Пьяный здоровяк — ее подручный. Какой же я была дурой, думая, что смогу переиграть хищников в их же логове!
Крупье объявляет результаты, и не успеваю осознать, выиграла или проиграла, как здоровяк дергает меня за руку и кивает в сторону неприметной двери. Судя по всему, через нее в зал попадают служебные работники. Молюсь про себя, чтобы Зак заметил, что все пошло не так, и последовал за нами.
— Идем, — шепчет здоровяк, подталкивая меня в спину.
Выхожу из-за стола и иду за ним, стараясь сохранять спокойствие, но мне это плохо удается. Ноги абсолютно ватные, и мне кажется, что сейчас грохнусь в обморок. Отовсюду доносятся обрывки разговоров, смех, звон монет… Но я слышу только одно — стук собственного сердца, отбивающего похоронный марш.
Мы выходим в узкий темный коридор. В воздухе витает запах сырости и плесени. Проходим до конца и останавливаемся перед обшарпанной дверью, еле держащейся на петлях.
— Ну что, красотка, наигралась? Пора и честь знать, — мерзко улыбается и толкает меня внутрь комнаты.
Оказываюсь в тесной, задымленной комнате, обставленной дешевой мебелью. В углу тускло горит лампа, освещая лишь часть помещения. И тут я замечаю ее.
Веринея сидит в глубоком кресле, закинув ногу на ногу, и курит. Ее темные волосы заплетены в замысловатую косу, а зеленые глаза смотрят на меня с холодной усмешкой. Она выглядит спокойно и уверенно, словно хозяйка положения. И только кончики ушей нервно подрагивают.
— Ну здравствуй, Марина, — произносит, выпуская клубы дыма под потолок. — Рада нашей встрече. В прошлый раз ты так ловко ускользнула, что я готова признать: недооценила тебя, землянка!
— Что будет с Заком? — выпаливаю, стараясь скрыть свой страх, но меня всю трясет.
Веринея смеется.
— Не волнуйся, с ним все в порядке. Пока что. Как и с Кальвертом. Но если ты сделаешь что-нибудь не так, им обоим не поздоровится. — Она делает еще одну затяжку. — Я так полагаю, ты уже в курсе нашей семейной драмы и хочешь понять, зачем мне понадобилось уничтожать невинных родственников?
Я молчу, ожидая продолжения. Очевидно же, что Веринее хочется выговориться, а мне это только на руку. Нужно выиграть больше времени для Зака и его брата.
— Не представляешь, как меня бесили чопорные родители Закариса! Такие правильные, приверженцы традиций. А я не укладывалась в их картину идеального союза, ведь мы с Заком не чувствовали друг в дружке пару. Только-то и всего! И из-за этого я постоянно выслушивала нотации: «Веринея, отпусти нашего сына, он тебе не пара. Веринея, Закарис может быть счастлив с другой, а ты занимаешь ее место!», — перекривляла чей-то голос, должно быть, матери. И тут же продолжила:
— И они добились своего. Мой любимый мужчина, без которого я не мыслила жизни, отвернулся от меня, разорвал помолвку! А ведь я уже спланировала торжество, пригласила друзей! Это было так унизительно…
Веринея с силой тушит окурок прямо об стол.
— И ты решила их убить из-за расстроенной свадьбы? Как можно было?! — не удержалась от возгласа.
А коварная маурийка только равнодушно пожимает плечами.
— Я лишь подсыпала Закарису немного специального порошка, а дальше он все сделал сам. И сейчас был бы в моей власти. После того, как я ему организовала бы побег с помощью Эльсорт. Корпорация должна была выкупить его, якобы для экспериментов и передать мне. Но он сбежал вместе с тобой и весь мой выверенный и идеальный план полетел коту под хвост!
Она встает с кресла и подходит ко мне, ее глаза горят безумным огнем.
— Но теперь все изменится, Марина. Ты поможешь мне вернуть Закариса или он умрет. Выбор за тобой!
Я стою, парализованная ужасом. Веринея — чудовище, хладнокровная убийца. И теперь она использует меня, чтобы добраться до Зака. Я должна что-то придумать, чтобы спасти его. Но что я могу сделать против такой силы?
***
— Что ты хочешь, чтобы я сделала? — спрашиваю, стараясь говорить как можно спокойнее.
Нужно выиграть время, оценить обстановку, хоть как-то понять, как отсюда выбраться. Веринея усмехается, словно я спросила самую очевидную вещь в мире.
— Ты убедишь Закариса вернуться ко мне. Скажешь ему, что не любишь его, и ваша встреча была ошибкой. И понимаешь, что мы с ним — созданы друг для друга. Скажешь, что очень хочешь вернуться домой, к учебе, и этот дикий мир не для тебя. Ты должна сделать так, чтобы он все понял и не пытался тебя вернуть. Иначе…, — она берет паузу и достает из-за спины небольшой кинжал, лезвие которого тускло поблескивает в полумраке, — …ты увидишь, как твой любимый умирает прямо у тебя на глазах.
С трудом проглатываю вязкую слюну. В горле мгновенно пересыхает. Я смотрю на кинжал и представляю, как он вонзается в сердце моего Зака, этого упрямца с рыжими волосами... И жуткая картина заставляет содрогнуться.
— Если я сделаю, как ты скажешь, Зак будет жить? И его брат? — переспрашиваю, едва ворочая языком.
— Конечно. Они оба будут в безопасности. Я даже сделаю так, что ваши с Закарисом дела пересмотрят и ты обретешь свободу. Но ты должна быть очень убедительной!
Понимаю, что Веринея не оставляет мне выбора. Либо Зак будет жить, либо… ничего. Стараюсь не думать о том, как буду скучать по маурийцу и умирать в одиночестве. Сейчас это не важно.
— Хорошо, — соглашаюсь, словно прыгаю с обрыва. — Я сделаю все от меня зависящее. Зак будет твоим.
— Отлично! — расплывается в улыбке Веринея, убирая кинжал. — Я знала, что ты умная девочка. Мой помощник проводит тебя обратно. И помни: одно неверное слово или движение — и ты станешь свидетельницей его смерти.
  
Киваю.
— И еще кое-что…, — Веринея вкладывает в мою ладонь крохотную капсулу, — на тот случай, если он заупрямится. Просто дай ему это выпить и скажи, что он должен уйти. Действует безотказно.
Сжимаю капсулу, и эта крошка обжигает руку. Я не смогу поступить с ним так… Я же не Веринея!