Мелкие трудности (СИ)

Но кто ж из кровососов готов несколько десятилетий жить вдали от цивилизации, как дикарь и давиться кровью животных, а так же полуживотных вроде меня? Среди паразитов, которые имеют мозги, таких найти тяжеловато. В первую очередь потому, что они прекрасно понимают свою паразитскую природу. И как не трудно догадаться старые, сильные и опытные вампиры интеллектом не обделены, тупые отсеиваются в первые десятилетия или их отсеивают их господа, чтоб не учудили чего, подставив их под удар. Как следствие вампирская «молодёжь» находится под контролем и не предпринимает попыток построить еду ровными рядами, показав кто тут главный. Точнее так обстояли дела до недавнего времени, а сейчас любители соснуть в ночи стали вдруг не с того не с сего борзеть и резать людей. Эх, лучше б педовками были и девочкам затирали, что те их личные сорта героина. Но имеем, что имеем.
Правда услышав от эра Блома со спутником, представившимся как Ришэ м'Эглиз, лекцию на тему вампирской угрозы и нашего долга, как благородных эров — защитников людей, я задал резонный вопрос:
-Они что, идиоты? Я их подсыла прямо на улице по голове отоварил. Наверняка они в курсе дела и сняли засаду.
-Ну вообще не обязательно — дежурно улыбнулся тонкими губами сухощавый и успевший поседеть эр — Вампирам всегда была свойственна некоторая самоуверенность и толика презрения к своим слугам, а так же людям вообще. Так что отловив этого пройдоху и отправив к вам, они могли перестать о нём переживать и всё же будут ждать. Хотя да, если бы вы просто согласились, а потом сообщили эру Блому, вероятность встречи была бы выше.
-Ага. И пошёл бы я туда при минимальном прикрытии поговорить с каким-нибудь лишенцем, который младшим наследником интересуется, знать не зная ни о какой засаде нежити — хмыкнул я.
-Иногда риск необходим — пожал плечами по всей видимости помощник герцога по оперативной работе.
-О, вы конечно же готовы рискнуть вместе со мной этой ночью у Рассветной башни? — приподнял я бровь.
-Внизу ждут вас одного, но на самой башне я буду — заверил меня сухощавый «особист».
-Ну не то что я хотел, но и то хлеб — осталось мне только хмыкнуть. Конечно в пасть вампирам шею буду совать только я, но и этот фуфлыжник будет не в кабинете сидеть с секретуткой — Что по прикрытию?
-Вечером дежурных стражников на башне сменю я со своими людьми и Брэмэном, учеником придворного мага. Галдрин после попытки допроса к сожалению не в форме, но его протеже вполне хватит на несколько огненных заклятий, а мы будем с арбалетами. Наконечники болтов — освещённое серебро.
-Ну а мне останется только подать сигнал для светопреставления, если их окажется слишком много или они будут слишком сильны. Годиться в принципе.
-Сначала было бы неплохо с ними поговорить и узнать…
-Хочешь с нежитью разговаривать, так иди сам — перебил я Ришэ, пользуясь местными культурными особенностями. Это на Земле солдату пришлось бы слушать агента ФСБ и брать под козырёк. Здесь благородный воин может слать таких деятелей в пешее эротическое путешествие, если их указания противоречат законам чести или его религиозным убеждениям. А общение с нежитью или демонопоклонниками в какой либо иной форме кроме боя насмерть тут в общем-то тот ещё зашквар — Я этих тварей согласен только на куски рвать.
Возможно такая жизненная позиция конечно не совсем верна. Стоило бы поиграть в шпионские игры, выведать побольше у кровососов, согласиться с ними посотрудничать, покормить дезинформацией и так далее. Но по мне это порочный путь. Он отвратителен для меня тем, что наверняка ведь попытаются шибко умного великана замазать в чём-нибудь кровавом и с душком после вербовки, чтоб с крючка не соскочил. И придётся таки замазаться под чутким руководством куратора м'Эглиза, который тоже будет владеть информацией и держать мои яйца железной хваткой в бархатной перчатке. Даже если я паранойу, ну нафиг. Ну а ещё мне просто не нравились шпионские пляски, в которых компетентные органы не ловят предателей, а играют в хитрые оперативные игры с двойными агентами и сами постепенно приобретают двойное нутро, позволяя кому надо вредить собственной родине, чтобы потом этот «кто надо» скормил врагу ложь или что-то типа того. И в итоге дело кончается тем, что вокруг бегает куча предателей под руководством циничных кураторов, которые пока что вредят, но вот потом обязательно помогут. Хрень это. Полная. Предатели должны висеть в петле, предварительно всё рассказав о тех, кто их склонил к измене. Точка. А в хитрые игры пусть играют другие, если охота.
 
Потому я в зверином обличье сейчас тихо крался рядом с крепостными стенами столицы герцогства, пытаюсь вынюхать или увидеть нежить, держась тени и низин среди пожухлой травы, а не шёл в полный рост, напевая что-нибудь о том, что чёрный вурдалак — это человечий враг, а так же краснорылый, лупоглазый, злой ночной мудак. И моё обострённое обоняние наконец учуяло запах человеческой крови с лёгким оттенком тухлятины. Вампиры всё таки решили ждать клиента, а не как разумные существа отказаться от затеи, потеряв связника. Хотя не стоит исключать и тот вариант, что всё они о провале своего человека понимают, но надеяться всё же, что я приду в надежде на встречу и они меня тупо завалят. И не без причин. Благодаря м'Эглизу всё таки припёрся ведь.
Первый кровосос обнаружился у самой крепостной стены близь сухого рва. Воды в нём не было, но к моему счастью не было и мусора с нечистотами, которые могли бы перебивать запах. Герцогская власть следила за этим, честь ей и хвала. Пока я подбирался к любителю выпить, закусывая чужой шеей, он пошевелился и моё тело замерло, перестав дышать. Неужели заметил? Но кровосос меня разочаровал, он просто слегка повернулся и похоже почесал живот, на котором лежал. Это вызвало у меня улыбку. Вампиры конечно нежить, но практика показывает, что они не какие-нибудь там скелеты, лишённые плоти и многое человеческое им по прежнему не чуждо.
Я же подождал ещё немного и продолжил осторожное движение вперёд. Лев днём может без особых проблем подобраться к добыче метров на тридцать для финального рывка. Ночью вампиры видят не хуже, чем днём, но трава тут не сострижена до состояния образцового газона и у меня есть все шансы смертельно удивить подлунного охотника, который станет жертвой. Ещё через десять метров ночной ветерок донёс до меня запах ещё одного кровососа, который был метрах в сорока от рва, устроив лёжку на полосе отчуждения вокруг городской стены со стороны посада. Это было хорошо, он не успеет прийти к своему товарищу на помощь. Я надеюсь, что не успеет. Было бы неплохо, если бы духи воздуха привели ко мне запахи остальных, если они есть, но три ветреных создания летали сверху, забавляясь нашей «игрой». Подняв взгляд к небу, я заметил некую неправильность на стене. Приглядевшись, я понял, что с ней почти сливается ещё один кровосос. Позиция выгодная, правда висеть, прижавшись спиной к кладке и держась разведёнными в стороны руками за выступы наверняка неудобно, но мёртвым неведома усталость, а данному кровососу хватает выдержки терпеть неудобства. Хм, вероятно этого кадра стоит считать самым опасным. По крайней мере подобраться к нему сложнее всего, а занимая господствующую высоту, он не даст мне подкрасться на минимальное расстояние к своему коллеги у рва. Атаковать стенолаз опять же должен последним, когда жертва будет занята двумя своими коллегами в лёжках на земле, а это привилегия вожака.
В общем мне пришлось мысленно плюнуть и двинуть к кровососу со стороны посада. Возьму его после короткого рывка, а потом буду брать двух вампиров со стороны рва. Для этого конечно придётся удалиться от башни с группой поддержки, но уж лучше так. Начался новый долгий путь, но успешный охотник — это терпеливый охотник. Тем более что у новой жертвы номер один страхующего не оказалось.
Наконец осторожно подобравшись на дистанцию, дальше которой тихо двигаться было слишком рискованно, я осторожно выдохнул. Лучшее враг хорошего, дальше просто спугну. И так уже нервничает поди, чуть ли не пол ночи прошло, а великана не видно. Выдыхая и медленно погружая когти в землю, для лучшего сцепления при первом прыжке, я чувствовал, как по крови струится адреналин и сердце бьёт набатом в виски. Сейчас родной, ты меня почти дождался, могли бы мои губы прошептать, если бы не опасность выдать себя добыче, которую наше с Гектором естество вожделело больше всего на свете.