Анна (СИ)
Мысли в девятнадцать лет: «Жизнь — дерьмо, и нет света в конце тоннеля». Мысли в тридцать лет: «О, сковородочка по акции! Куплю две!». Мысли в пятьдесят: «Опять сковородка по акции?! Когда будет скидка на курицу и туалетную бумагу? Не знаете? Да что у вас за магазин? Я буду жаловаться!»
Меня смело можно отнести к третьему типу — я дотошно сверю ценники, устрою скандал, если они не совпадают, да ещё и жалобу накатаю о том, что в этом магазине детей обижают. Томас и Даниэль на моём примере даже показательные дела проводят. Мол, смотрите, как нужно защищать свои права и детей воспитывать. Хотите научиться — спешите записаться на семинар такой-то.
Как только я зашла в магазин, напряглись все — от охранников до директора. Вы думаете, что просроченная продукция, несоответствие цены на ценнике и кассе, бракованные товары — это беда российского «Перекрёстка» и «Пятёрочки» с «Ашаном»? Я вас разочарую — такое творится везде. И если в Штатах мне тупо делали скидку раза в два, а то и в три на все покупки, чтобы замять скандал (ну, не мне, а сопровождающему меня Даниэлю), то в Англии приходилось проходить всю бюрократическую процедуру. Интересно, а хозяин магазина знает, что Уилсон в Штатах? Судя по напряжённому лицу кассира, которая пробивала зубную пасту и туалетную бумагу — нет. В этот раз каких-то эксцессов не было. Жаль. Скучно.
Письмо от Булстроуд пришло вечером — подружка не понимала, как мы сможем всё купить без письма из Хогвартса, но согласилась встретиться.
Спросить у опекунов, чем же всё закончилось, я не решилась — Вильям был в плохом настроении, а Джессика ушла спать сразу, как приехала домой. Голова у неё болит, а отдуваюсь я. Мне уже выговорили за дохлую лису на парковке, немытые кружки и оставленную коробку с хлопьями. От греха подальше пришлось быстренько сбежать в комнату — заколочки-кошелёчки шить.
Утро было мерзким — туман и сырость. Прямо как у Есенина(9), только тут рощи не голы и до зимы ещё ого-го-го сколько! Просто — это Англия. Любимый кот не ночевал дома, сорока улетела с первыми лучами солнца, точнее тумана, а мне нужно собираться в Хогсмид.
Добираться до волшебной деревни я решила на автобусе «Ночной рыцарь», о котором мне рассказали однокурсники.
Выйдя из дома, я бодро потопала в сторону лесного массива, который находился неподалеку от дома опекунов. Десять минут ходьбы по грунтовой дороге через туман напомнили мне сцену из какого-нибудь триллера-ужастика. Вот сейчас выскочит из кустов Ганнибал Лектор или Фредди Крюгер, или…
Бр-р-р. Пора закругляться с фантазиями, а то действительно кто-нибудь выскочит.
Сделав ещё пару шагов, я достала палочку и взмахнула. Секунда, две, три — и рядом со мной появился двухэтажный красный автобус.
— Автобус «Ночной рыцарь» приветствует юную мисс! Я Стэн. Куда желаете добраться?
— Здравствуйте. Мне нужно в Хогсмид.
— Пятнадцать сиклей, и вы на месте через десять секунд!
Про десять секунд он явно загнул — на место мы прибыли через две с половиной минуты. Возникает вопрос — зачем нужен поезд? Автобус же удобней. Трясёт, правда, как на пригородной трассе в салоне ПАЗа, но зато быстро!
В Хогсмиде, в отличие от Бракнела, светило солнышко и пели птички, а ещё, куда не глянь, везде висели плакаты в стиле вестерн с надписью: «Разыскивается» и «Вознаграждение 1000 галлеонов».
— Так вот ты какой — родственничек, — сказала я, разглядывая Сириуса Блэка на большой движущейся колдографии.
— Энни! — послышался знакомый голос.
— Милли, не ори на всю улицу!
— Сама не ори! — ответила подруга. — Рассказывай давай, как дела? Как съездила? Что ты мне привезла?
Булстроуд, как всегда, в своем репертуаре — главный вопрос «Что привезла?». Взглянув снизу вверх на подругу, которая была выше меня почти на голову, ответила:
— А бабушка твоя где?
— В «Трёх Метлах», вспоминает с Пруэтт и Долгопупс молодость. Короче, пошли уже!
Ясно. Дела у Булстроудов плоховаты. Нариана не дружила с теми, кого назвала Миллисент. Скорее всего, старушка договаривается о продаже чего-нибудь, чтобы прокормить себя и внучку. Кстати, о деньгах.
— Не хочешь заработать?
— Хочу. Как?
— В маггловском мире. Нужно разукрасить детское отделение в больнице. Ну, там на стене единорогов нарисовать, гиппогрифов…
— Фестралы подойдут? — смеясь, ответила подружка.
— Я серьёзно.
— Если бабушка разрешит, то я согласна. Ну что, пойдём?
— С чего начнём?
— С мантий!
Закупаться в Хогсмиде оказалось намного дешевле. Выгода почти в тридцать галлеонов. Да я мантии купила в полтора раза дешевле!
Единственное, что вызвало затруднение — это список учебников, но в магазине канцелярских товаров, где можно было приобрести подержанные книги, нас заверили, что он не меняется уже который год. Не обошлось без сюрпризов. Лавка зельевара в Хогсмиде не торговала готовыми наборами, а что покупать, мы не знали.
— Видимо, — рассуждала вслух я, — придётся идти в Косой Переулок.
— Ну зачем же? — приветливо улыбнулась аптекарь, — сейчас всё выясним. Как долго вы будете в деревне?
— Часа два точно. Нам ещё мантии не сшили, — ответила Мили.
— Приходите через полтора часа — я вам всё упакую. Ваш профессор будет доволен.
Лучше бы мы в Косой сходили. Через два часа, когда я и Милли заявились за ингредиентами, то обнаружили декана Слизерина, мило общающегося с продавщицей.
— Девочки, — сказала женщина, — вот ваши наборы. С вас два галлеона.
— За каждый? — уточнила Милли, протягивая деньги.
— За оба, — ответил Снегг, забирая коробки у аптекарши.
— А… Э… — не поняла я.
— Очень любезно с вашей стороны, профессор, что вы доставите ингредиенты в Хогвартс, — быстро ответила Миллисент, — спасибо большое!
Подруга потянула меня к двери и продолжила:
— В «Трёх Метлах» моя бабушка. Она хотела с вами поговорить, — Булстроуд схватила меня за руку, и мы бегом направились в сторону площади.
Достигнув памятника Основателям и отдышавшись, я спросила:
— Что это было? И какого hrena он забрал коробки?
— А ты не поняла?
— Нет.
— Декан сразу сложит наши ингредиенты в общий шкаф. Тащить меньше.
— А почему твоя бабушка хочет с ним поговорить?
— Не хочет.
— То есть?
— А не надо было на меня орать в июне, когда уезжали! Пусть теперь с бабулей поговорит — она ему свою бурную молодость расскажет.
— Маленькая месть?
— Да!
— Страшная ты женщина!
— Не преувеличивай! Что там осталось купить?
— Еду для Васи.
Весело переговариваясь и смеясь, мы отправились докупать недостающее. Не сказать, что Хогсмид лучше Косого. Дешевле — да. Но не лучше. Выбор был очень небольшим. Если у Малкин я могу выбрать ткань, тип отделки, длину юбки, а за доплату наложить кучу чар, то в «Одежде на все времена», которая продается в Хогсмиде, всего два вида ткани и один вид отделки, чары — стандартные. Канцелярский магазин торгует только тремя видами пергамента (в Косом Переулке больше двадцати), а в обувном магазине школьникам предлагают купить форменные «ботинки-говнодавы», которые в обычном мире любят носить неформалы. Вот только мне они зачем? Я принцесса, а не гот!
В прошлом, когда я училась в колледже, то рядом с главным корпусом был небольшой магазинчик, торговавший письменными принадлежностями и кучей мелочёвки. В принципе, собраться на весь учебный год можно и там, но тетради будут все одинаковые, как и обложки с ручками. Обитатели общаги собирались и ехали на Черкизовский рынок, чтобы закупиться на весь учебный год. Так же и тут — Косой переулок что-то типа «Ашана» и «Меги» в одном лице. А Хогсмид — мелкий магазинчик с ограниченным ассортиментом, хоть и дешёвый. Ну да мы с Булстроуд не гордые, нам форсить запонками из драгоценных камней не нужно. Кстати, на Слизерине никто никогда не упрекнёт софакультетника в бедности. Посоветуют быть экономнее, подарят на Рождество и День Рождения деньги или новую вещь, но не скажут о том, что беднякам у змеек не место. Да, представителям других факультетов выскажут, что они нищие. Своим — никогда. Поэтому Миллисент спокойно покупала самый дешёвый пергамент и форму. Кому не нравится — купите ей другую.