Анна (СИ)

 — И Нимфадора была?
 — Была.
 — Вот же стервы! — шепотом возмутилась Милли, присаживаясь за самый дальний столик.
 — Зачем Тонкс это нужно?
 — Говорят, что у Малфоев денег не так много и они просто пыль в глаза пускают. А Тонкс нужен какой-то артефакт для дочери, который может взять в руки только признанный Блэк, ну и с деньгами тоже туго.
 — Милли, а откуда твоя бабушка знает про долги?
  
 — От Вальбурги Блэк. Сириус, который в Азкабане, что-то там натворил, и ей пришлось обращаться к гоблинам. А в залог оставлен договор на первого внука.
 — Чего-чего?
 — Ну… — замялась подружка, — первый внук или внучка Вальбурги, которая будет носить фамилию Блэк, выплатит долг банку Гринготтс. Только, что именно собираются требовать в уплату долга, они не говорили.
 — Кто они?
 — Бабушка и портрет Вальбурги. У нас дома есть такой.
 — А долг Гринграссам?
 — Это уже Регулус, второй сын, дел наворотил. Не знаю, каких.
 — Милли, я всё равно не понимаю, зачем Малфою и Тонкс…
 — Я и сама не поняла толком, — перебила она. — Вроде как гоблины насели на них: мол, вы Блэки, вот и расплачивайтесь. Короче, не признавай себя Блэком ни в коем случае! Они заграбастают всё, что можно, и оставят тебя на растерзание гоблинам.
 Мы замолчали. Ну а что ты, Аннушка, собственно говоря, хотела? Доброго и честного отношения? Очнись! Ты в Хогвартсе — филиале лицемерия и лжи. Тебе не сказали, что бывшие сестры Блэк желают поиметь денежек с твоей помощью? Сказали. Ты знаешь, что у рода Блэк есть долги? Знаешь. От тебя утаили, кому должны Блэки? Нет. А раз ты всё знала, то не ной. Но, даже осознавая то, что я и так была в курсе, было неприятно и мерзко от того, что взрослые люди желали уничтожить жизнь маленькой девочки.
 — Давай чары сделаем, что ли, — сказала я, доставая из рюкзака конспекты и перья.
 — Пергаментом поделишься? — спросила Милли.
 — Держи блокнот, — ответила я, протягивая пергаментную тетрадь с логотипом Салемской академии.
 Следующие два часа прошли очень плодотворно — мы с Булстроуд делали домашнее задание, затем к нам присоединилась Мун, а потом подсела Лавгуд. Из библиотеки в начале десятого нас выгнала мадам Пинс. Зато домашнее задание готово.
 До гостиной Пуффендуя нас провожал Фоссет, он же вызвался отвести Миллисент в подземелья Слизерина. Да, Милли, определённо, было бы намного лучше на нашем факультете, чем со змейками — девочки презирали её за дружбу со мной, а в свете моего отказа Малфою, о котором уже судачили во всех девичьих туалетах, старались держаться подальше. Мало ли, что белобрысые в отместку придумают.
 — Энни, посмотри, я уже проявил фото, — послышался голос Колина, когда мы вошли.
 — Классные снимки, — сказала я, беря в руки очень толстую пачку фотографий.
 — Выбирайте, что понравилось, — ответил мальчик, продолжая писать что-то на пергаменте.
 Мы с девочками быстро рассмотрели получившиеся колдофото, и каждая выбрала по три-четыре карточки.
 — Сколько я тебе должна? — спросила я его.
 — Да ничего не должна…
 — Колин, плёнка денег стоит.
 — Ну… стоимость одной фотографии где-то пять-семь кнатов…
 — Отлично, значит я плачу десять — за фото и за работу.
 — Энни! — начал было Колин.
 — Правильно она говорит, — сказал Диггори, который сидел в кресле возле камина.
 Седрик начал что-то разъяснять белобрысому Криви, а я, сунув мальчику два с половиной сикля и забрав фото для себя и Булстроуд, бегом направилась в спальни девочек. Вот же приставучий, специально ведь меня ждал и Колину объяснять стал только, когда я пришла!
 Ванная была занята, и запускать меня старшекурсницы отказались — места нет. Меня выручила Мун, которая позволила принять душ в своей комнате. Надо сказать, что личная комната Ли была небольшая — кровать-полуторка с балдахином, потёртый ковер, шкаф и стол из сундука. Санузел представлял из себя унитаз-биде и ванну без крана! Приводилось всё в действие с помощью заклинаний — справила нужду, навела палочку на белого друга и сразу подмылась ледяной водой. С ванной точно так же — навела палочку, призвала воду и закаляйся путём погружения в холодную жидкость. Призвать воду я могу, но нагреть — силёнок маловато. Хогвартские туалеты — это вообще отдельная песня. До директорства Диппета не было разделения общешкольных туалетов на женские и мужские. Четыре санузла на всю школу с «сидячими местами» и холодной водой. То, что в прошлом году на меня кипяток полился, — это проделки Пивза. Кстати, в туалетах не унитазы, а биде с фонтанчиками, как у Ли в комнате. Туалетной бумагой у чистокровных волшебников пользоваться не принято — вода и магия в помощь. Так что урн для использованной ветоши в Хогвартсе не наблюдается, и каждый выкручивается как может. Лично я (пардон за подробности) носила с собой обычные бумажные салфетки, потому что до привычных для меня влажных, в удобной пачке, ещё лет пять-семь, как минимум. В общежитиях была более современная сантехника (спасибо Попечительскому совету), которая состояла из обычных унитазов и душевых кабинок. Общешкольная душевая для девочек была всего одна и, как вы догадываетесь, с едва тёплой водой. Короче, это вам не Россия с центральным отоплением и горячим водоснабжением. Эх, мне ещё больше захотелось к опекунам — там электрический бойлер, и горячая вода всегда в наличии.
 — Извини, но на артефакт у моих родителей нет денег, — виновато произнесла Мун, после того, как я, стуча зубами, торопливо накладывала на тело и одежду согревающие чары — на себя сил хватало.
 — Какой артефакт?
 — Согревающий воду. Я не знаю, из чего сделан туалет в комнате, но большая часть чар в нём рассеивается или действует очень маленький промежуток времени.
 — Да и ладно. Зато умылась. А ты холодной водой моешься?
 — Нет. Я в общем душе, а здесь только утром умываюсь и в туалет хожу. Можно ещё в ванную старост, но…
 — Что?
 — Там и девочки, и мальчики вместе моются, — ответила Мун и покраснела.
 — А сколько стоит артефакт, и куда он вставляется?
 — В ванной есть выемка и над унитазом тоже. Стоит почти десять галлеонов и рассчитан на триста использований.
 — Грабёж! Поэтому другие девочки не делятся своим туалетом?
 — Да.
 — Может, пополам? — предложила я.
 — Спрошу у папы. Только не обижайся, если откажут.
 — Хорошо, не обижусь.
 Пожелав подруге спокойной ночи, я ушла к себе, чтобы заснуть в обнимку с Василием.
 Выходные прошли очень плодотворно — я сделала заказ Фоссета, и в понедельник Луна Лавгуд уже щеголяла красивыми розовыми георгинами в причёске. Ещё мне подкинули работу в виде шарфов и шапок для болельщиков квиддича, а также когтевранцы попросили вышить имена на мантиях квиддичистов. За всё это расплачивались деньгами. Баллов пока ни у кого не было или было мало. Отдать в оплату можно только те баллы, которые заработал сам, тем самым уменьшив запас факультета, ну, или получить их от преподавателя. Кстати, о последнем — Локонс вывесил заказ на пошив мантии охотника на нечисть и даже расщедрился на семьсот баллов (видимо, решил Снегга перещеголять), но трудоголиков в нашем девичьем коллективе не наблюдалось. Шить мантию необходимо из особых материалов, которые нужно собрать собственноручно, потом, с помощью веретена, сделать из волос единорога и других компонентов ткань, а затем, в полнолуние, шить. Да и стоит такая мантия, даже без наложения чар, более тысячи галлеонов! Он реально решил, что кто-то согласится? Для сравнения — мантия зельевара стоит от двухсот до семисот, зависит от материалов и работы. Ту, что просит Снегг — двести-двести пятьдесят галлеонов. Плюс — участие в зачаровывании мантии. И нет, она не бронежилет — просто более прочная, чем обычная, защищает от брызг и, в отличие от других мантий, при попадании особо опасных веществ на неё просто испаряет повреждённые участки, не давая зелью попасть на кожу. Ещё её можно разорвать и использовать как перевязочный материал. Мантия зельевара, в отличие от охотничьей, считается, скорее, статусной вещью, чем насущной необходимостью.