Тю! И страшнее видала! (СИ)

– А ты стал еще более наглым с нашей последней встречи, – с намеком на угрозу протянул Артур, обращаясь к Вику, понизив голос.
– Так и мой статус изменился, – счастливо растянул губы в широкой и издевательской улыбке демон. – Прежде я был лишь охотником, теперь же без пять минут аристократ, если правильно понял законы, относящиеся к Мастерам меча, – оповестил он о том, что Мастера меча автоматически получают титул вместе с землями в качестве гарантий верности короне. Сама недавно об этом узнала, пытаясь наверстать недостающие и самые необходимые знания, чтобы не опростоволоситься в первый же день нахождения в столице.
  
– Но еще не получил, – проскрежетал зубами Артур.
– Днем раньше, днем позже… – меланхолично и равнодушно отозвался Вик, который, в отличие от меня, не имитировал дворцовый этикет, прикрываясь неблагородным происхождением.
Я так не могла и очень злилась. Благо, что, несмотря на отсутствие воспоминаний героини, мышечная память этого тела была превосходной, потому я с первого раза могла идеально повторить все движения, необходимые при нахождении при дворе.
– Прошу прощения, – решила я вмешаться, понимая, что перепалка может затянуться. – Но я немного устала после долгого путешествия, – с вежливой улыбкой напомнила я, что невежливо держать гостей на пороге.
От этого напоминания Люсиль вздрогнула и залилась румянцем, когда принц бросил на нее взгляд.
Мне послышалось, или он недовольно цыкнул? Цыкнул? На свою возлюбленную? Да что за черт тут произошел?!
– К-конечно… Рады приветствовать. Я подготовила для вас комнаты в западном дворце, – запнувшись, но пытаясь не выдавать волнения, произнесла Люсиль. Насколько я помню, в романе западный дворец был отдан для встреч иностранных высокопоставленных гостей. А нас тут реально ценят! – Надеюсь, вы останетесь довольны и сможете хорошо отдохнуть.
– Премного благодарна за радушный прием, – сделала я идеальный реверанс, которым гордилась неимоверно… хоть моей заслуги в том не было, но не суть! – Мы польщены вашей щедростью.
  
Глава 9
 
***
Незадолго до приезда Наоми.
– … готово?
– А, что? – испуганно встрепенувшись из-за того, что громкий вопрос выдернул из сладкой дремы, поинтересовалась девушка с розовыми волосами, невинно хлопнув большими и сонными глазами цвета неба.
Прежде эта внешность вызывала у окружающих лишь трепет и восхищение, за что ей прощалось многое. Она давно к этому привыкла, настолько, что принимала подобное поведение людей чем-то обыденным и самим собой разумеющимся.
Однако, в последнее время, девушке пришлось несколько раз столкнуться с… непривычной, даже странной реакцией и отношением.
– Мои уроки настолько скучны для вас, миледи, что вы воспринимаете их как повод подремать? – строго и недовольно, но подчеркнуто вежливо поинтересовалась преподавательница дворцового этикета, приставленная к дочери маркиза сразу же, после изгнания предыдущей невесты кронпринца – Наоми Кайзел.
Прежде эта же преподавательница была закреплена за Наоми, и леди Люсиль, заняв ее место, в первое время пользовалась расположением преподавательницы, что было естественно. Из разговоров с учителем, она даже узнала, что та была недовольна своей прежней воспитанницей, признав, что взялась за ее обучение лишь из необходимости и уважения к ее семье. Люсиль нравились эти разговоры на уровне сплетен, хоть она и не желала этого признавать прилюдно. 
Но со временем, все радушие и почти дружеские беседы сменились нескончаемыми уроками, тестами, лекциями и экзаменами, а так же неудовольствием результатами ученицы, и девушка все чаще видела на старческом, некогда располагающем лице, строгое и неприятное выражение разочарования и высокомерия.
– Нет! Совсем, нет! – тряхнув головой, заверила девушка, переживая, что ее вновь отругают. И за что? Ну, задремала немного, и что с того? Лекции такие нудные, а информации так много, что голова кругом. Ко всему прочему, с момента возвращения во дворец после ревизии изгнанницы Кайзел, она даже передохнуть не смогла, и строгие преподаватели тут же нагрузили ее всевозможными заданиями, отчего она толком и поспать не успевала!
Прежде, живя на ферме, где был преимущественно физический труд, она так не уставала. И люди там были добрее! Если она не высыпалась, то находились добровольцы, готовые взять на себя ее обязанности, стоило их только попросить, мило улыбнувшись. И никто ее не ругал за сон в неположенное время. 
Почему же теперь, живя, как принцесса в настоящем дворце она чувствует себя точно на каторге?
– Неужели? – сурово прищурившись, сложила преподавательница руки на груди, и холодно спросила: – О чем же я спрашивала минуту назад? Каков будет ваш ответ?
– Эм… – растерянно протянула она, лихорадочно вращая глазами. – Я… простите, просто задумалась…– потупившись, произнесла она с дрожью в голосе, а ее красивые глаза наполнились слезами. Уж против этого точно никто не мог выстоять. Стоило девушке заплакать, как вся злость на нее моментально улетучивалась у людей. – Это моя вина, мне так неловко…
И сейчас она приготовилась, что этот раз не станет исключением, учитывая, что подобное уже работало на строгой преподавательнице.
Однако:
– Рада, что вы, по крайней мере, ощущаете вину, за то, что бездарно тратите свое и чужое время, витая в облаках, – отчеканила женщина, разочарованно отвернувшись от роняющей слезы ученицы, чтобы обратиться к другой, о ком леди Люсиль успела позабыть: – Ваше Высочество принцесса, а что ответите вы?
Люсиль резко обернулась на соседку по обучению, вспомнив, что с момента принятия закона, сестра кронпринца помимо обучения на наследника, усиленно изучала этикет и дипломатию, что пересекалось с уроками Люсиль.
И теперь она так опозорилась перед соперницей своего жениха, ко всему прочему, с которой Люсиль все никак не могла найти общий язык, по совершенно непонятным причинам.
– Вы рассказывали, мадам, о размещении гостей, согласно иерархии и важности, ввиду скорого прибытия леди… мисс Наоми и нового Мастера меча во дворец, – спокойно и с достоинством отозвалась принцесса Анастасия, деланно безразлично. Однако Люсиль заметила насмешливый и снисходительный взгляд знакомых зеленых глаз, брошенный пятнадцатилетней девочкой, отчего розоволосая дочь маркиза ощутила себя униженной и залилась краской.
«Да как она смеет?» – прошипела Люсиль мысленно.
– Именно, – коротко кивнула преподавательница. – Как всегда точный ответ, Ваше Высочество. Быть может, в таком случае, на примере упомянутой гостьи скажете и в каком дворце их следует разместить?
– Ох, – обрадовалась Люсиль, решив реабилитироваться в глазах преподавательницы. – Я знаю! Учитывая, что МИСС Наоми, – выделила она статус простолюдинки своей былой соперницы. – Пока еще не вернула себе статус аристократки, то и расположить ее стоит в Северном дворце, в которых мы принимаем столичных и заграничных купцов, – с воодушевлением произнесла Люсиль приготовившись получить похвалу от учительницы, но время шло, а вместо похвалы послышался лишь приглушенный смешок принцессы и тяжелый вздох преподавательницы.
– Для начала, леди Люсиль, очень невежливо перебивать, особенно если вопрос адресовался не вам. Это элементарные правила приличия, известные даже среди простолюдинов, – указала женщина холодно, отчего Люсиль вновь залилась краской, сминая подол юбки в кулачках. – Ну и как итог, вы в корне неверны в своем неуместном высказывании, – цыкнула женщина и посмотрела на принцессу.
  
Та с готовностью пояснила:
– Учитывая, что леди Наоми отыскала очередного Мастера меча, который по статусу соответствует герою королевства, то и она сама имеет такие же привилегии, тем более, они будут жить в одном дворце. То, что она еще не вернула свой статус – лишь формальность. Уже через несколько дней это будет исправлено. Или вы предлагаете разместить их в разных местах, а после присвоения нужного статуса, заставить леди переезжать? – прикрыв рот ладошкой, чтобы скрыть ироничную усмешку, спросила юная девушка, что в купе с разочаровывающей физиономией учительницы, буквально сбивало с толку, заставляя трястись от гнева и унижения. – Неужели это так сложно для усвоения? Помнится, вышеупомянутая леди Наоми с легкостью усвоила всю информацию с первого раза, что уже в двенадцать лет помогала в управлении дворцом вместо покойной матушки. И делала это блестяще.