Будет жестко (СИ)

— Что ты там ищешь? — я отпускаю штору и запихиваю обратно всю ревность, решив закрыть эту тему. Затем подхожу к нему со спины и заглядываю через плечо. Может, хоть в ящиках увижу что-то интересное?
— Какая тебе разница?
— Просто интересно же.
— Например, диск с любимой музыкой.
Мне хочется укусить его за ухо в этот момент.
— Опять врешь.
— Тебе и тут важен правдивый ответ? — он выпрямляет шею, посмотрев на меня через плечо, а я едва подавляю иррациональное желание поцеловать его. Блин, когда он так близко ко мне своим красивым лицом оказывается, я превращаюсь в дурочку.
  
Ладно, подумаешь. Зато я сейчас с этими обычными разоворчиками поняла, что профессор, похоже, отошел от того разговора с отцом. Мой взгляд соскальзывает на его щеку, по которой ему зарядили. Там почти сошел след.
Ой. Зачем я смотрю?
Я быстро поднимаю глаза и натыкаюсь на слегка похолодевший взгляд Влада. Да блин. Он понял, куда я пялюсь. Его это и впрямь сильно бесит. Видимо, его прямо очень раздражает, что я стала свидетелем его унижения. Интересно, возможно ли ему объяснить, что это нормально? То, что я в курсе, а не то, как поступил с ним отец. Хотя, это тоже бабка надвое сказала… у профессора, судя по разговору, сильные проблемы еще и с семейными ценностями, и его папа вышел из себя. Как и я когда-то.
Но главное, что я ему — близкий, вроде как, человек, было бы неплохо ему донести. Близкие люди должны делить и горести и радости, и в такие моменты помогать морально справиться с чем-то.
Он, тем временем отводит свой ледяной взгляд, и порывшись еще немного, достает какой-то внешний диск с проводами из ящика.
— Нашел свою музыку? — радостно и немного с сарказмом интересуюсь я, а он поднимается со стула и поворачивается ко мне. Я смотрю ему в грудь. Мог бы и не пытаться подавить меня своим ростом, дылда.
— Да, целую коллекцию, Цветкова. — отвечает он, и делает шаг в… меня. Мне приходится отступить, но это чудовище наступает, и я растерянно пячусь назад. Пока не падаю на его кровать, а он не ставит руку на нее и не склоняется надо мной. Так медленно и плавно, как хищник, подкрадывающейся к добыче. — Твои месячные прошли?
— Не говори слово «месячные». — вылетает у меня. — И, естественно, нет, день с небольшим всего прошел! Что делаешь? Тут твои родители!
— Они же не в комнате. — отвечает это бессовестное, лишенное стыда существо и опускает взгляд на мое тело, а затем рукой заползает под футболку, положив горячую ладонь мне на живот и ведет выше. Я чувствую, как тепло из нее словно перетекает мне под кожу и собирается внизу. Ух, блин, и с каких пор я стала такой чувствительной к прикосновением? Это же просто живот. Может, дело в том, чья это рука? — Цветкова, хочешь стать первой, с кем я тут переспал?
— Да нет же! — я немного вздрагиваю от неожиданности, когда его ладонь добирается до груди и сжимает ее немного. Я тоже немного поджимаю губы. Вот если бы я не знала, к чему все это стремится, я б была не против, чтобы он подольше это поделал. Он правда приятно прикасается. Я бы тоже была не против его потрогать. Не так уж часто я это и делала за наши отношения.
— Нет? Мне показалось, что у тебя какой-то комплекс, чтобы везде быть первой.
— У меня эти дни, а не комплекс.
— Если честно, мне плевать на них. Слышала поговорку «зачем самураю меч, если он не в крови»?
Мое лицо стремительно краснеет. Господи, его гребаные поговорки.
— Ты, пошляк. Не вздумай.
— Ты заигрываешь, чтобы я тебя уломал, или это правда «нет»? — интересуется он с легким смешком.
Спасибо, что спросил. В прошлый раз у него и впрямь с интерпретацией моего желания возникли проблемы.
— Это правда нет.
— Уверена? Много упускаешь.
— Точно уверена. — отвечаю я, думая о том, что же я упускаю? Его умение издеваться над человеком, до тех пор, пока у жертвы не откажут ноги? Он все равно не убирает руку и смотрит своим тяжелым, немного хищническим взглядом на мое лицо, продолжая медленно поглаживать мое тело под футболкой.
— Мне кажется, ты сомневаешься и не понимаешь, чего хочешь. Цветкова, ты уверена, что я должен отступать перед твоим «нет»?
Я поджимаю губы, глядя возмущенно на него. Это что за сеанс легкого газлайтинга? «Ты не знаешь, чего хочешь». Все я, блин, знаю, скотина, это же мои чувства, а ты не психотерапевт.
— Я уверена. Уж точно не в доме твоих родителей, даже если бы у меня не было этих дней! Это слишком в любом случае.
— Здесь отличная звукоизоляция. Так что ты можешь даже не думать об этом.
— Ты что, играешь в игру «как уломать Катю»? — мрачно интересуюсь я. Блин, ему стоит убрать руку. Это правда приятно. Он будто бы усмехается. — У тебя не выйдет, есть вещи, которые я ни за что не сделаю, как бы ты меня не уговаривал.
— Ну мне правда интересно, когда ты дашь заднюю. Я могу этим долго заниматься. Просто, Цветкова. — он выскальзывает рукой из-под моей одежды и впрямляется. — Правда бесит, что я должен просить то, что мне положено в отношениях. — у меня закатываются глаза, пока он говорит мне это, рассматривая диск в его руке. Положено? Офигел, что ли? — Я тебе и так многое даю, а что получаю от тебя? Твои закатившиеся глаза? Бесишь иногда.
Я возвращаю глаза обратно. Блин, спалил, все-таки.
Это я его бешу-то?
— Я терплю твой характер. — вырывается у меня, и Влад чуть приподнимает бровь, будто бы для него это и правда было сюрпризом узнать сейчас. — Это многое значит. Знаешь еще человека, кто бы остался после одного твоего замечательного предложения встречаться в лесу? Или попытке меня спустить вниз с балкона? Или после замечательного секса в машине? О, забыла еще похищение. Это нормально, по-твоему — усыплять свою девушку? Твои поступки максимально отвратительны, но я стараюсь найти к тебе подход. А ты что? Не думал, что ты меня тоже часто бесишь?
Ого. Я неожиданно понимаю, что мы впервые активно ссоримся в этих отношениях. Обычно профессор огрызался, а я мысленно материла его, но тут это вышло на новый уровень.
Он в ответ приподнимает подбородок, свысока и с вызовом глядя на меня. Да уж, вот это взгляд. Прямо вжух — и нет ни капельки теплых эмоций. Могу отсюда почувствовать холодок.
— Цветкова, да без проблем. В следующий раз избавлю тебя от необходимости терпеть дальше наши отношения, если подобное еще раз случится.
— Чего? — вырывается у меня.
— Чего слышала.
Я растерянно смотрю ему вслед, как он отворачивается и собирается уйти. Это что за внезапная точка в нашей попытке нормально поругаться? Мне вообще не нравится подтекст его последнего предложения.
— Ты куда это? Мы не договорили же. — выдыхаю я растерянно, а он в ответ исчезает за дверью и захлопывает ее.
Э-э…
Я в шоке моргаю, глядя в пространство и сидя на кровати. Затем поправляю футболку. Что я не так сказала-то? Все правильно ведь. Ему реально надо подумать над своим поведением. И ссора началась с того, видите ли, что я отказала ему. Блин, полтора дня прошло с того, как мы сделали это в машине. И всего ничего, с тех пор, как мы начали встречаться! А он возмущается так, будто бы мы три года в браке и я ему три раза давала за это время.
Боже.
Я падаю на кроватку, раскинув руки и смотрю в потолок.
Мне кажется, с ним надо серьезно поговорить?
Я пыталась сделать отношения, как у нормальных людей, стремясь понять его, и его увлечения. Но мне кажется, что пришло время теперь в его голову что-то вбивать, чтобы они и впрямь хоть напоминали нормальные. Не знаю правда, с какой стороны подступиться, если он агрессирует на каждую фигню.
  
Так, я не могу лежать тут дольше. Я резко подскакиваю. Боже, меня же его мама ждет. Как некрасиво.
Выбежав из комнаты, я быстрым шагом возвращаюсь к столу, где помимо мамы профессора, находится уже и сам Влад, и… его отец.
— Простите. — говорю я маме, чувствуя лютый стыд. Она поднимает на меня удивленный взгляд, продолжая раскладывать по тарелкам пирожные. — Я случайно задержалась, чтобы поговорить с Владом.