Римлянин. Финал (СИ)

Мария Терезия стояла рядом и внимательно слушала, с каким нетерпением вся Вена ждала прибытия августейшей четы…
«Нужно больше железных дорог», — думал Таргус. — «Составы особого назначения…»
Есть у него и артиллерийские бронепоезда, ровно две штуки, ездящие с крейсерской скоростью в 60 километров в час, но способные развивать максимальную скорость в 85 километров в час.
  
На этих бронепоездах установлено по два 200-миллиметрового калибра орудия, отправляющих осколочно-фугасные снаряды с начинкой в виде пикрата аммония на дистанцию до шестнадцати километров.
Метательным составом служит кордит. Кордит, то есть, смесь пироксилина с нитроглицерином, производится ручным методом, как и оба этих компонента.
Автоматизировать этот процесс столь же сложно, сколь и производство цельнометаллических гильз, но не только столь же сложно, а ещё и гораздо более опасно.
По сути, всё, что нужно для получения пироксилина — это растворить чистейший хлопок в смеси из концентрированных азотной и серной кислот. После получения его промывают водой и некоторое время держат в щелочной среде, чтобы нейтрализовать оставшиеся кислоты.
Нитроглицерин получается схожим образом, то есть, путём растворения чистейшего глицерина в смеси из тех же концентрированных азотной и серной кислот.
Далее пироксилин следует смешать с нитроглицерином, что является крайне небезопасным занятием. В процессе, к смеси добавляют немного вазелина, чтобы понизить чувствительность состава.
А дальше самое простое — уже готовый кордит пропускают через пресс с матрицей, получая нити, листы или трубки, в зависимости от потребности.
Есть несколько промежуточных этапов и производственных нюансов, но ключевые этапы очень сложно автоматизировать и поэтому Таргус, когда вспоминает о сложности получения кордита, испытывает экзистенциальный кризис и неутешную тоску.
Зато у него есть нормальная взрывчатка, которую разработали на Промзоне I — её назвали вульфитом, в честь создателя — Питера Вульфа.
По сути, это пикрат аммония, получаемый путём смешивания пикриновой кислоты с раствором аммиака в обычном кипятке. В итоге получаются ярко-жёлтые кристаллы пикрата аммония, которые и являются довольно-таки стабильным взрывчатым веществом.
Получение пикриновой кислоты — это тоже очень опасное дело, потому что она токсична, но зато при допущенных ошибках ничего не взрывается. Вульф получил пикриновую кислоту в химическом цеху Промзоны I, когда, в рамках эксперимента, капнул пару десятков капель азотной кислотой на краситель индиго и получил жёлтые кристаллы. Он уехал на носилках в медблок, но его открытие не осталось без внимания коллег.
А дальше исследования продолжались, до первого взрыва — а это привлекло внимание Таргуса, который всегда интересуется, что там взрывается у его учёных…
Никто не погиб, но один из ассистентов Вульфа лишился большого и указательного пальцев правой руки.
Впредь учёные действовали гораздо осторожнее и больше никто не жертвовал конечностями на алтаре науки.
Вульфит отлично подошёл в качестве нового смыслового наполнения фугасных снарядов — чёрный порох навсегда покинул нишу артиллерийских взрывчатых веществ, но остался в качестве метательного вещества в винтовках.
— … и мы хотим вручить этот дар от имени каждого верноподданного эрцгерцогства Австрия… — вещал бургомистр, имя которого Таргус даже не стал запоминать.
Помимо артиллерийских снарядов, вульфит используется в ручных гранатах, поступающих на вооружение легионов. Примитивные чугунные болванки, оснащённые тёрочными взрывателями — это новое слово в военном деле, так как резко расширяют возможности легионеров, ранее применявших хлоратитные гранаты.
От хлоратита было решено отказаться навсегда. Ещё в ходе строительства Кильского канала было выяснено, что при нагревании он становится токсичным и легионеры с наёмными рабочими травились хлором.
Раньше не было альтернативы, поэтому его применяли в горном деле и в качестве взрывчатого наполнения ручных гранат, но теперь это позади.
Пикрат аммония, по ощущениям Таргуса, даже мощнее, чем тротил, но более чувствителен. Впрочем, недостаточно чувствителен, чтобы взрываться, как хлоратит, от неосторожного обращения.
— … Вашего Императорского Величества, Сенат Австрийского эрцгерцогства решил выделить средства и возвести триумфальную арку в честь победы над датчанами… — продолжал разглагольствовать бургомистр.
Полевая артиллерия тоже снабжается новыми снарядами, начинёнными вульфитом, что увеличило её поражающую способность кратно.
Именно поэтому Таргусу очень важна стабильность в Империи Великих Моголов — индиго поставляется из Индии, его назвали, как раз, в честь этого субконтинента.
Никто ещё не знает, почему именно Шлезвиг закупает индиго из всех доступных источников, потому что этот секрет Таргус хранит даже тщательнее, чем секрет истинного своего происхождения.
Примерно 95% всего индиго поступает оттуда и того, что поступает, Таргусу уже мало. Ему нужно гораздо больше…
«Мейзель прав — моголов нужно спасать от англосаксов и франков», — пришёл он к выводу. — «Но как?»
Даже если он перебросит в Индию ограниченные силы, снабжение их морем, в условиях доминирования недружественных флотов, выглядит нереалистичным. Его конвои будут топить, а те когорты, которые он перебросит к моголам на подмогу, будут страдать от патронного и снарядного голодания.
«Может, продолжать щедро снабжать моголов оружием и боеприпасами, а самому форсировать османов?» — спросил себя Таргус. — «Альтернатив я не вижу — придётся демонтировать османов, десяток лет строить железные дороги и налаживать сопутствующую инфраструктуру на завоёванных территориях, а потом гнать легионы через дружественную империю Дурранидов. Пока что, дружественную».
Ахмад-шах — это человек себе на уме. Он «дружит» с Таргусом только против османов, а так, у них совершенно разное видение будущего региона. Чувствуется, что все эти караваны с оружием и боеприпасами для моголов, проходящие через его земли, рассматриваются им как соблазнительный приз, напрасно просачивающийся между пальцами…
«А может, использовать для помощи моголам его?» — вдруг пришла в голову Виридиана мысль. — «Пусть забирает хоть всю Малую Азию, если ему это нравится. Да пусть хоть садится на трон Топкапы, если ему угодно. Я могу скормить ему хоть всю Османскую империю, если он найдёт силы, чтобы не дать режиму, на поверку, не таких уж великих моголов, пасть».
Идея была интересной и достойной обдумывания, а затем и обсуждения с Зозим и Мейзелем.
«Из этого исходит острая потребность ускорения процессов в Центральной Азии», — продолжил развивать мысль Таргус. — «Бухарцы и кокандцы наглеют, требуют за проход плату винтовками и артиллерией — с этим нужно разбираться. Хорошо, что с жузами уже всё улеглось…»
После того, что случилось с ойратами, Средний жуз принял условия Таргуса и перешёл под подданство Российской империи.
Со Старшим жузом, ставшим новой целью, пришлось немного повоевать, но он тоже вошёл в состав этой очень многонациональной и дружной империи.
Таргус сразу же начал строить цепь каструмов, чтобы защитить новообретённые земли от наглых и узкоглазых посягательств с востока. Через степи потянулись железные дороги из Сибири, что ускорило возведение каструмов и император успокоился только после того, как была возведена первая линия крепостей.
Следующими логичными целями являются Хорезм, Коканд и Бухара, три ханства, занимающие всю историческую Трансоксиану.
Но легионам приходится ждать, пока будут проведены железные дороги. Без железных дорог воевать в таких условиях очень тяжело, есть риски, что местные жители перережут зыбкие коммуникации и тогда весь поход может провалиться. Чтобы такого точно не произошло, нужна надёжная логистика, которая сильно пригодится при дальнейшем освоении региона.
  
А после Трансоксианы откроется доступ к империи Дурранидов, которая больше не сможет чувствовать себя в полной безопасности, когда легионы будут стоять в приграничных крепостях. Это точно заставит Ахмад-шаха тщательно выбирать слова при беседах с имперскими эмиссарами…