Римлянин. Финал (СИ)

Они никак не желают интегрироваться, поэтому Таргус раздумывает о том, чтобы ввести тотальное военное положение и разобраться с этими десятками тысяч людей, мнящих себя аристократами.
— Но мы должны как-то использовать сложившуюся ситуацию — англичане и французы побеждают моголов, и может сложиться негативный для нас сценарий, — вздохнул Мейзель. — Я считаю, что нам необходимо вмешаться в эту войну, пока не стало слишком поздно.
  
Империя Великих Моголов официально воюет против франков и англосаксов с франкским душком — сначала англосаксы отняли у голландцев Цейлон, затем безвозмездно отдали франкам его южную часть, что было неслыханно, а после взялись за моголов, сначала поддерживая князей маратхов, начавших против моголов войну на англосаксонские и франкские деньги, а затем и прислав туда свои войска.
Они захватили юг Индии и теперь наступают на север, угрожая уничтожить давних союзников Таргуса и завладеть всем субконтинентом.
Это нисколько не опасно для державы Таргуса, но Индия — это самоценность. Она сделает англосаксов и франков безумно богатыми, а этого допускать никак нельзя.
Но возможностей достать их на другом краю планеты у императора нет.
У него есть океанические броненосцы, но их всего три, вернее, два — третий спущен на воду, но ещё достраивается.
Англосаксы же сумели построить флот из ста семидесяти паровых крейсеров, оснащённых 170-миллиметровыми орудиями в центральных башнях.
Таргус такого себе позволить не мог — у него не было такого флота под переделку и качество подобных кораблей оставляет желать лучшего. Его броненосцы способны в одиночку уничтожать десятки подобных судов, но их слишком мало, чтобы конкурировать с англосаксонскими и франкскими флотами.
Всё это время он тратил значительную часть своего годового бюджета на строительство гигантской сети железных дорог, что уже сделало его непозволительно богатым, но строить железные дороги и флот одновременно он просто не мог. Нужно было выбирать и он выбрал железные дороги. И не прогадал.
После пуска в эксплуатацию железной дороги из Стокгольма в Санкт-Петербург, деловая активность региона удесятерилась за два года — раньше всё это тормозила логистика, но теперь нет никаких преград.
На средства двух с лишним тысяч мелких промышленников, которым законодательно запрещено вырастать крупнее установленного размера, разрабатывается проект строительства железнодорожного моста из Мальмё в Копенгаген, то есть, на остров Зеландия, а оттуда в Ютландию, в город Нюборг. Это обещает соединить Швецию и Россию со Шлезвигом, что радикально ускорит и без того колоссальный товарооборот.
Но всё это было работой на долгую экономическую перспективу, и в краткосрочной перспективе Таргус провалился — у него всё ещё нет огромного океанического флота, чтобы достать колонии англосаксов и франков.
Экономически он их уже победил, несмотря на их жалкие потуги сократить разрыв, но физически достать их он ещё не может. И это очень досадно.
— Твоя идея похожа на прожектёрство, — произнёс хмурый Таргус. — Слишком много «если». Нам нужно победить османов, а затем дурранидов, а потом строить очень длинную железную дорогу на крайне сложном рельефе. Давай думать о чём-то более реальном.
Примечания:
1 — Продажа должностей во Франции — должностями торговали во Франции начиная с XIII века н.э., причём началось всё с частного подряда на сбор налогов — король продавал частным лицам право на сбор налогов на определённой территории, сразу получая интересующую его сумму и более не заботясь, что и как будет делать откупщик, чтобы собрать всю сумму. Но завяз коготок — всей птичке пропасть. Далее началась торговля официем, то есть, государственными должностями, причём королям было мало просто единовременной суммы и они принудили чиновников выплачивать 1/60 часть официя ежегодно. Называлась эта практика полеттой (фр. Paulett, от фамилии Шарля Поле, откупщика, первым осуществившего сбор денег с чиновников). Если чиновник исправно платил полетту, он мог оставить должность при себе, чтобы потом передать её наследнику или продать какому-нибудь третьему лицу. Это была своего рода подписка на Netflix, которую нужно было продлевать ежегодно, чтобы не отключили — так французская бюрократия закапсулировалась сама в себе и ещё больше оторвалась от реальности, став наследственной. Закончилось всё это Революцией и государственные должности, официально, продаваться перестали.
2 — Револьвер двойного действия — это тип револьвера, в котором одним нажатием на спусковой крючок выполняются сразу два действия: взвод курка и выстрел. То есть, пользователь не обязан вручную взводить курок перед каждым выстрелом и это существенно увеличивает скорострельность. Но есть недостатки. Например, усилия для нажатия на спусковой крючок нужно больше, а ещё ударно-спусковой механизм двойного действия конструктивно сложнее и менее надёжно. Впрочем, речь идёт о револьверах, поэтому, когда речь идёт о надёжности, то имеется в виду в сравнении с револьвером одинарного действия. Чтобы сделать ненадёжный револьвер любого действия — это нужно специально стараться или быть бездарем. Опять же, по сравнению с самозарядными пистолетами, которые сделать надёжными — это настоящее искусство. Впрочем, кое-кто всё же умудрялся разрабатывать ненадёжные револьверы. Из примеров: Colt 1877, но тут можно простить, потому что это был первый револьвер двойного действия от Кольта, автоматический револьвер Webley-Fosbery 1901 года — это непростительное дерьмо, которое не должно было существовать, потому что филигранно сочетало в себе все недостатки самозарядных пистолетов и револьверов, а также Nambu Type 26 1893 года — японцы умудрились разработать ненадёжный револьвер двойного действия в конце XIX века и это достойно бурных аплодисментов.
  
Глава XIV
 
Воспитание
 
//Священная Римская империя, эрцгерцогство Австрия, г. Вена, 26 июля 1758 года//
— Мы приехали так быстро… — удивлённо произнесла только проснувшаяся Мария Терезия.
Они могли доехать до Вены гораздо быстрее, но тратили по 3–4 часа на торжественные мероприятия в честь прибытия августейших особ в каждом крупном городе.
Были посещены Гамбург, Ганновер, Лейпциг, Дрезден, Прага и Брно — мероприятия были везде, кроме Брно, где богемские националисты замыслили террористический акт, из-за которого встреча императора и императрицы с местной администрацией была сорвана. Пришлось дожидаться завершения технического обслуживания состава и сразу ехать в Вену.
— Это ещё не быстро, — усмехнулся Таргус, надевающий парадный мундир.
На нём уже пуленепробиваемый жилет скрытого ношения — стальная кираса из особого пулестойкого сплава, являющаяся идейной наследницей кирасы, разработанной ещё для курфюрста Карла Фридриха I.
Защитные качества этой кирасы позволяют удержать попадание из винтовки Штокмара.9 с дистанции не менее ста метров. Револьверные пули она уверенно держит на дистанции от двадцати метров, поэтому к императору нельзя приближаться на дистанцию ближе двадцати метров.
— Военные составы способны развивать скорость до семидесяти километров в час, — сказал Таргус. — Так что легионы путешествуют гораздо быстрее.
— Всё равно, я поражена, как быстро мы домчали до Вены, — улыбнулась Мария Терезия. — Никогда так далеко не ездила…
— Вообще-то, мы ездили из Стокгольма в Гельсингфорс, — напомнил ей Таргус.
— Но я проспала всё путешествие, — покачала головой императрица. — Поэтому не считается! Ха-ха-ха!
  
— Ты такая милашка, когда смеёшься, — улыбнулся император.
Мария Терезия оценивающе посмотрела на него.
— Нет, не успеваем, — вздохнула она с сожалением.
— Мероприятие начнётся тогда, когда я захочу, — ответил на это Таргус и начал снимать штаны.
Из-за них торжественная встреча началась на полчаса позже.
Таргус стоял на перроне и размышлял на отстранённые темы, делая вид, будто слушает, что говорит бургомистр Вены.