Реконкиста (СИ)

Асель явилась, когда сотоварищи по заговору заканчивали ужин. Коротко поздоровавшись, положила на стол планшет с существующим в единственном экземпляре итоговым списком рейтингов. Забыв об угощении, все тут же вскочили со стульев, сгрудились вокруг планшета.
Граждане Земли предложили на рассмотрение без малого три тысячи кандидатур. И Римма, и даже Валерий с удивлением нашли в списке свои имена. Разумеется, в десятку они не попадали и близко. Неоспоримым лидером рейтинга являлся Генрих Клейн. Разрыв с ближайшими преследователями был так велик, что не оставлял сомнений в результатах референдума. Заметив облегчение на лицах соратников, Асель посоветовала:
— Посмотрите дополнение.
В этом файле было всего одно имя: Илга Кайруне-Силантьева. Рейтинг старшего охотоведа был сопоставим с рейтингом Клейна. Возможно, она уступила бы ему в референдуме, но о двух третях голосов речь точно не шла.
— Но её нет в списке! — воскликнула Коршунова. — Её кандидатуру никто не предложил!
— Кайруне предложили более двух миллионов граждан.
— Но как… ты взломала сервер Совета Федерации?!
— Это невозможно, там стоит защита высшего класса. Контролировать входящий поток данных — другое дело. Учитывая, что большинство технического персонала секретариатов — сэлы.
Руководительница Кей-Кей нахмурилась. Пробурчала:
— Вообще-то это подрыв основ Конституции…
Валерий едва не прыснул при этих словах, но Асель невозмутимо пожала плечами, возразила:
— Альтернативой было бы устранение друга Илги.
— В каком смысле «устранение»?
— В прямом. Физическое устранение.
Коршунова поморщилась, но не возмутилась. Видимо, убийство в её глазах было преступлением меньшим, чем вмешательство в выборы Сумматора. Ничего удивительного, учитывая, скольких она убила на Ракшасе. Да, то были не люди. Но различие несущественное.
Подождав, пока соратники замолчат, Валерий негромко кашлянул, привлекая внимание. Когда головы повернулись в его сторону, произнёс:
— Совет Федерации может внести свою кандидатуру в список. Думаю, такую известную персону, как «координатор сопротивления Конкисте» вниманием не обойдут. Так что «тётушку Илгу» в любом случае придётся устранить.
Молчание за столом длилось не меньше минуты. Потом Коршунова спросила, хмурясь:
— И как ты себе представляешь этот эксцесс?
— Несчастный случай на работе. У тётушки много всяких зверушек, в том числе инопланетных. Мало ли что им взбредёт в голову. Например, закусить старшим охотоведом. — Лорд улыбнулся и добавил: — А что, предлагаете мне исполнить этот… как там? Эксцесс?
— Успокойся, исполнением займутся профессионалы, если это действительно необходимо, — одёрнула его Асель.
— А я считаю подобную авантюру совершенно недопустимой, — вдруг произнёс доселе молча жующий манты доктор Клейн. — Во всяком случае, сейчас. Подумайте сами: два миллиона человек предложили кандидатуру Кайруне на пост Верховного Сумматора Земли. Что они сделают, не увидев её имени во время референдума? Ровным счётом ничего, плечами пожмут разве-что. Никому не придёт в голову заподозрить суперкомпьютер в злонамеренной подтасовке результатов. По той же причине Совет Федерации, получив завтра десятку имён, не подвергнет её сомнению. Теперь представим, что Илга Кайруне скоропостижно скончалась накануне референдума. Люди, выдвигавшие её, несомненно начнут это обсуждать публично, Совет вполне может создать комиссию по расследованию обстоятельств гибели или поручит это чрезвычайщикам. В любом случае история с «исчезнувшими» заявками всплывёт. Со всеми вытекающими последствиями.
— То есть ты предлагаешь ничего не предпринимать? — уточнила Коршунова. — Положиться на волю случая, надеясь, что в Президиуме Совета не вспомнят о Кайруне?
— Предлагаю положиться на отлаженную столетиями бюрократическую машину секретариата. Кто из нас четверых знает в тонкостях алгоритм, по которому суперкомпьютер отбирает десятку?
— Я и в «толстостях» не знаю, — хмыкнул Валерий.
— Во-от. Отчего-то я думаю, что в Президиуме тоже нет таких знатоков. Зато жизненного опыта у этих людей хватает с избытком. А также знания истории собственной цивилизации.
 
Кодрянская прищурилась, посмотрела на доктора с вызовом.
— Хочешь сказать, они знают что-то неизвестное мне?
— Отнюдь. Но интерпретируют знания иначе. По-человечески.
Всё дальнейшее произошло в точности так, как предсказал Генрих Клейн. На следующее утро Совет Федерации получил список десятки. Его обсудили на коллегиях, затем в Президиуме. Кого-то отвергли, кто-то отказался сам. В конце концов имена трёх оставшихся были обнародованы, назначена дата референдума. Кандидаты вполне устраивали Совет Федерации, добавить в список кого-либо не предлагалось.
Вечером накануне референдума, уже лёжа в постели, Асель внезапно заявила:
— А он действительно хорошо изучил человеческую натуру. И за такой короткий срок!
Начинавший засыпать Валерий повернулся к ней, переспросил недоумённо:
— Ты о чём?
— На закрытом заседании Президиума Совета Федерации поднимался вопрос о включении в список на референдум кандидатуры Кайруне-Силантьевой. Главный Врач Земли поднимал, — он не очень-то жалует нашего Генриха. Председатель Президиума предложение отверг. Знаешь, какой у него был контраргумент? Такое же сравнение предварительных расчётов результата выборов по Клейну и Кайруне, что делали мы, проведённое суперкомпьютером Совета Федерации.
Спрашивать, откуда жене известно, что происходит на закрытых заседаниях Президиума, Лорд не стал, — и так понятно. Спецподразделение Кей-Кей, состоящее сплошь из сэлов, «приглядывает» за людьми куда внимательнее, чем их «родительская» организация за инопланетными гостями.
Кодрянская продолжала:
— Различия с нашими данными невелико, у них тоже получилось, что двух третей не наберёт ни один. Следовательно, при повторных выборах они могут лишиться сразу двух отличных кандидатов на пост Верховного Сумматора. Председатель сказал: «Суперкомпьютер — умная машина. Но давайте и мы не будем глупее». То есть, уже несколько столетий списки специально составляются так, чтобы победитель был понятен ещё до референдума. Не удивлюсь, если в алгоритме отбора десятки заложен тот же принцип. «Свобода, равенство, братство — основные постулаты Земной Конституции!»
Валерий хмыкнул. Пробормотал:
— Чем больше узнаю людей, тем больше я люблю собак.
— Что? Каких собак? — не поняла Кодрянская.
— Медеанских. Шутка. Цитирую кого-то из древних.
Генриха Клейна избрали Верховным Сумматором Земли 17 июля, а 25 числа того же месяца на внеочередном заседании Совета Федерации была утверждена операция «Реконкиста».
Земляне с энтузиазмом поддержали идею карантинной операции. И не только земляне: ригелиане, ракшасы, цефеяне, альдебаранцы готовы были принять посильное участие. Разумеется, Земля в этом не нуждалась: её ресурсы в разы превосходили ресурсы союзников вместе взятых, а непосредственно зачистку Медеи предстояло проводить исключительно сэлам. Но и моральная поддержка многое значит!
Подготовить операцию поручили главе Карантинного Комитета, члену Совета Федерации Римме Коршуновой, непосредственно возглавить Реконкисту — Асель Кодрянской. Как ни тщательно была спланирована операция, подготовка её требовала немало времени. Оснастить Карантинный Флот, отобрать пилотов-добровольцев, изготовить и опробовать вооружение и снаряжение, натренировать десантно-штурмовые отряды сэлов, — ошибиться нельзя ни в чём.
После референдума заговорщики больше не собирались. Личная жизнь Генриха Клейна закончилось, отныне у него не существует свободного времени, — всё время Верховного Сумматора принадлежит Земле, тем более в нынешний непростой час. Римма Коршунова в первых числах августа отбыла на спутник Юпитера Ганимед, где в тренировочном лагере СОБКО началась подготовка сформированных из сэлов отрядов. Асель Кодрянская пока оставалась на Земле.