Сын Тишайшего 7 (СИ)
— Попробуйте глинтвейн. Мои слуги наловчились готовить этот напиток, придуманный ещё римлянами. Бодрит и согревает с мороза.
Последнее для венецианца актуально, судя по красному носу и щекам. Змерз Маугли, как говорилось в старом анекдоте. На улице вроде не более пятнадцати градусов, но южанину холодно даже в подаренной мною шубе.
А глинтвейн — хорошая штука! Прямо пробирает. Вон и гость малость отошёл. Красноту сменил здоровый румянец, и посол перестал ёжиться. У меня в кабинете ведь достаточно прохладно. Не люблю духоту и когда помещение натапливают, как баню. Во всём нужен баланс. Кстати, во время моего правления сама система отопления русских домов шагнула далеко вперёд. Большие строения теперь прогреваются при помощи печей, называемых голландскими. На самом деле это не так, всё гораздо сложнее. Во дворцах и теремах применяется целая отопительная система. А простой вариант печи с трубой начал широко использоваться среди населения. В городах уж точно давно перешли на более компактные и экономичные агрегаты.
— Спасибо, Ваше Величество, — посол благодарно склонил голову. — Признаюсь, путешествовать зимой по России — сущее испытание на выживание. Нам ещё повезло проскочить карпатские перевалы до того, как их засыпало снегом. Я думал, что основные трудности преодолены. Но чем дальше мы продвигались на восток, тем становилось хуже. Иногда мне казалось, что весь наш караван замёрзнет в дороге.
Слушаю венецианца и мысленно улыбаюсь. А ведь он прав. Полноценно воевать с Россией могли только кочевники, нападавшие летом, и поляки со шведами. И то, когда имели численный перевес или наша страна находилась в раздрае. Недаром армия Наполеона банально замёрзла. Всё-таки огромные расстояния и суровый климат служат нам на пользу.
Хотя один прогрессивный царь строит отличные дороги, которые огораживает лесопосадками, дабы их не размывало и не заметало, заодно создаёт инфраструктуру, позволяющую комфортно ночевать через каждые тридцать — сорок километров. Очень удобно и полезно для державы. Правда, здесь кроется одна проблема: врагу проще наступать по столь удобному маршруту. Но и нам проще перебрасывать большие группы войск. Всё в руках потомков. Сохранят и приумножат моё наследство — так и беспокоиться не о чем. Иначе оставь им сплошные колдобины, и всё равно какой-нибудь новый корсиканец дойдёт до Москвы.
— Зная вашу нелюбовь к словоблудию, хочу сразу рассказать о причине столь неожиданного визита, — начал Руццини после десятка дежурных фраз. — До нас довели результаты переговоров между Россией и Священной Римской империей. И Вена сделала это в весьма непочтительной форме. Насколько мы поняли, Ваше Величество отклонило все предложения императора и решило действовать по-своему. Сложность в том, что Венеция не сможет защитить свои континентальные владения в Северной Италии в случае агрессии Австрии. Далматинские города устоят, но Виченца и Верона — нет. Возможно, удержится Падуя, она укреплена лучше всех и уже выдержала немало осад. У нас попросту нет сильной сухопутной армии. А основные силы расположены в Греции. В связи с надвигающейся войной австрийские войска пойдут на Милан. Габсбурги считают Ломбардию своими владениями, так же как и Неаполь с Сицилией. Получается, Венеция в любом случае под угрозой.
Полученная информация не стала для меня откровением. Австриякам действительно удобнее атаковать пока ещё испанский Милан вдоль долины реки По, а не лезть через горы из Тироля.
— У нас нет выхода. Мы готовы сражаться и не отдадим немцам свои земли. Только Республика будет вынуждена свернуть все боевые действия с османами. Лишь флот останется для патрулирования Эгейского моря. Все остальные силы будут переброшены на материк. Либо Венеции придётся заключить мирный договор с магометанами. Именно этого добивается император. Главное — оставить Россию одну против Порты и Польши. Леопольд I воспринял ваш отказ как личное оскорбление. Боюсь, он не успокоится. Плохо, что нам нечего предложить СРИ. Австрийские войска свободно дойдут как до Милана, так и до Неаполя. Плюс никто из итальянских государств, находясь в здравом уме, не будет перекрывать Мессинский пролив. Генуя и Флоренция также под угрозой нападения с суши. Поэтому имперские войска свободно высадятся на Сицилии. Им способен помешать только французский флот. Но его усиление станет угрозой уже для Венеции и союзников. Получается какой-то замкнутый круг. Теоретически можно начать блокаду Австрии, перекрыв ей доступ ко многим товарам. Однако это самодостаточное государство, способное получить необходимое из той же Порты или Гамбурга. А ещё такая ситуация невыгодна Республике. Мы несём сплошные убытки много лет подряд. Собственные купцы возмутятся, если дож и совет разорвут отношения с империей.
Торгаши, чего с них взять. Если серьёзно, то Карло описал вполне себе реальную картину. Я фактически отказал австрийскому послу, не пожелав разделить сферы влияния на Балканах, ограничив Россию присоединением всей Добруджи. Ну и воевать за чужие интересы никто не собирается. Думаю, в Вене изрядно перепугались моих экспансионистских замашек. Обида Леопольда — просто предлог. Понятно, что армия, разбившая доселе непобедимых осман, у которых отторгнуты огромные земли, не ограничится небольшим участком за Дунаем. С учётом того, что я создал из Молдавии весьма кусачего и стабильного в политическом плане сателлита, подобная судьба может ждать Валахию и даже Трансильванию. А последняя для австрияков, как нож в сердце, вроде идеи фикс. Прибавьте к этому формально независимые, а по сути — враждебные Болгарию с Сербией, и всё станет ясно. Нельзя недооценивать современных политиков. Они на подобных интригах собаку съели. И мои возможные действия вполне читаемы.
А Венеция и Генуя мне необходимы. Лигурийцы вон как лихо разобрались с Алжиром и продолжают при помощи мальтийцев, тосканцев и различных каперов превращать побережье от Марокко до Египта в пустыню. Молодцы! Главное — уничтожить инфраструктуру с важными персоналиями. Чем мои союзники и занимаются. Если ваши причалы разрушены, верфи сгорели вместе с запасами строевого леса, а мастера перебиты, то количество моряков неважно. Именно сюда мы и ударили, лишив пиратов материально-технической базы. На мелких лодочках толком не навоюешь.
У меня есть только одно предложение. Пусть пока оно безумно и неосуществимо. Но почему не предложить его союзникам и даже формальным врагам? Алчность пока никто не отменял. Учитывая, что проект сулит небывалые прибыли на фоне колоссального удара по морской торговле, то шансы есть.
— Канал фараонов, — тихо произношу, глядя в глаза Руццини.
— Что, простите? — венецианец чуть не поперхнулся вином, которое потреблял хорошими таким дозами.
Решаю поддержать гостя и допиваю свой бокал. Звоню в колокольчик, и расторопный Епифан тут же приносит новую бутылку.
— Я предлагаю план по созданию акционерного общества «Канал фараонов» или «Река Траяна». Когда закончится война за Испанское наследство, мы приступим к его осуществлению. Только все стороны должны соблюсти главное условие: пока европейцы воюют между собой, они не мешают России разбираться с Портой. Франция не в счёт, она всё равно попытается гадить. Тем хуже для неё — Париж потеряет столь нужные ресурсы. Не мешать — это значит смириться с тем, что мы завоюем Константинополь и проливы. Вопрос по остальным территориям обсуждаем. Я даже готов пойти на уступки Австрии, если она будет способна захватить часть османских провинций.
Никто ей этого не позволит. За десять лет я планирую создать целый антиавстрийский альянс из уже существующих и будущих стран. В лучшем случае Вене обломится часть Боснии и остатки Баната. Или пусть завоёвывает Польшу. Хотя и этого не произойдёт. Ведь по плану во время войны Карл XII должен захватить Бранденбург. Такой пощёчины новый император не потерпит. Думаю, Леопольд к тому времени помрёт. Тем не менее его наследнику придётся решать проблему.
А пока продолжим махать морковкой перед венецианским осликом. Вон как посол ёрзает от нетерпения. Ему хочется услышать продолжение и затем обдумать полученную информацию.